noslnosl - БДСМ

Имея такие возможности, алхимик может создать такой эликсир, который иными способами изготовить нереально. Но… Нужно хорошо знать алхимию, без этого невозможно использовать философский камень. Он будет попросту бесполезным булыжником.

Гравюры из «Немой книги» перечёркивали то, о чём говорилось в фолианте «Алхимия, древнее искусство» авторства Арго Пиритса. Автор этой книги рассказывал об опытах Фламеля по получению философского камня. Точнее не так. Было такое ощущение, словно все описанные в книге Пиритса методики были тупиковыми, но об этом нигде не говорилось, наоборот, текст подавался так, словно это действующий рецепт Великого делания. Наверное, именно поэтому Фламель поделился своими опытами, чтобы глупые маги напрасно тратили силы на тупиковые исследования.

Если я что-то и понял, так это то, что мне с философским булыжником открыт прямой и лёгкий путь в Высшую алхимию.

Коньяк… Мне нужен коньяк, пентаграмма и философский камень…

Из заначки, в смысле из сундука, были извлечены первое и третье, пентаграмму я нарисовал на полу спальни. Она нужна небольшого размера. Бутылку с элитным алкоголем установил в центр чертежа, на вершину пентакля положил философский камень. Остальные четыре вершины звезды заняли другие ингредиенты: половина передней ноги единорога, та, что с копытом; приличный кусок печени дракона, между прочим, по семнадцать сиклей за унцию; сок Мурмокля (быстрорастущий гриб, выделяющий специфическую жидкость, используется во многих целебных зельях); лирный корень (он же Аир обыкновенный, используется во многих целебных зельях и по Пиритсу был использован при создании философского камня).

Дальше осталось начертить внутри пентаграммы рунный конструкт. Если верна информация, полученная из алхимической литературы, стандартное рунное заклинание для приготовления простых целебных эликсиров вполне годилось, к нему оставалось добавить направление действий через «фильтр» в виде камня, и направление «зарядки» жидкости от главной вершины пентаграммы на центр чертежа.

Все приготовления были завершены, я наставил пипидастр на чертёж и направил через магический инструмент мощный поток магии. Все ингредиенты стали скукоживаться, словно из них экстренно отсасывали влагу. Они уменьшались в размерах, а вскоре и вовсе рассыпались прахом. Философский камень сиял потусторонним красным цветом. Когда ингредиенты исчезли, сияние утихло, и камень принял прежний вид. Коньяк в бутылке светился тусклым желтым светом, словно радиоактивная жидкость из мультфильма.

Забрав бутылку и удалив следы проведения ритуала, я принял Оборотные капли и в виде чернокожего переместился на Виргинские острова. Шон Уолш оказался дома, он в виде молодого ирландца смотрел телевизор в гостиной. Парень дёрнулся, заметив меня.

— Это вы!

— Шон, — кивнул я. — Ты долго ещё будешь в этом виде?

— Надеюсь, что не меньше пары недель, — ответил Уолш. — А что?

— Нужно испытать новое целебное средство, — продемонстрировал я бутылку.

— Эм… Коньяк… — протянул Уолш. — Только он светится.

— Хорошо, что ты заметил. Есть бумага?

— Конечно, босс.

Шон тут же подорвался и сбегал в соседнюю комнату. Оттуда он принёс пачку белой бумаги формата А4, авторучку и карандаш.

— Вот.

Я взял пару листов бумаги, взмахнул пипидастром, извлечённым из внутреннего кармана пиджака, и наложил на листы Протеевы чары.

— Шон, когда закончится действие превращающего состава, пока не принимай следующую дозу. Сразу пиши на этом листе, на втором листе у меня отобразится послание, словно через «копирку».

— Окей, босс. Как скажешь, — произнёс Уолш. — А это то самое омолаживающее средство?

— Нет, целебный состав. С омолаживающим лекарством возникла небольшая проблема.

— Небольшая? — прищурился Уолш.

— Ага. Малюсенькая… Для его приготовления нужно убить человека. К сожалению, этические нормы мне не позволяют совершать подобные поступки, поэтому продолжаю эксперименты.

Две недели после этого визита я ставил алхимические эксперименты. Готовых составов эликсиров всего ничего, тем более нигде нет рецептов с использованием философского камня. Поэтому пришлось действовать методом научного тыка. В основном ставил эксперименты по созданию целебных эликсиров.

В результате этой деятельности у меня появилась целая батарея различной алкогольной продукции, превращённой в разные эликсиры с целебными свойствами. У всех них была одна общая черта — эти жидкости светились разными оттенками.

На листе бумаге, связанным Протеевыми чарами, появилась рукописная надпись.

Сэр, действие превращающего состава закончилось. Как вы и просили, следующую дозу я не принимал. Жду вас у себя дома.

Шон Уолш

Наконец!

Окинув взглядом батарею бутылок, я понял, что это будет долгий тест. Но впереди выходные, так что мы должны справиться.

Вскоре в виде чернокожего в белоснежном костюме, с двумя огромными сумками, наполненными алкоголем, я появился в гостиной Шона Уолша. Ирландец в своём естественном виде сидел на диване, откинувшись на спинку.

— Добрый вечер, босс, — кивнул он, с опаской покосившись на баулы. — Что-то у вас много всего…

— Это будет долгое тестирование, Шон. Но надеюсь, что приятное. У тебя есть закуска?

— Найдётся.

Вскоре обеденный стол, стоящий неподалёку в этом же помещении, ломился от разных яств. Напротив стола на штативе была установлена видеокамера, на столе передо мной лежали толстый блокнот и авторучка. Шон застыл с прямой спиной напротив, с опаской косясь на бутылку коньяка, стоящую по центру стола.

— Итак, — включил я видеокамеру, — проводится серия тестирований экспериментальных гомеопатических настоев на алкогольной основе, сокращённо ГНАО. Подопытный — белый мужчина, вес шестьдесят пять килограммов, рост сто семьдесят сантиметров, возраст пятьдесят два года. Страдает от следующих болезней: хронический гастрит, панкреатит, остеохондроз, скачки давления, артрит, небольшое ухудшение слуха и зрения. Шон, я ничего не забыл?

— Ещё подагра и сердечко в последнее время покалывает, — добавил Уолш.

— Эксперимент номер один. Состав ГНАО номер один. Доза двадцать миллилитров, — налил я коньяк в рюмку. Следя за тем, как Уолш опрокидывает в себя алкоголь, я комментировал всё на камеру. — Состав принят с одобрением подопытного. Наблюдается лёгкий эйфорический эффект и тяга к колбасным изделиям… Шон, как ваше самочувствие?

— Да это… — протянул Уолш. Он зажмурился и прислушался к себе. — Вроде сердцу легче стало, голова больше не кружится.

Пришлось встать и померить у Уолша пульс и давление.

— У подопытного наблюдается улучшение сердечных ритмов, выровнялось давление. Побочных эффектов не наблюдается. Эксперимент номер два. — На стол была установлена бутылка односолодового шотландского виски тридцатилетней выдержки, который светился зелёным цветом…