Георгий Эфрон - Дневники

Потом решили, что он уйдет на "Чувашии", потому что трюмы "Совнаркома" битком набиты. В данный момент никакой "Чувашии" не видать. Пораздумав, мы решили ехать завтра со Струцовской на "Совнаркоме", так как она обещала нам помочь связаться с Союзом писателей города и нам посоветовала ехать завтра. Впрочем, все абсолютно зыбко. Последняя новость: говорят, что все уедут сегодня на "Чувашии"…, которой все еще не видать (прямо как "Анна сестричка"). Говорят, "Совнарком" будет абсолютно переполнен и что на него будет очень трудно погрузиться, так как он идет из Рыбинска. Но самое выгодное для нас ехать вместе с руководительницей.

Возможно, что она нам немало поможет в Казани. Все зависит от того, сколько времени судно - которое? - будет стоять на рейде в Казани. Мы все равно позвоним в Союз писателей. К тому же мы, во всяком случае, поедем в Елабугу, раз туда точно поедет наш багаж. Если то судно, на котором мы уедем из Горького, сделает хоть короткий заход, мы просто позвоним в Союз писателей, с тем чтобы позднее поехать уже из Елабуги в Казань, чтобы там показать письма Гослита, касающиеся устройства матери. Мы сможем сравнить, что нас ждет в Елабуге, с точки зрения работы и продуктов, и что нас ждет в Казани - с точки зрения комнаты и работы и т.д., и потом выбрать, если будет такая возможность. Во всяком случае, мы с Казанью свяжемся любой ценой, и я думаю, что Струцовская в этом нам поможет. Думаю, что после взятия немцами Смоленска будет увеличение эвакуации, и нам выгоднее всего будет устроиться в Елабуге или в Казани, как можно скорее и как можно вернее. Говорят, в Елабуге много продуктов, жратвы.

Говорят также, что в Казани никого не прописывают, что всюду полно и что даже члены Академии наук "ночуют в палатках". Я надеюсь, что письма Гослита нам помогут, но в Казани нам могут категорически отказать в прописке. Все возможно, мы ни в чем не можем быть уверены. Во всяком случае, если с Казанью провалится, что ж, тогда можно будет сказать, что мы сделали все, чтобы попытаться устроиться, зарабатывать и учиться в Елабуге. Быть может, мы даже сами выберем Елабугу, как для нас более подходящую. Самое забавное то, что мы все еще не уехали из Горького, что мы не знаем, когда и на каком судне мы уедем. В чем я уверен, это в том, что в Елабуге нас никто не будет встречать, так как никто не предупрежден о нашем приезде туда, тем более что мы, жалкие кретины, даже сами не знаем, когда мы туда приедем. Да, да, попомню я чудеса литфондовской организации. Действительно, живем мы теперь в эре относительности и эпохе сомнений. Нет никакой уверенности ни в чем, но я надеюсь на будущее.

Дневник N 10 15 августа 1941 года

Георгий Эфрон Vais relater les йvйnement dans leur suite. Ainsi donc, hier au soir s'йtait formйe une liste de passagers, dйsireux de s'embarquer а bord du "Tchouvachie".

Enfin un bateau aborda le "Pyrogoff". Mais lа un groupe de personnes: vieilles juives, gens peureux, etc. dйcidиrent qu'on "ne la leur ferait pas", qu'ils n'iront que si on leur montre les places, qu'а bord du "Sovnarkom" ce sera mieux, et refusиrent de partir, bien que Stroutsowskaпa leur disait que mieux vaut partir avec le "Tchouvachie" parce que le "Sovnarkom" serait comblй. Un scandale se dйchaоna а mon sujet parce que j'йtais venu dire, de la part de Stroutsowskaпa et du capitaine, qu'il faut que tout ceux qui sont dans la liste s'embarquent sur le "Tchouvachie". On se mit а crier contre moi et Sikorsky que nous nous mкlions de ce qui ne nous regarde pas, que nous sommes des insolents, etc. Il faut dire que moi, ayant rйsolu de partir le lendemain sur le "Sovnarkom" je criais le plus fort qu'il faut que ceux de la liste embarquent sur le "Tchouvachie" йtant donnй qu'embarquant sur ce bateau le plus de monde possible, ceux qui partaient le lendemain auraient plus de place sur le "Sovnarkom". Mais ils eurent vent de la mиche, crurent qu'on voulait simplement les envoyer dans de mauvaises conditions sur un bateau miteux, et que nous voulions les frustrer de leur bien etc., etc., et me firent un chambard du diable. D'autant plus que nous fоmes venir le capitaine qui menaзa de faire descendre а Gorky ceux qui, йtant dans la fameuse liste, n'auraient pas embarquй sur le "Tchouvachie". Le chambard continuant, je dus m'excuser, dire que je m'йtais trompй, que je n'йtais que le porte-parole, en un mot que je n'йtais pas compйtent, et ainsi de suite. Ce groupe de femmes se calma, sauf deux vieilles, dont une juive йdentйe et une trиs vieille femme n'ayant aucun rapport avec le Litfond et qui continuait а me lancer des invectives dont, du reste, je me foutais comme de l'an quarante. Mais je rйussis, а ce qu'il me semble, а rйtablir des relations normales avec les 4-5 personnes "offensйes" qui "йcriraient au Comitй Central", etc., expression excessivement utilisйe en URSS: "j'йcrirai au C.C.", "l'affaire ira jusqu'а Molotoff, ou а Staline, ou а l'NKVD". Sur ces entrefaites, le "Tchouvachie" aborda. En vitesse s'embarquиrent ceux qui le voulaient dйjа, et а la fin, je m'embarquais aussi, йtant donnй qu'il y avait de la place, ainsi que les Sikorsky, les Sakonsky. Prit place а bord du "Tchouvachie" presque la totalitй du Litfond, sauf "le groupe" de 5-6 personnes et quelques autres qui voulaient s'embarquer avec Stroutsowskaпa, le lendemain. Toutes les affaires qui vont а Elabouga furent transbordйes а bord du "Tchouvachie", la cale fermйe et la clй m'en fut confiйe. Stroutsowskaпa dit qu'elle nous rattrapera avant Elabouga а bord du "Sovnarkom".

