Владимир Кузнецов - Триптих первый: Война
- Название:Триптих первый: Война
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Литагент Стрельбицький
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Кузнецов - Триптих первый: Война краткое содержание
Триптих первый: Война - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– Мартин, позаботьтесь о ранах Паласиоса. Де Манайя, Лопе – вы обустройте пленных. Я осмотрю мельницу. Дон Мадарьяга, если пожелает, может присоединиться ко мне.
Наверняка такое обращение могло бы показаться странным итальянцу или немцу, но для солдата-испаньярда оно было единственно допустимым. Военная карьера открыта была только людям благородного происхождения – хоть бы за душой у таких и были одни долги да судебное предписание об аресте. А значит, всякого другого дворянина, независимо от его звания, испанский солдат считал себе ровней и не стерпел бы от него оскорбления словом или действием. Не раз такой солдат для защиты своей чести от обид истинных или мнимых обнажал шпагу – зная при этом, что за подобное ожидает его перекинутая через крепкую ветку петля Потому общение офицеров, саргенте и кабо [6] (исп.) капрал. Заместитель и помощник сержанта в командовании взводом.
со своими подчиненными всегда имело оттенок политический – согласитесь, вздернутый за шею смутьян будет слабой компенсацией куску доброй стали в потрохах. Даже обращение «ты», адресованное не близкому другу или родственнику, могло быть воспринято как неуважение и оскорбление словом.
Солдаты, скинув потяжелевшие от налипшего снега плащи и шляпы, приступил к исполнению приказа. Кортинья и де Мадарьяга, забрав со стола и запалив оплывший свечной огарок и прошлись по комнатам. Дом у мельника был большой: два этажа (на втором располагалась спальня хозяев) и подвал. Испанцы осмотрели их все, заглянув так же в пустое, стылое мельничье нутро, на земляном полу которого скопилась вода. Они уже было собрались спускаться, как саргенте замер, услышав подозрительный шум под крышей. Это мог быть хозяйский кот – но мог быть и еретик, которого визит испанцев застал врасплох.
Кортинья замер. В щелях тоскливо подвывал ветер, и слышно было, как мягкими шлепками бьются в стены крупные снежные хлопья.
– Что там? – негромко спросил дон Модесто. Кортинья не ответил. Этот моложавый хлыщ с брюссельскими кружевами воротника не вызывал у саргенте иных чувств, кроме неприязни. Дон Модесто Рамон Фернандез де Мадарьяга был гусманом [7] молодой дворянин высокого происхождения, на сравнительно короткий срок приписываемый (обычно по протекции) в действующую терцию без воинского звания, жалования и конкретных обязанностей. Обычно это делалось для создания репутации и получения выгодной должности при дворе.
, которого по приказу капитана Кортинья вынужден был взять с собой на дело. Обычно гусманы до такого не опускались, предпочитая проводить время в штабных палатках, где сухо, всегда есть свежее жаркое, а горячее вино подают в серебряных кубках. Иногда жажда военных свершений выплескивалась у них в формальных вызовах и дуэлях с представителями противника. И совсем уж редко (чертовски редко) кого-то из этих расфранченных вертопрахов тянуло на приключения, и коронели с капитанами вынуждены были измышлять не слишком рискованное и не особенно важное задание, в каком не в меру ретивый гусман мог бы проявить себя.
Сверху снова зашуршало. Теперь Кортинья был уверен, что это не кот. Шпага с тихим шорохом вышла из ножен. Заметив это дон Модесто обнажил свою, при этом грохнув ножнами об пол и зазвенев миланским клинком так, что весь дом услышал.
Поймав холодный взгляд Кортиньи, дон Модесто, как видно, решил, что прятаться больше незачем и громогласно рявкнул:
– Кто там?
Кортинья поднял шпагу, готовясь ударить через щель в досках. К его счастью тонкий мальчишечий голос прозвучал на мгновенье раньше:
– Испания и Сантьяго! – раздалось сверху с явным галисийским выговором. Кортинья со свистом втянул сквозь сжатые зубы стылый воздух и убрал шпагу в ножны. Тем временем послышалась торопливая возня, кто-то выбрался на крышу и тотчас же спрыгнул с нее. В белесой темноте за окном мелькнула скрюченная фигурка, а еще через мгновение, послышался стук в дверь.
Чердачным обитателем оказался мочильеро [8] (исп.) паж. Юноши-подростки, не подходящие по возрасту для полноценной службы. Исполняли роль носильщиков, фуражиров и ординарцев при офицерах. В официальных списках не числились и жалования не получали.
лет тринадцати от роду, худощавый и смуглый, как мавр. Под ворчливые насмешки солдат он встал перед саргенте.
– Как тебя зовут? – спросил тот сурово.
– Эрнани Гальярдо и Ньета, – нисколько не испугавшись тона саргенте, отвечал мальчишка. – Служу капитану Гонсало де Себастьяну из третьей компаньи [9] (исп.) рота. Состояла из 10–15 взводов (100–150 человек).
. Был отправлен на фуражировку.
– В ночь-полночь? – с недоверием спросил де Мадарьяга, стоявший тут же.
– Сейчас, чтобы разжиться съестным, заходить приходится глубоко, синьор. За полгода осады все окрестные селения опустели. Мы, мочильеро, бывает проходим миль пять – и это не считая обратной дороги! Куда лучше начать путь ночью, чтобы лишний раз не попасться на глаза врагу.
– Ясно, – кивнул саргенте. – Если хочешь, можешь остаться с нами.
– Спасибо сеньор, – мальчишка быстро кивнул. Видно было, что предложение саргенте ему по нраву. Еще бы – в такую метель хотелось иметь крышу над головой. А этот мочильеро наверняка уже трижды пожалел, что оказался в открытом поле. От того, видать, и решил заночевать на крыше мельницы.
Мельник с женой жались в углу, со страхом поглядывая на смуглых чужеземцев. Солдаты, меж тем, заняты были своим делом. Молчаливый Яго Мартин, сипло дыша и потирая ушибленную грудь, сходил на улицу, набрав в колодце воды, которой промывал теперь раны Паласиоса. Темный, как ночь, андалузец Керро и бесшабашный валенсианец Лино ремнями привязали пленников к одному из опорных столбов и теперь уже приглядывали себе местечко, где будут коротать остаток ночи.
– Warmte water [10] (нидерл.) согрей воды.
, – обратился к хозяйке Кортинья. Та послушно кивнула и завозилась с очагом, угли в котором едва тлели, потом взяла котелок и вышла. Вернувшись, повесила котелок над разгоравшимся камельком и встала рядом, прижавшись спиной к стене. Раненый в своем углу тихо застонал.
– Жрать охота, – сказал Керро Лопе, с хрустом почесав бородищу. Увлекшись этим процессом, он даже исхитрился поймать вошь, которую с наслаждением раздавил обкусанными черными ногтями.
– Эй, хозяйка! – не удовлетворившись этим, он снова запустил пальцы в бороду, выискивая новую жертву. – Есть что пожрать? Мы заплатим! Понимаешь?!
Хозяйка стояла недвижно, с лицом бледнее, чем полотно сорочки. Она понимала, что Керро обращается к ней, но испанского, похоже, не знала. Лопе бросил короткий взгляд на своего командира, видимо ожидая, что тот возьмет переговоры на себя, но Кортинья молчал.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: