Евгений Крестовский - Холодное солнце

Первым на летное поле ступил Дудник и, оглядевшись, энергично двинулся навстречу старшему лейтенанту.

– А это кто? – кивнул он в сторону Березы, пожимая руку ни живого ни мертвого Прони.

– Начальник местной дружины, – заблеял Проня. – Она у нас тут порядок поддерживает.

Дудник пожал руку Березе. Подошли Богданов и Ермаков. Все поздоровались.

– Донского взяли? – коротко спросил Дудник.

– Немного не успели, – заговорил Береза, оттирая плечом старшего лейтенанта. – Он, как прилетел, сразу подался в тундру.

– Пешком?

– Да нет, на вездеходе…

– Их у вас напрокат берут? – буркнул Богданов.

– А что, были бы гроши! – подмигнул Богданову Береза. – Тут, почитай, у каждого транспортные средства имеются.

– Ну, и куда он подался? – холодно спросил Дудник, не сводя пронизывающего взгляда с начальника дружины.

– А куда ему тут податься? Везде тундра!

– Так вы организовали поиск? – раздраженно вмешался в разговор Ермаков.

– А чего его искать? – Береза подмигнул Ермакову. – Горючка кончится – ему и конец. Ну, протянет неделю на грибах да евражках – это суслики такие потешные, – если, конечно, поймает их, а потом сам откинется или волки задерут.

– Он нужен живым! – рявкнул Богданов.

Начальник дружины ему сразу не понравился.

– Ваша воля. Можете ловить его. Мы, конечно, поможем, так, милиция? – Береза толкнул плечом Проню. – Только поездка в тундру – это вам не поезд из Москвы в Тверь! Придется подготовиться, снарядить людей, достать горючее. Не беспокойтесь, никуда он от нас не денется, если только у него в кармане самолета не было! – И Береза радостно рассмеялся собственной шутке.

– У вас в хозяйстве вертолеты есть? – спросил Дудник, глядя на дружинника. На Проню он теперь не обращал внимания.

– Если очень надо, найдем. Но, надеюсь, не понадобятся. Да и возни с ними много. Эта гадина столько горючки жрет! Не беспокойтесь, считайте, что он у вас в кармане. А пока пожалуйте в баньку! У меня по-русски, черная. Ну и выпить-закусить – это уж как водится!

У Ермакова заблестели глаза: ему Береза понравился.

– Где нас разместят? – Дудник обратился наконец к старшему лейтенанту.

– Не беспокойтесь! – рявкнул Береза, задвигая Проню себе за спину, как старый матрас. – Будете жить у меня. В хоромах!

– Хорошо, – подытожил Дудник. – Представите мне потом смету расходов. Частично оплатим наличными.

– Что вы, господа хорошие, вы же – мои гости! Правда, Проня? – Береза ткнул милиционера локтем в бок. – Милости прошу! Через денек двинем в тундру за вашим террористом. А пока обещаю вам активный отдых – с банькой, девками и литрболом! Га-га-га! – загудел довольный дружинник, усаживаясь в кабину джипа и приглашая остальных.

Бармин рассказал Донскому о том, как Береза снял его с довольствия после того, как его поймали в тундре. Как снял? Перестал выдавать записочки… Хорошо еще, на Объекте об этом ничего не знали. Если бы узнали, участь Бармина была бы уже решена. Но Бармин был еще нужен Березе. Для чего?

Он, конечно, догадывался, для чего именно Береза бережет его. Догадывался и жил на подножном корму: питался рыбой, сушеной олениной, грибами. Жил и ждал людей Березы…

– Слушай, мастер, а машина твоя бегает? – вдруг спросил Донской.

– А кто ее знает. Никак не проверить. Горючки нет. А его здесь ни за какие бабки не достанешь. Поэтому я пока своему «Фердинанду» профилактику делаю. Собрал его из трех тягачей.

– Если я пару бочек достану, отвезешь меня… на Манское?

Бармин опустил глаза, глотнул из кружки.

– Пары бочек не хватит. Доставай четыре.

– Темнишь, – усмехнулся Глеб. – Сдается мне, что хватит и одной бочки…

– А зачем тебе туда? Манское давно закрыто. Нет там никого. – Бармин старался не смотреть на гостя.

– А мне только в сторону Манского. Мне… на Объект надо. Так, кажется, у вас называется?

– Так. Только… что ты там забыл?

– Двоюродного брата! – Глеб решил говорить напрямую. – Несколько месяцев назад он исчез. После конгресса, на котором читал доклад, посвященный, насколько я понимаю, Объекту, тому сырью, которое там добывают. Он работал с материалами сверхглубокой скважины, что неподалеку от Манского, и нашел что-то важное. Он даже намекал на открытие. Только чего? В аэропорту я прочитал статью о промышленном гиганте за Полярным крутом, там упоминалась фамилия Блюм, и я понял, что строительство ведется где-то здесь, в районе Манского. Ведь Илья Блюм был когда-то руководителем Манского прииска!

– Где ты это читал? – взволнованно спросил Бармин. – Ты говоришь, статья?!

– Да, в одной московской газете! Объект строят азиаты: корейцы, вьетнамцы, китайцы…

– Есть! – прошептал Бармин и встал. – Наша взяла! Значит, не зря я тут парюсь и жду пули! Не зря!

Он вдруг пошел вокруг стола в каком-то яростном языческом танце, вскидывая свои паганелевски длинные ноги и размахивая руками. Грязная посуда при этом полетела на пол. Потом остановился, сжал кулак и согнул руку в локте, повернувшись в сторону поселка.

– Вот вам, сволочи!.. Значит, была статья, и ты прочитал ее…

– Не читал бы, меня бы тут не было!

– Ну, Борька! Ну, меченый! Молодец парень! Сдержал-таки слово! – Бармин весело смотрел на Глеба.

Донской опустил голову и произнес:

– В самолете был один парень. У него половина лица… Кажется, его звали Борис.

– Это он! Выходит, не удалось!

Бармин ударил кулаком по столу.

– Что не удалось?

– Он хотел в Москву сбежать. Здесь у него никого не осталось. Жена ушла от него к зомби. Только прошу тебя, Глеб, никому не говори об этом! Его за это могут… Что ты на меня так смотришь?!

– Там, у заброшенной базы, в куче мусора… Я видел…

– Что ты видел? – закричал Бармин.

– Его застрелили. Четверо в комбинезонах. Собака показала мне. Вот смотри. – Глеб достал из кармана фотографию девочки. – Я его там оставил, под листами кровельного железа. В куче у последнего барака.

Бармин обхватил голову руками.

– Теперь ты все знаешь… Отсюда обратной дороги нет. Боишься, гастролер?

– А ты не боишься?

– Мне нужно четыре бочки топлива. Больше в Фердинанд не влезет. Ровно четыре бочки.

– Не понимаю, почему четыре? – нахмурился Глеб.

– А тут и понимать нечего. Теперь они придут за мной… а я не хочу умирать. Не готов, не созрел. Ведь это дело со статьей мы с Борькой задумали. Журналист ничего не успел написать. Это мы от его имени…

– Хорошо, достану я четыре бочки. И что дальше?

– Дальше? На Материк рванем. Может, прорвемся… Есть шанс.

– А что, авиабилет до Москвы… – Глеб, заметно волнуясь, посмотрел на вездеходчика: это он серьезно?

– Какой билет?! Ты еще не понял? Сюда попадают как в мышеловку. Ты уже достаточно видел и, значит, знаешь то, чего знать не положено.