noslnosl - БДСМ

За большим резным столом из массива дуба сидел Дамблдор, седой старик с длинной бородой в голубой мантии, украшенной полумесяцами. Он пил чай и как раз перед моим появлением взял из вазочки на столе рахат-лукум, который нёс ко рту… Нёс, но не донёс. Его рука замерла на половине пути, глаза и рот широко распахнулись.

— Ох, Ме-е-ерлин! — растягивая, медленно произнёс Дамблдор. — Кхе-кхе… Прости, вырвалось. Добби, верно?

— Да, сэр. Добби рад встрече с великим волшебником Альбусом Дамблдором. Для Добби это большая честь, сэр.

— Замечательный костюм, Добби, — уголки губ директора слегка приподнялись. — Присаживайся.

— Спасибо, сэр. Вы очень добры к Добби.

Пришлось забраться в большое для меня кресло, стоящее напротив директорского стола, в уголке которого был установлен насест для крупной птицы. Самого пернатого не наблюдалось.

— Добби, расскажи о себе. Кто был твоим хозяином?

— Хозяином Добби был Люциус Малфой. Он плохо обращался с Добби, поэтому Добби хотеть получить свободу. Добби рад, что стал свободным домовым эльфом.

Лицо Дамблдора вытянулось. Он в очередной раз не донёс до рта рахат-лукум. Посмотрев на кусочек сладости, старик печально вздохнул и положил его в вазочку.

— Неужели это мистер Малфой дал тебе такой дорогой костюм? — спросил он.

— Нет, сэр. Бывший хозяин Люциус продать Добби другому волшебнику.

— Как звали того мага? — насторожился Дамблдор, стараясь не показывать виду.

— Хайим Миллер, сэр. Замечательный волшебник. Он был очень добр к Добби. Ни один волшебник не был так добр к Добби, как хозяин Хайим. Когда мистер Миллер узнать, что Добби хотеть свободу, он сразу подарил Добби этот замечательный костюм.

— Удивительно, — покачал головой Дамблдор. — Бывают же на свете добрые волшебники. Я всегда верил в силу человеческого сострадания.

Я больше верю в жажду наживы, чем в сострадание, но вслух такому магу, как Дамблдор, такого лучше не говорить. Поэтому молча сидел, изображая восхищение от общения с великим волшебником. На самом деле директор был магически не сильнее меня, но и не слабее, примерно того же уровня, уже это удивительно для человека.

— Скажи, Добби, а Люциус Малфой отдавал тебе какие-нибудь приказы? — спросил директор.

— Да, — активно закивал я, изображая энтузиазм. — Мистер Малфой приказать Добби не говорить ничего о нём, его семье и доме. Поэтому Добби не может ничего говорить об этом.

— Понятно, — кивнул Дамблдор своим мыслям. — Этого следовало ожидать. Значит, ты хочешь работать в Хогвартсе. Я не против.

— Сэр… Великий волшебник Дамблдор, сэр, Добби свободный эльф. Добби хотеть получать зарплату.

В глазах директора, скрытых очками-половинками, поселились смешинки. Уголки губ сильнее поползли вверх.

— Понимаю, — сказал он. — Вполне пристойное желание свободного разумного существа. Предлагаю оклад в десять галеонов в неделю и два выходных.

— Ох! Сэр, Добби крайне признателен вам. Это очень щедрое предложение. Добби согласен, сэр. Альбус Дамблдор даже более великий волшебник, чем о нём говорят.

— Что ты, Добби, — тепло улыбнулся Дамблдор. — Это обычная ставка рабочего низшего звена. Бюджет Хогвартса позволяет подобные расходы. Будешь делать ту же работу, что и другие домовые эльфы.

— Спасибо, сэр! Добби счастлив.

— Да, ещё, — продолжил директор. — Как наёмный рабочий, Добби, ты имеешь право на жилое помещение. Выбери себе подходящую комнату, но не в преподавательском крыле и не в общежитиях студентов. Можешь идти к своим, начинать работу.

— Добби будет стараться, сэр. Спасибо ещё раз.

Раскланявшись, с лёгким хлопком я телепортировался обратно на кухню.

Предложение Дамблдора было невероятно щедрым. Десять галеонов в неделю — это пятьдесят фунтов. Низовая зарплата разнорабочего в шотландской глубинке, где мы и находимся. Домовому эльфу добиться таких (любых) денег невозможно нигде и никак. А уж два выходных — вообще нонсенс.

На кухне все эльфы замерли в ожидании. Ко мне обратился старейшина.

— Итак, Добби, что сказал директор Дамблдор?

— Директор был очень добр с Добби. Он принял Добби на работу в Хогвартс, обещал платить зарплату, дал два выходных в неделю и позволил выбрать себе жилое помещение, как наёмному сотруднику.

Хогвартские домовики дружно отвернулись, словно я сказал что-то грубое и непристойное.

Старейшина осуждающе покачал головой и обратился ко мне, словно к душевнобольному:

— Ох… Добби запятнал себя. Как мог эльф требовать у волшебника зарплату? Добби так низко пал… Ещё собственная комната и выходные! Куда катится этот мир?

— Добби горд оказанной честью. Добби любит работать, но свобода накладывает свои ограничения. Добби следует поддерживать свой статус свободного эльфа, значит, нужно пользоваться привилегиями наёмных сотрудников.

Хогвартские эльфы отпрянули от меня, как от прокажённого. Они смотрели на меня с сочувствием, как на деревенского дурачка. Глядя на них, можно было подумать, что я «блаженный» эльф.

— Ты плохой эльф, Добби, — прикрыл глаза Стичер. — Какой же позор… Стичер решил, что Добби будет работать там, где другие эльфы будут редко видеть такой позор эльфийской расы. Хм… Стичер знает, чем займётся Добби. В этом году в школе будет новый преподаватель Защиты от Тёмных искусств, Гилдерой Локхарт. Добби будет прислуживать профессору Локхарту. А пока Добби будет…

— Старейшина, — прервала Стичера пожилая эльфийка с обвисшими ушами, кажется, её зовут Треши. — Если Добби будет делать много работы, другим эльфам её не достанется. Зачем такой позор загружать работой?

Это звучало так, словно она сказала: «Вы что, хотите этому дурачку доверить что-то ответственное? Посмотрите на него, он же блаженный. Дайте задание «на отвали», чтобы дурачок ничего не испортил».

— Стичер услышал Треши, — медленно произнёс старейшина. — Стичер решил, что Добби будет помогать завхозу Филчу. Завхоз говорил, что ему нужно провести инвентаризацию, Добби займётся этим.

— Добби услышал Стичера. Добби готов помочь завхозу Филчу.

— Только Добби не должен мыть полы! — прикрикнул на меня старейшина. — Это работа молодых эльфов. Добби не должен отнимать чужую работу.

— Конечно, — кивнул я. — Добби понял.

Эльфийский язык очень простой и одновременно сложный. В нём нет местоимений наподобие я, ты, он, она. Эльфы обращаются к другим и к себе в третьем лице. После нормального английского это звучит ужасно и ломает мозг.

Напугали покупателя ёлки иголками! Ха! Это для обычных эльфов оскорбление, что дали самую «простую» бумажную работу в стиле «не бей лежачего, а косяки исправит начальник». Для меня же это Клондайк. Делать почти ничего не надо, эльфы шарахаются от меня, как от заразного, значит, будет больше времени на личные дела, вроде чтения библиотечной литературы. Мало того, ещё и деньги за это буду получать. Конечно, сорок галеонов за четыре недели — это не тысяча «оптимизации» на продуктах, но тоже неплохо.