Je n'en crois rien. Ce que je crois, c'est que nous serons obligйs de l'attendre un bon bout de temps а Elabouga assis sur nos affaires avec l'air le plus con du monde. Par le fait que nous partons avec le "Tchouvachie" nous ratons l'occasion de prendre contact avec Kazan, йtant donnй que Stroutsowskaпa n'est pas avec nous. Pourquoi alors ai-je pris place а bord de ce bateau? Simplement, j'y vogue maintenant parce que 90% y sont et qu'il y a des places et qu'il se peut qu'aujourd'hui, les conditions du voyage soient pires. Nous en serons quittes а aller а Kazan avec Stroutsowskaпa, quand celle-ci prendra le chemin du retour. Du moins nos bagages sont avec nous. Le "Tchouvachie" est un bateau sympa, plus sympa que l'autre (le "Pyrogoff"). Il est plus petit, plus confortable. Ce que nous risquons, c'est d'attendre longtemps Stroutsowskaпa, celle-ci n'ayant pas rйussi а embarquer le restant des йvacuйs sur le "Sovnarkom", ou bien le "Sovnarkom" ayant une vitesse moindre que le "Tchouvachie". Il fait un temps trиs beau, la Volga scintille.

Sikorsky est un garзon trиs bien, trиs moderne, intelligent, fort, trиs beau parleur qui a de l'esprit. Il dit, et sa mиre avec lui, qu'il a 19 ans mais j'ai l'idйe qu'il en a 25. Il a servi en Extrкme-Orient (Vladivostok) dans l'hydraviation militaire, il a vu des microcйphales, il connaоt beaucoup de gens, c'est un original et tout а fait un Europйen. Il se peut qu'il soit tractoriste, parce qu'il connaоt trиs bien les moteurs d'avion. C'est un homme d'action. Il ne voulait pas partir de Moscou, lui non plus. Il s'йtait inscrit а un cours de chauffeurs, c'йtait 600 roubles assurйs et il voulait entrer dans un institut de journalisme, mais il est parti а cause de sa mиre. Ces gens-lа, les Sikorsky, ont l'air arrangeards et s'arrangeront trиs bien. La Volga est un trиs beau fleuve, vraiment trиs bien.

Расскажу все события во всей последовательности. Итак, вчера вечером был составлен список пассажиров, желающих взойти на борт "Чувашии". Наконец судно стало борт к борту к "Пирогову". Но тут группа людей, старые еврейки, трусливые люди и т.д. решили, что "их так не проведешь" и что они начнут пересаживаться, только если им покажут места, что на борту "Совнаркома" будет лучше, и отказались ехать, хотя Струцовская убеждала их, что лучше ехать на "Чувашии", так как "Совнарком" будет битком набит. Разразился скандал по моему поводу, потому что я пришел им доложить, от имени Струцовской и капитана, что необходимо всем стоящим в списке всходить на борт "Чувашии". На меня и на Сикорского начали кричать, что мы вмешиваемся не в свое дело, что мы грубияны и т.д. Надо сказать, что, решив ехать завтра на "Совнаркоме", я громче всего кричал о том, что надо, чтобы люди в списке всходили на борт "Чувашии", т.к. если на "Чувашию" взойдет возможно больше народу, тем, кто поедет на следующий день, будет больше места на "Совнаркоме". Но они наш план пронюхали, подумали, что их просто хотят отправить в худших условиях, на паршивом судне, что мы хотим их надуть и отнять у них то, что им положено, и т.д. и т.д. И устроили мне дикий скандал. Тем более, что мы вызвали капитана и он пригрозил, что высадит в Горьком всех, кто, будучи в пресловутом списке, не взойдет на "Чувашию". Шумиха продолжалась, мне пришлось извиняться, говорить, что я ошибся, что я только передатчик, словом, что я не компетентен и тому подобное. Группа женщин успокоилась, кроме двух старух - одной беззубой еврейки и другой очень старой женщины, не имеющей никакого отношения к Литфонду. Они продолжали меня поносить, а мне было до них как до лампочки. Но мне, кажется, удалось установить приличные отношения с 5-6 обиженными лицами, которые собирались "написать в Центральный Комитет" и т.д.