Кейт Мосс - Лабиринт

— Она бы не стала. Просто она бы этого не сделала! — крикнула Шелаг. — В пещеру входили многие. Любой из них мог его взять. Доктор Брайлинг, полицейские…

Шелаг осеклась.

— Полицейские, говорите, — повторил он.

У Шелаг перехватило дыхание.

— Любой из них мог взять кольцо… Скажем, Ив Бо.

Она замерла. Ей слышно было его ровное, спокойное дыхание. Он знает.

— Кольца там не было!

Он вздохнул.

— Бо отдал кольцо вам? Чтобы вы передали подруге?

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — сумела выговорить Шелаг.

Новый удар, на этот раз кулаком, а не ладонью. Кровь хлынула из носа на подбородок.

— Чего я не понимаю, — продолжал он, как будто ничего не случилось, — это почему он не передал вам также и книгу, доктор О'Доннел?

— Он ничего мне не отдавал, — задыхаясь, проговорила она.

— По словам доктора Брайлинга, вечером в понедельник вы покинули общежитие с большой сумкой.

— Он лжет.

— На кого вы работаете? — вкрадчиво, почти нежно повторил он. — Все это кончится. Если ваша подруга не замешана, никто не причинит ей вреда.

— Она ни при чем, — проскулила Шелаг. — Элис даже не знала…

Шелаг сжалась, почувствовав его руку у себя на горле. Сперва он гладил ее в пародии на страсть, потом стал сжимать сильнее и сильнее. Ей казалось, будто на горле затягивается железный воротник. Шелаг металась из стороны в сторону, пытаясь глотнуть воздуха, но мужчина был слишком силен.

— Вы с Бо работали на нее? — спросил он.

Она уже теряла сознание, когда он выпустил ее горло и принялся одну за другой расстегивать пуговицы на ее рубашке.

— Что вы делаете? — прошептала она, ощущая на себе его холодные бесстрастные пальцы.

— Вас никто не ищет.

Что-то щелкнуло, и по запаху Шелаг поняла, что перед ней зажгли зажигалку.

— Никто сюда не придет…

— Пожалуйста, не надо…

— Вы с Бо работали вместе?

Она кивнула.

— На мадам Л'Орадор?

Она кивнула еще раз и сумела выговорить:

— Ее сын. Франсуа-Батист. Я говорила только с ним.

Она почувствовала тепло огня у самой кожи.

— А как насчет книги?

— Я ее не нашла. Ив тоже.

Кажется, он вздрогнул и отдернул руку.

— Так зачем же Бо ездил в Фуа? Вам известно, что он виделся с доктором Таннер?

Шелаг пыталась покачать головой, но от этого в ней взорвалась боль и новая волна озноба прошла по телу.

— Он ей что-то передал.

— Только не книгу, — проговорила она, с трудом втягивая в грудь воздух, чтобы продолжить фразу.

В это время дверь открылась, из коридора донеслись приглушенные голоса, запах пота и табачного дыма.

— Как вы должны были передать мадам Л'Орадор книгу?

— Через Франсуа… — Говорить ей было больно. — Встретиться на пике де… мне дали номер, куда позвонить.

Она отпрянула, почувствовав его руку на груди.

— Прошу вас, не…

— Видите, как все просто, стоит только захотеть? А теперь вы сделаете для меня этот звонок.

Шелаг в ужасе замотала головой.

— Если они узнают, что я рассказала, меня убьют.

— А я убью вас и мадемуазель Таннер, если вы этого не сделаете, — холодно ответил он. — Вам выбирать.

Шелаг понятия не имела, где сейчас Элис. В безопасности или тоже здесь?

— Он ждет звонка о том, что вы нашли книгу, не так ли?

Она уже не осмеливалась лгать. Покорно кивнула.

— Их больше интересовал маленький диск, размером с кольцо, чем само кольцо.

Шелаг с ужасом поняла, что впервые сказала ему что-то, чего он не знал заранее.

— Для чего этот диск?

— Не знаю.

Шелаг услышала собственный крик, когда пламя лизнуло ее кожу.

— Для че-го он? — медленно, по слогам проговорил допрашивающий.

Голос, был совершенно спокоен. Шелаг стало холодно. Сладко и тошнотворно запахло горелым мясом. Она уже не различала слов. Боль уносила ее, она уплывала, падала. Шея больше не держала головы.

— Мы ее потеряем. Снимите мешок.

Мешковина сползла с лица, цепляя порезы и ссадины.

— Вложить в кольцо… — Собственный голос слышался как из-под воды. — Как ключ… К лабиринту…

— Кто еще об этом знает? — выкрикнул он ей в лицо, но Шелаг понимала, что он уже ничего не может ей сделать.

Подбородок уткнулся в грудь. Он вздернул ей голову. Один глаз совершенно заплыл, но второй моргнул, приоткрываясь. Перед ней расплывались, качались пятна лиц.

Она без сознания…

— Кто? — Он склонился над ней. — Мадам Л'Орадор? Жанна Жиро?

— Элис, — прошептала она.

В Шартр Элис добралась только во второй половине дня. Она нашла гостиницу, купила там карту и отправилась прямо по адресу, который получила в справочной службе. Элис с удивлением разглядывала элегантный особняк с блестящим медным почтовым ящиком и дверным молотком, с элегантными растениями в ящиках на подоконниках и в высоких клумбах у ступеней. Трудно было вообразить Шелаг в этом доме.

«И что, черт возьми, ты скажешь, когда откроют дверь?»

Элис глубоко вздохнула, поднялась по ступеням и позвонила. Ответа не было. Она подождала, отступила назад, посмотрела на окна и позвонила еще раз. Потом набрала телефонный номер. Секунду спустя в доме зазвонил телефон.

По крайней мере, дом тот самый.

Она была разочарована, однако, честно сказать, вздохнула с облегчением. Выяснение отношений откладывалось.

Площадь перед собором кишела туристами, сжимающими камеры и путеводители, вздымающими над головами цветные флажки и зонтики. Благопристойные немцы, застенчивые англичане, блестящие итальянцы, тихие японцы, восторженные американцы… У детей всех наций был одинаково скучающий вид.

За время долгого пути на север Элис отказалась от мысли, что шартрский лабиринт подскажет ей решение загадки. Очень уж очевидной была связь: пещера на пике де Соларак, Грейс, она сама… слишком очевидно. Что-то подсказывало Элис, что ее вывели на ложный след.

Тем не менее она купила билет и пристроилась к экскурсии на английском, которая должна была начаться через десять минут. Экскурсоводом оказалась деловитая дама средних лет с учительскими повадками и отрывистой манерой речи.

— Современному взору соборы представляются серыми, устремленными в небо строениями, строгими молитвенными домами. Однако в Средневековье они скорее напоминали пестротой красок индуистские храмы и святилища Таиланда. Украшавшие вход статуи и тимпаны шартрезского собора, как и всех других храмов, лучились многоцветьем. — Экскурсоводша воспользовалась острием зонтика как указкой. — Присмотритесь, и вы увидите в трещинах камня остатки розовой, желтой и голубой краски.

Туристы рядом с Элис послушно закивали.

— В 1149 году, — продолжала женщина, — пожар уничтожил большую часть Шартра, в том числе и собор. Сперва предполагали, что в огне погибла и святейшая реликвия собора — sancta camisia, родильная сорочка, в которой святая Мария, по преданию, родила Христа. Но три дня спустя реликвия, скрытая монахами в склепе, была обретена вновь. Ее возвращение сочли чудом, знаком, что собор должен быть отстроен. Здание, которое вы видите, было завершено в 1223 году, а в 1260-м освящено как соборная церковь Успения Богородицы. Это первый из французских соборов, посвященных Деве Марии.