Array Array - Мой знакомый медведь: Мой знакомый медведь; Зимовье на Тигровой; Дикий урман
- Название:Мой знакомый медведь: Мой знакомый медведь; Зимовье на Тигровой; Дикий урман
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Армада-пресс
- Год:2002
- Город:Москва
- ISBN:5-309-00348-7
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Array Array - Мой знакомый медведь: Мой знакомый медведь; Зимовье на Тигровой; Дикий урман краткое содержание
Мой знакомый медведь: Мой знакомый медведь; Зимовье на Тигровой; Дикий урман - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Федор полез на нары.
Росин подошел к столу, поджег вставленную в расщеп кола лучину, сел и начал аккуратно переписывать свои записи… Лучина догорела до конца, свет начал меркнуть. Росин оторвался от записей, взял из пучка новую лучину, вставил в расщеп, поджег и снова принялся писать. На руки, на исписанную бересту медленно опускались плавающие в воздухе черные ворсинки копоти. Росин сдувал их и писал дальше.
Но вот он отложил костяную палочку, выпрямился.
«Черт возьми, а ведь где‑то есть кино! Сиди смотри, наслаждайся! И никаких забот… А потом, — размечтался Росин, — прийти домой. Взять книжечку, сесть или даже лечь и читать… И лучину жечь не надо… Можно позавидовать городским жителям. А ведь раньше никогда не завидовал. Разве только москвичам, которые в любое время в Ленинскую пойти могут».
Росин пошевелил пальцами, разминая их, взял костяную палочку и опять принялся писать.
«Его уже за живого не считают, а он все пишет, пишет», — глядя на Росина, думал Федор.
Время вечерних занятий определялось запасом лучины. Сегодня она сгорела раньше, чем захотелось спать. Росин перебрался к чувалу, положил бересту на колени и снова принялся водить по ней костяной палочкой. Но береста на коленях скручивалась, да и свету было мало.
«Быстрее бы утро, что ли», — подумал он и с неохотой полез на нары.
На другой день Росин встал с нар, покачнулся и упал на пол. Федор подскочил, поднял его, помог опять лечь на нары.
— Ты что это, Вадя?
— Не знаю, Федор, что‑то голова закружилась. И надо же, упал. — Росин виновато улыбнулся.
Федор ушел проверять ловушки и не возвращался. Не дождавшись его, Росин съел положенную на день микроскопическую порцию…
Только под вечер приплелся Федор. Скинул медвежью шкуру, проглотил приготовленный Росиным крохотный кусочек мяса и сел к чувалу.
«Он тоже скоро не сможет добираться до ловушек, — подумал Росин, глядя на его посеревшее, заросшее бородой лицо. — Его бы сейчас и Наталья не узнала. Щеки впали, глаза провалились, волосы стали матовыми и выпадают целыми клочьями».
Посидев немного, Федор отрезал от шкуры узкий ремень и не торопясь принялся срезать с него шерсть, чтобы из кожи опять приготовить клейкую студенистую массу.
«А в Москве сейчас уже, наверно, продают мимозу, — подумал Росин. — Телеграммы бы послать к 8 Марта».
С каждым днем когда‑то большая шкура становилась меньше и меньше. Теперь и этой клейкой массы не вдоволь: всю шкуру сварить нельзя, она нужна еще как одежда.
Росин перестал вставать с нар. В ушах появился какой‑то звон, то и дело мутнело в глазах. Голод медленно делал свое дело. Давно уже началась атрофия мышц: руки и ноги стали страшно тонкими. Казалось, стукни нечаянно о край нар — и сломаешь.
Федор тоже не намного лучше. Часами он неподвижно лежал на нарах и молчал.
— Удивительно устроена память человека, — тихо, как будто в полузабытьи, заговорил Росин. — Я вот прошлые экспедиции вспоминаю. Сколько ведь всего было: и мороз, и ливни, и тонули, и горели, и голодали тоже, — а сейчас из всего этого только что‑нибудь веселое вспоминается. Зато все хорошее как на ладони. Горная Шория.. Говорят, не хуже Швейцарии. Сейчас только и помню этот яркий осенний лес по склонам… А то, что со скалы там сорвался, уж как‑то вроде и забылось… Вот так же, наверное, и после этих приключений будет. Вернемся домой, отдохнем, и все забудется: и голод этот, и тоска, и холод. Неужели так будет? А, Федор?
Федор не ответил.
«Какое же сегодня число? — думал Росин. — Я уже сколько‑то дней ничего не зачеркивал в календаре. И не помню сколько, совсем пропадает память… Вот так вот, наверное, и приходит смерть… Почему‑то совсем не страшно… Федор что‑то говорит. Что он говорит? Никак не могу осмыслить… А, понял, очень много снега, весной будет наводнение… Кого затопит? Ничего не пойму. О какой избушке он говорит, о каком озере? Не хочется думать. Лучше лежать, ни о чем не думая».
Стены, чувал, Федор — все начало кружиться, он что- то говорил, но сам не понимал себя.
Федор повернулся на нарах. «Что это с Вадей? Куда он встает?»
Росин, не одеваясь, без шкуры и босиком, подошел к двери, открыл и вышел из избушки.
«Неужто умом тронулся?» — испугался Федор и торопливо слез с нар.
Росин стоял босиком на снегу и смотрел пустыми глазами на озеро.
— Ты что это?
— Мы где, Федор?
— Как это где?! Ступай быстрее в избушку! Почто вышел?
— Не знаю. Что‑то, Федор, с головой творится, кружится все как во сне.
— Поди ляг на нары.
Росин лег, закрыл глаза.
«Верно, с голода все, — думал Федор. — Поболе бы есть нам надо. — Он взглянул на шкуру. — От нее больше не отрежешь, и так уж едва прикрывает от холода. — Посмотрел в заиндевелый» дальний от чувала угол. Там, под кустиком бересты, остатки запасов. — Если досыта — на пару ден, а надо, самое малое, на месяц протянуть».
Росин открыл глаза и смотрел на прокопченный потолок. Сейчас он был почему‑то, как никогда, низко.
«Как в гробу, — думал Росин. — И мрак какой‑то могильный».
Лицо отекло, мелко, неприятно дрожали руки. Во всем теле удручающая слабость.
Росин старался отвлечься, думать о чем‑то другом. «Где‑то сейчас Борька? Рулит, наверное, где‑нибудь по Тобольскому тракту».
Вспомнилось, как два года назад в такую же вот зимнюю ночь часа полтора стоял на дороге — и ни одной машины… Наконец из‑за поворота вырвались два белых в мельтешащем снегу луча. Росин поднял руку. «Давай забирайся!» — «О! Да у тебя «МАЗ»! Живем», — обрадовался Росин. «Живем! — согласился Борька. — Далеко?» — «В Тобольск». — «Торопишься?» — «Да надо бы побыстрее». — «Сегодня скоро не доберемся… Но все равно поехали. Раньше вряд ли кто приедет».
Борька не торопился. Катушку с высоковольтным кабелем, за которой ехал, можно было получить только завтра. во второй половине дня. Так что время у него было, и он чуть ли не всю ночь вытаскивал по трассе застрявшие в сугробы машины. «Такой уж у нас, брат, обычай. А у меня вон какой зверь! Черта из болота вытащит».
«А нас отсюда и Борькин «МАЗ» не вытащит», — подумал Росин.
Мысли сами собой возвращались к происходящему.
«Да, вот к чему привела тебя муза странствий… Неужели тут все и кончится? Сколько всяких планов… А что успел? Почти ничего. Не ахти уж какие важные экспедиции, шесть печатных статей, четыре папки необработанных материалов. И все. А сколько бы можно успеть. Если бы не надеяться на потом. Этого «потом», оказывается, может и не быть».
Росин смотрел на потолок, стены. Они в багровых отсветах огня. Он отвернулся к стене… Но сон не приходил. Перед глазами многолюдная городская улица. «А что изменится, если в этой массе идущих людей не будет одного человека? Что из того, что какие‑то книги буду читать не я, а кто‑то другой? Кстати, я так могу и остаться должником в трех библиотеках. Надо было перед отъездом сдать книги».
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: