Владимир Семибратов - Феномен уездного города. Малмыж в истории русской культуры
- Название:Феномен уездного города. Малмыж в истории русской культуры
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:978-5-6046372-0-3
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владимир Семибратов - Феномен уездного города. Малмыж в истории русской культуры краткое содержание
Книга адресована как историкам, культурологам, этнологам, литературоведам, так и самому широкому кругу читателей, неравнодушных к интеллектуальному прошлому родной земли.
В издании использованы иллюстрации из архива автора, фондов Малмыжского краеведческого музея и открытых источников.
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Феномен уездного города. Малмыж в истории русской культуры - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
Найденные в издании ценные сведения Н. С. Лесков использовал в очерке «Епархиальный суд», впервые напечатанном под названием «Духовный суд» в трёх номерах газеты «Новости» от 12, 13 и 18 июня 1880 года.
В главе восьмой автор сетует на то, что «вера… наша, несомненно, страдает и подвергается самым ужасным, почти неслыханным в христианстве порицаниям не по влиянию “заносных учений”, на которые мы охочи всё сваливать, а по причинам, зависящим от устройства нашей церкви» [45] Лесков Н. С. Епархиальный суд // Лесков Н. С. Собрание сочинений в одиннадцати томах. Т. 6 / подг. текста и примеч. С.А. Рейсера. М.: Гослитиздат, 1957. С. 573.
. В доказательство этого тезиса он приводит «недавно обнаруженный» им в исследовании С. К. Кузнецова «случай… чрезвычайно тяжелый и мучительный для сознания христианина» [46] Там же. С. 574.
.
Вот как Н. С. Лесков излагает содержание «книжечки»:
«…Наши давно окрещённые черемисы и в 1878 году были такие же язычники, какими были до крещения… Им было как-то проповедано евангелие; у них настроены церкви, в которых есть штаты духовенства; это духовенство совершает крещение младенцев и ведёт, конечно, исповедные росписи, в которые надо вписаться, чтобы не подпасть ответственности, а христианства всё нет как нет… И это ещё не самая большая беда, что крещёные черемисы до сих пор не сделались христианами: это у нас случалось и с татарами и с мордвой, у которой до сих пор во весь развал идёт эпоха двоеверия, но вот в чём беда, – что окрещённые черемисы стали нравственно хуже, чем были; что всякий, вынужденный иметь с ними дело, – старается отыскать старого, некрещёного черемиса (из тех, кои отбежали крещения), потому что, по общему наблюдению, у некрещёных больше совестливости… Этого оскорбления святейшей религии Христа не может не поставить нам в вину вселенское христианство! О своём же крещёном поколении черемисы самого невыгодного мнения; да иначе не может и быть. Это окрещённое, но ничему в христианстве не наставленное поколение, как свидетельствует та же книга, изданная императорским Русским географическим обществом (стр. 6), “относительно христианства столь же невежественно, как их отцы и деды, а к язычеству оно успело охладеть, потому что представители его редеют. Теперь можно из подросшего поколения встретить таких, которые не придерживаются никакой религии… ».
Исходя из сказанного, Н. С. Лесков делает такой вывод:
«Вот положение, которое едва ли нельзя назвать водворением религиозного нигилизма посредством крещения . А это заявлено твёрдо и никем не опровергнуто, и, хотя или не хотя, ему, очевидно, приходится верить и с ним соображаться. Принимая же в расчёт, что такое явление далеко не единично, его надо считать важным и требующим самых скорых и самых энергических мер к всестороннему поправлению церковного дела. И скорого непременно потому, что церковная беда не ждёт. Мнение это есть едва ли не общее мнение всей церкви, кроме тех, которые свои вкусы предпочитают истинам евангелия» [47] Лесков Н. С. Епархиальный суд. С. 674–575. См. также: Сергеев В. Вятка и Лесков // Кировская правда. 1996. 3 фев.
.
Из других писателей-классиков оказался невольно причастен к вятскому югу Ф. М. Достоевский, который в 1849 году по Сибирскому тракту следовал в ссылку через Малмыжский уезд вместе с другими петрашевцами.
Автор одной из наиболее популярных биографий Фёдора Михайловича Леонид Петрович Гроссман (1888–1965) пишет:
«Это было первое его путешествие по России. Он знал лишь Петербургский тракт от Москвы и морской рейс из Кронштадта в Ревель. Теперь за две недели русские тройки пронесли его по необъятному снеговому маршруту от Невы до Западной Сибири. Он проехал северным поясом страны по девяти губерниям: Петербургской, Новгородской, Ярославской, Владимирской, Нижегородской, Казанской, Вятской, Пермской и Тобольской. В Приуралье мороз достигал 40 градусов. “Я промерзал до сердца”, – писал о своём первом странствии по необъятной родине петербургский житель» [48] URL: http://dostoevskiy-lit.ru/dostoevskiy/bio/grossman-dostoevskij /glava-vii-ssylnokatorzhnyj.htm. Л. П. Гроссман цитирует письмо Ф. М. Достоевского, отправленное им в 1854 году брату: «Нас везли пустырём, по Петербургской, Новгородской, Ярославской и т. д. <���…> Мы мёрзли ужасно. Одеты мы были тепло, но просидеть, наприм<���ер>, часов 10, не выходя из кибитки, и сделать 5, 6 станков было почти невыносимо. Я промерзал до сердца и едва мог отогреться потом в тёплых комнатах. Но, чудно: дорога поправила меня совершенно. <���…> По всей дороге на нас выбегали смотреть целыми деревнями и, несмотря на наши кандалы, на станциях брали с нас втридорога» (URL: http://dostoevskiy-lit. ru/dostoevskiy/bio/letopis-zhizni-i-tvorchestva/1850–1854-gg.htm).
.
С великим писателем оказался тесно связан своей судьбой сын известного малмыжского купца Капитон Корнилиевич Сунгуров (1835–1866). Будучи жителем Санкт-Петербурга и находясь за свою революционную деятельность под следствием, в июне 1863 года он дал о себе такие показания:
«…Происхожу из купеческого звания; уроженец Вятской губ<���ернии> города Малмыжа. Вероисповедания православного, на исповеди бываю, хотя и не ежегодно, и в последний раз исповедовался и св<���ятой> тайне приобщался в нынешнем году, на шестой неделе великого поста. В настоящее время родитель мой приписан к обществу мещан Царского Села. Отец жив, родная мать померла в 1840 году, и теперь имею мачеху. Кроме того, есть у меня брат лет восемнадцати, сестра лет двадцати трёх. Есть родственники в Вятской губ<���ернии> в городе Котельниче (дед по матери). Недвижимой собственности родители не имеют.
Первоначальное образование получил дома (в Малмыже); на девятом году меня поместили вместе с покойным братом во вторую казанскую гимназию. По окончании курса в гимназии (1853) я был принят без экзамена в Казанский же университет, откуда по желанию отца, проживавшего в это время в Петербурге, перешёл в Петербургский университет. Это было в марте 1856 г. После того обстоятельства заставляли меня несколько раз оставлять университет и потом снова поступать в него; в 1859 году я поступил на юридический факультет, раньше был на историко-филологическом; был выключен за дело казанских студентов, потом опять принят, потом университет закрыли.
Квартиры я переменял довольно часто. В последнее время проживал у жены поручика Юлии Алексеевны Петровой, в Сред<���ней> Мещанской, д<���ом> Логинова № 7, кв<���артира> 32. Деньги на содержание я получал за корректуру, за переводы с франц<���зского> и с немец<���кого>, за оригинальные статьи. Холост. Под следствием не был» [49] Сунгуров К.К. Дневник корректора (Записки Сунгурова, корректора «Времени») / публ. и предисл. «Капитон Сунгуров и его записная книжка» В. Г. Базанова // Русская литература. 1962. № 1. С. 218–219 (прим. 8).
.
Интервал:
Закладка: