Клайв Касслер - Арктический дрейф

Корпус контейнеровоза с треском врезался в «Лиру». Поскольку кораблик охраны почти успел развернуться, основной удар пришелся на корму. «Лира» едва не опрокинулась, палубу лизнула огромная волна. Команда в ужасе замерла. Казалось, минула целая вечность, прежде чем судно выровнялось и отошло от контейнеровоза. И все же опасность пока не миновала. Экипаж не знал, что в результате столкновения у «Лиры» оторвался руль. С бешено вращающимся гребным винтом патрульный корабль летел навстречу ближайшей паковой льдине. Пройдя несколько футов по ледяному крошеву, он резко столкнулся с глыбой, и вся команда попадала на палубу.

Вебер поднялся на ноги, помог выключить двигатели и быстро оценил ущерб. К счастью, команда почти не пострадала, не считая ушибов и ссадин. Судну повезло куда меньше. Не считая утраченного руля, у «Лиры» был смят нос и серьезно повреждена корма. Им придется ждать не менее четырех дней, пока прибудет буксир и доставит корабль в док для ремонта.

Стерев со щеки кровь, Вебер вышел на крыло мостика и посмотрел на запад. Ему удалось увидеть лишь ходовые огни удаляющегося контейнеровоза, а затем тот скрылся в пелене тумана. Капитан покачал головой.

— Наглый ублюдок! — процедил он сквозь зубы. — Ты еще за это заплатишь!..

Тем не менее вышло иначе. Береговая охрана оповестила военно-воздушные силы Канады, но самолету-разведчику «Аврора» СР-140 взлететь не удалось — с юга острова Баффин стремительно надвигался грозовой фронт. Когда самолет наконец поднялся в воздух с гринвудской базы в Новой Шотландии и прибыл к проливу Ланкастер, прошло более шести часов. С запада проход блокировали военный ледокол и катер береговой охраны, надеявшиеся захватить воинственный контейнеровоз возле острова Принца Уэльского. Однако огромный черный корабль исчез без следа.

Береговая охрана и военно-воздушные силы трое суток прочесывали воды вокруг пролива Ланкастер, несколько раз провериввсе возможные маршруты. Но американское тор говоесудно они так ине нашли. Потом поиски тихо свер нули, иВебер с командой продолжали недоумевать, куда же могподеваться злосчастный контейнеровоз.

Доктор Кевин Бью взглянул на почерневшее небо и поморщился. Всего несколько часов назад сияло солнце, ветра не было и в помине, ртуть в термометре бодро держалась отметки в минус шесть. И вдруг барометр резко упал, задул западный ветер. В четверти мили бились серые воды Арктики, с шумом ударяясь о неровный край паковой льдины и вздымая фонтаны ледяных брызг.

Затянув потуже капюшон парки, ученый повернулся спиной к пронизывающему ветру и внимательно осмотрел место, за последние несколько недель ставшее ему домом. Дрейфующая станция № 7 вряд ли удостоилась бы пяти звезд за роскошь и комфорт в форбсовском рейтинге. Лагерь состоял из шести сборных домиков, выстроившихся плотным полукругом. Все двери выходили на юг, с другой стороны территорию огибал крытый навес, занесенный снегом. Слева притулились крошечные спальные бараки и здание побольше, служившее полярникам и кухней, и кают-компанией. Напротив стояло приземистое строение, в котором находилась общая лаборатория.

Эта дрейфующая станция, как и несколько других подобных, была организована Министерством морского флота и рыболовства для изучения динамики паковых льдов. За год своего существования исследовательская лаборатория, расположенная на огромном ледовом поле, передвинулась миль на двести к югу моря Бофорта. Теперь лагерь находился на краю шельфового ледника почти строго на север от Юкона, примерно в ста пятидесяти милях от побережья Северной Америки. Приближалось лето, и, поскольку паковый лед недолговечен, станции оставалось работать всего ничего. Ежедневные измерения льдины свидетельствовали о том, что лед тает: его толщина уменьшилась с трех футов до четырнадцати дюймов. По прикидкам Бью, ему и четырем другим ученым оставалось провести здесь не больше пары недель. Потом станцию придется разбирать и вывозить.

Океанограф-полярник устало побрел в радиорубку, проваливаясь в снег чуть ли не по колено. Сквозь шум ветра слышался рев дизельного двигателя, время от времени то повышающего, то сбрасывающего обороты. За территорией лагеря сновал туда-сюда желтый фронтальный погрузчик на гусеничном ходу, расчищающий снежные завалы. Неровная взлетно-посадочная полоса была жизненной артерией станции: еженедельное снабжение осуществлял самолет «Твин Оттер». Поэтому Бью строго следил за чистотой дорожки.

Не обращая внимания на шум, Кевин вошел в совмещенную с радиорубкой лабораторию, на пороге стряхнул с обуви снег, пробрался мимо стопок научных журналов и каких-то приборов в каморку, где стояла спутниковая радиостанция. У передатчика сидел улыбчивый светловолосый мужчина с немного безумным взглядом. Скотт Кейс был талантливым физиком, изучавшим солнечную радиацию вблизи полюсов. Как и остальные участники экспедиции, он совмещал несколько должностей и, помимо прочего, был старшим радистом.

— Атмосферные помехи опять блокируют наш сигнал, — сообщил он Бью. — Прием со спутника — ноль, от наземного передатчика толку тоже нет.

— Это из-за шторма. Слушай, а ребята в Туктояктуке в курсе, что мы пытаемся связаться с ними?

— Кто их знает, — пожал плечами Кейс, — обратной связи тоже нет.

Тонкие стены завибрировали от рева погрузчика, пытающегося убрать с полосы ледяную глыбу.

— Ты решил расчистить поле на всякий случай? — понимающе кивнул Кейс.

— К вечеру из Туктояктука должны доставить провиант. Вероятно, они и не знают, что у нас тут начинается снежная буря. Попытайся выйти на связь, Скотт. Может, еще не поздно отменить вылет, пилотов лучше поберечь.

Не успел Кейс предпринять очередную попытку, как передатчик захрипел и сквозь помехи прорвался уверенный голос:

— Дрейфующая станция № 7! Дрейфующая станция № 7, это исследовательское судно «Нарвал» агентства НУПИ. Вы меня слышите? Прием!

Отпихнув Кейса в сторону, Бью бросился к передатчику и быстро ответил:

— «Нарвал», говорит доктор Кевин Бью с дрейфующей станции № 7. Прием!

— Доктор Бью, мы вовсе не собирались перехватывать ваши сообщения, однако услышали, что вы пытаетесь связаться со станцией береговой охраны в Туктояктуке. Также мы поймали несколько их вызовов, оставшихся без ответа. Хотите, мы передадим им сообщение?

— Будем вам очень признательны!

Бью продиктовал американцам депешу, в которой просил базу отложить доставку провизии на сутки в связи с плохой погодой. Несколько минут спустя «Нарвал» передал подтверждение от Туктояктука.

— Огромное спасибо, — радировал Бью. — Теперь бедному пилоту не придется бороться со штормом.