Виктория Токарева - Ничего не меняется
- Название:Ничего не меняется
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Виктория Токарева - Ничего не меняется краткое содержание
Семен – мастер. Таких больше нет во всей округе. Золотые руки. И вот одну руку – главную, правую – он сломал.
А кому отвечать? Маке отвечать. Это ее строительная фирма. Ее бригада…»
Ничего не меняется - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Так оно и вышло. Марья Ивановна растворилась в пространстве вместе со своими жемчужинами. Вместо нее появилась новая. По телефону. У новой был явно еврейский акцент и характерное картавое «р». Мака прозвала ее Сара Моисеевна.
Эта Сара Моисеевна ей тоже нравилась. Тактичная, умная. Не нарывается. Скромно спросит:
– Можно Михаила Евгеньевича?
– Его нет, – ответит Мака. – Что передать?
– Передайте, что звонили с работы.
– Хорошо, передам.
Мака опускала трубку, входила в комнату и сообщала мужу:
– Звонила Сара Моисеевна.
Мика не комментировал. Он не поддерживал эти темы. Не хотел свидетельствовать против себя.
А может, и не было никаких Сары Моисеевны и Марьи Ивановны. Просто ревность стареющей Маки. И в самом деле: если она его не обнимает, то ведь кто-то должен это делать.
Единственная союзница Маки – Микина лень. Лень придавливает Мику к креслу, ставит его на якорь, лишает маневренности.
Не был бы Мика ленивый, давно бы сбежал.Зазвонил телефон. Мака любила потрындеть по телефону. С подругами.
Жаловалась на жизнь. На Мику.
– Не парься, – утешали подруги. – Он тебя не бросит. Он – порядочный.
– Блядует – и порядочный? А кто тогда непорядочный?
– Тот, кто предает. Мика – не предатель, как все остальные. Посмотри вокруг себя…
И в самом деле. Никто не сохранил первый брак. Все разошлись по нескольку раз.
Последнее время вообще мода пошла: мужики после сорока бросают своих жен после сорока и женятся на ровесницах своих дочерей.
В Америке – хороший закон: раздевает такого мужика догола. Хочешь трахаться – становишься бедным. А у нас в России ничего не меняется. Предал – и пошел дальше.
– А какой толк от Мики? – вопрошает Мака.
– Он тебя похоронит, – утешают подруги.
– А не все равно, КТО похоронит?
– Не все равно. Это – самое главное. Итог.Мака решила переночевать в Москве, чтобы не возвращаться в пробках.
Пробки – реалии последних лет. О чем это говорит? Выросло благосостояние трудящихся. Почти у каждого в семье – машина. А то и две.
Мака заглянула в холодильник. Блинчики «Морозко», яйца, три помидора и три яблока.
Мака вспомнила про пирожки, вытащила их из сумки, сунула в холодильник.
Три пирожка разогрела в микроволновой печи. Подала Мике.
Он стал есть, опустив голову, лбом вперед и походил на ребенка в казенном доме, к которому приехала мама на родительский день.
– Не понимаю, почему ты не хочешь жить за городом? Там воздух. Домработница. Ел бы по-человечески. Гулял по живописным окрестностям…
– У меня друзья.
– Значит, у тебя друзья, а я должна пахать, как папа Карло?
– У попа была собака, – отозвался Мика и включил телевизор.
По телевизору передавали «Новости». Мика интересовался текущим моментом. Нога на ноге. Губа на губе. В стране жулик на жулике.Мака поднялась и пошла к соседке. Унесла раздражение из дома.
Соседка – учительница французского, зарабатывала тем, что пекла торты на заказ. Она придавала тортам нужную форму. Оставались обрезки.
Сели пить чай с обрезками. Они были пропитаны растопленной шоколадной крошкой и ликером.
– Песня… – произнесла Мака. У нее было два слова на все случаи жизни: «песня» и «ссуки»… «Песня» – одобрение. «Ссуки» – возмущение. Два слова. Очень удобно.
– Коман са ва? – спросила соседка по-французски.
– Хочу развестись, – поделилась Мака.
– С кем? – не поняла соседка.
– С мужем.
– Молодую завел? – догадалась соседка.
– Никого он не завел.
– Ты молодого нашла?
– Никого я не нашла. Еще чего.
– Тогда в чем дело?
– Молодой, молодая, – передразнила Мака. – А старые что, не живут?
– Старые доживают, – заметила соседка. – Надо было раньше думать.
– Раньше? Но когда? Дети росли. Им был нужен отец.
– А сейчас не нужен?
– И сейчас нужен, – сказала Мака.
Дочери любили отца и мать по-разному. Умом – мать, от нее больше помощи и поддержки. А сердцем – отца. Между ними пролегала та наивная и нерассуждающая любовь, которая бывает только между близкими людьми.
– Кровь – не вода, – задумчиво проговорила Мака. – Внуки родятся, им понадобится родной дед.
– Я всегда тебе завидовала, – созналась соседка. – Твой муж – красивый, порядочный, сдержанный. Таких сейчас нет. Таких надо в Красную книгу заносить.
– Но я росла, а он нет.
– А кто обеспечивал твой рост? Кто работал по тылу? На фронте громкие победы, а тыл в тени. Твой муж – скромный человек.
Мака переела сладкого. Желудок давил на диафрагму.
– Ладно. Я пойду. – Она поднялась.
– Передай привет Михаилу Евгеньевичу, – велела соседка.
– А кто это, Михаил Евгеньевич? – не поняла Мака.
– Ну, Мика… Кличку какую-то придумали хорошему человеку.Мака вернулась в свою квартиру.
Мика смотрел «Вести» по второй программе. Нога на ноге. Губа на губе. Лицо такое, как будто он его отлежал и оно онемело.
– Ты тут сдохнешь, никто не узнает, – проговорила Мака.
– Узнают, – не обиделся Мика.
– Но все-таки, почему ты не хочешь переехать на дачу?
– Ты ведь тоже не хочешь…
Мака растерялась. На даче действительно надо что-то делать. Хотя бы дорожки подмести. А он будет сидеть – губа на губе…
По телевизору шла какая-то байда.
За окном – городской шум. Если открыть форточку, шум усилится. А если сидеть при закрытой – душно.
– Отвези меня на дачу, – велела Мака. Она вдруг передумала оставаться.
– Я никуда не поеду. Езжай сама.
– Но я отпустила Сережу.
– Ничего. Возьми такси. Деньги же есть.
– Но я же их не печатаю. Зарабатываю каторжным трудом.
– У попа была собака…
Мака оделась и ушла.
Стояла на обочине. Махала рукой. Ловила такси. Или просто левую машину.
Проезжающие мимо видели немолодую модную тетку с протянутой рукой. Не старуха. Нет. Дама. Она выглядела на десять лет моложе своих лет, но и это много. Машины проезжали мимо – равнодушные, как живые существа.
И снова – ничего не изменилось. Он – у себя. Она едет к себе. Он делает что хочет. И она делает что хочет.Рано утром позвонила Женя, сестра Мики.
Женя говорила басом. Маке всегда казалось в первую минуту, что это мужик.
– Мака, – прогудела Женя. – Мике плохо. Он мне звонил, прощался.
– Как это? – оторопела Мака.
– Сказал, что еле дошел до туалета. По стенке шел.
Мака бросила трубку.
Она быстро оделась, как пожарник. Буквально за несколько секунд. Не стала вызывать Сережу. Схватила левую машину.Мика лежал на своей кровати, бледный до зелени. Мака остановилась в дверях.
– В чем дело? – строго спросила Мака. – Ты же только что отдыхал в санатории…
Мика молчал. Ему было трудно говорить. Но Маке необходимо знать все, и она слово за словом вытянула из Мики всю историю болезни.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: