Иван Охлобыстин - Тайна двух океанов
- Название:Тайна двух океанов
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:2008
- Город:Москва
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Иван Охлобыстин - Тайна двух океанов краткое содержание
Тайна двух океанов - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Как скажет капитан, — последовал неопределенный ответ.
* * *
Капитан тем временем уже шел по коридору.
Войдя в свою каюту, капитан запер за собой дверь, сел за письменный стол, включил компьютер и начал читать.
Он прочел следующее: «Ответ задержан для проверки старых и получения новых материалов из Токио и Нагасаки».
Во время первой командировки в Нагасаки, пять лет назад, Горелов прекрасно выполнил задание, за что по возвращении был награжден орденом «Знак Почета». За два года, проведенных в командировке, много работал, изредка ходил в театры, кино, музеи, буддистские храмы, тренировался в боевых искусствах у лучших мастеров Японии. Часто проводил свободные часы в обществе членов российской колонии в Нагасаки и Токио. В следующую командировку в Токио, два года назад, встретился с Абросимовыми, отцом и дочерью, стал бывать у них все чаще. С дочерью, Анной Сергеевной, часто посещал театры, первоклассные рестораны и кафе, аристократические дансинги. Жил довольно широко. В этот период времени с членами российской колонии встречался редко. Интересна личность Сергея Николаевича Абросимова. Его отец, Николай Петрович Абросимов, бывший советский генерал, правительством Сталина был командирован в Японию. Смерть Сталина в 1953 году застала его там, и в Россию он не вернулся. Сын родился в Японии. Здесь же родилась и дочь Сергея Николаевича — Анна. Жена умерла десять лет назад. Живет широко, источники доходов неизвестны. Говорят, играет на бирже. Имеет большие знакомства в аристократических кругах Европы.
Задание второй командировки Горелов выполнил так же хорошо. Будучи третий раз в Токио, он вел примерно такой же образ жизни, часто бывал у Абросимовых. Говорили, что дочь Анна Абросимова стала невестой Горелова, хотя огласки никакой не было. Также источники сообщают, что Абросимова безнадежно больна редким заболеванием крови.
О каких-либо деловых или секретных взаимоотношениях Горелова с Абросимовым-отцом подозрительных сведений не имеется.
Капитан выключил компьютер, встал и начал задумчиво прохаживаться по каюте.
ПРОВЕРКА
Встретив почти у самых дверей капитанской каюты Горелова, зоолог спросил:
— Как бы вы отнеслись, Федор Михайлович, к небольшой, часов на шесть-семь, экскурсии по дну океана? Вы уже
давно, если можно так выразиться, не проветривались… А? Что вы скажете?
— Очень вам благодарен, Арсен Давидович, — отвечал он, улыбаясь. — С большим удовольствием выйду с вами… Я уже положительно заплесневел здесь, в этих до противного надежных стенах.
— Ну и прекрасно! — сказал зоолог. — Через два часа подлодка остановится, будьте готовы к этому времени. Встретимся в выходной камере ровно в шестнадцать часов.
И, повернувшись, зоолог торопливо направился по коридору к своей лаборатории.
Горелов, не трогаясь с места, проводил зоолога взглядом чуть прищуренных глаз и направился к своей каюте.
В шестнадцать часов подлодка неподвижно повисла на глубине трех тысяч метров, почти у самого дна океана. В выходной камере собрались участники экскурсии. Перед тем как одеваться, зоолог попросил свою группу — Горелова, Ахмеда и Павлика — держаться около него, не отплывать далеко, так как работа будет коллективная.
Через несколько минут семь человек в скафандрах готовы были к выходу. Лишь на Горелове и зоологе не было еще шлемов. Как раз в этот момент, когда Крутицкий, дежурный водолаз, помогавший экскурсантам одеваться, готов был надеть на голову зоолога шлем, в камеру быстро вошли два офицера охраны.
— Ну как? Готовы? — обратился один из них к Крутицкому. — Вы нам нужны. Капитан приказал проверить склад водолазного имущества.
— Сейчас освобожусь, товарищ комиссар, — ответил Крутицкий, — только два шлема надену.
— Ну-ну, кончайте спокойно, не торопитесь.
Офицер охраны подошел к Горелову, с любопытством рассматривая его высокую, закованную в металл фигуру.
— Какая масса вещей у вас у пояса, — проговорил он, внимательно перебирая топорик, кортик, запасной ручной фонарь; он потрогал сетку пружинного сачка, открыл патронташ со щитком управления, заглянул во все его щели, под крышку, потом отстегнул электрические перчатки, растянул их и тоже посмотрел внутрь. — Можете себе представить, я ни разу не выходил из подлодки!
Разговаривая, он ходил вокруг Горелова, пристально осматривая со всех сторон его скафандр.
Чуть прищурив глаза, Горелов следил за ним, за его руками, за простодушным лицом, потом сказал:
— Очень захотелось бы, нашли бы и время. Много любопытного увидели бы.
Крутицкий кончил обряжать зоолога и поднял шлем над Гореловым:
— Разрешите, товарищ интендант.
— Пожалуйста, пожалуйста… — заторопился офицер охраны и улыбнулся. — А где экскурсионный мешок товарища военинженера?.. Ага, вот этот! Интересно. — Он открыл экскурсионный мешок, с веселым любопытством пошарил в нем рукой, вынул из его карманов разные мелкие экскурсионные инструменты, перебрал их и положил на место.
— Ну, тут я ничего не понимаю… Это уже по научному ведомству… Закончили, Крутицкий? Приходите скорее. Мы будем ждать вас на складе.
Помахав приветственно руками, офицеры охраны вышли из камеры. Крутицкий в последний раз тщательно осмотрел одетые в металл фигуры, удовлетворенно кивнул головой и тоже вышел. Через минуту послышалось глухое журчание: вода начала заливать камеру.
Не успели экскурсанты отплыть и несколько километров от подлодки, как Горелов с досадой сообщил зоологу, что фонарь у него на шлеме потух.
— Разрешите, Арсен Давидович, вернуться на подлодку и исправить фонарь. Без него не рискую отправляться с вами. Я очень вас прошу, Арсен Давидович, займитесь пока работами здесь, недалеко от подлодки. Я мигом слетаю туда, исправлю фонарь и вернусь к вам.
— Только быстрее, — ответил тот.
Через пятнадцать минут Горелов уже опять выходил из подлодки. Повреждение фонаря было пустяковое: стерженек кнопки на щитке управления был погнут, вероятно, неосторожным движением самого Горелова, и произошло разъединение. Фонарь вновь ярко горел в то время, когда Горелов выходил из камеры на откидную площадку. Но едва он ступил с нее в черноту глубин, как свет опять погас. Однако на этот раз Горелов никому об этом не сообщил. В непроницаемой тьме он тихо проплыл вокруг подлодки, чуть касаясь рукой ее обшивки, подплыл к корме и нащупал отверстие центральной ходовой дюзы. Осторожно, стараясь не задевать металлом своего рукава металл дюзы, Горелов просунул руку в выходное отверстие дюзы. Рука до плеча погрузилась в еще горячую камеру сгорания и долго производила там какую-то утомительную работу. Наконец так же осторожно, как и прежде, Горелов вытащил из камеры руку. В ней находился небольшой кубический ящичек.
Повозившись немного, Горелов снял с него нечто вроде плотного металлического футляра и отбросил его в сторону. Теперь в руках Горелова остался знакомый металлический шар. Горелов положил шар в карман экскурсионного мешка, запер мешок, забросил его за спину и поплыл обратно к откидной площадке у выходной камеры. Здесь на его шлеме ярко вспыхнул фонарь, и, непрерывно вызывая зоолога, Горелов понесся в темноте глубин, среди загорающихся то тут,
то там разноцветных огоньков подводных обитателей.
Интервал:
Закладка: