Александр Быченин - Э(П)РОН-4

Ну и пока суть да дело, я запустил собственные «понтоны», решив для начала ограничиться малым. В друг повезёт? Да и предварительные данные в любом случае не помешают. Но об этом даже рассказывать нечего, рутина она рутина и есть. Не в первый раз уже, и далеко не в последний. Зато время скоротаем…

Надо сказать, фокус не удался. Но не потому, что факир был пьян, а по причине насквозь прозаической — «природные условия» называется. Да-да, та самая чёрная дыра подкузьмила. Прежде чем выводить «понтоны» на позиции, Кумо довёл до логического завершения процедуру сканирования, а ещё обработал полученные данные и построил весьма затейливую модель гравитационных взаимодействий внутри системы. И соответствующие рекомендации дал, спутавшие мне все карты — с текущей относительно местных массивных объектов позиции «Набата» урезанную версию «объёмной триангуляции» осуществить не представлялось возможным. И всё из-за причудливо искривлённых гравитационных векторов, порождённых чёрной дырой. Поэтому пришлось ограничиться стандартными «нырками» с «зовом», которые вменяемого результата не дали. Вернее, данных мы получили много, но… они решительно противоречили всему нашему предыдущему опыту. Гравитация, говорите? Она, родимая. Столь же абсолютная категория, как пространство и время. Похоже, в дальнейшем и её учитывать придётся. И я не удивлюсь, если она окажется связана с временными вывертами на различных «глубинах» подпространства. Да что там! Есть мысль, что как раз это явление и послужит недостающим звеном в моей теории континуума ВП, и я наконец смогу с достаточно высокой долей вероятности высчитывать скорость течения времени для каждого конкретного «пузыря» с «утопленником», дабы не тратить лишнего времени на совершенно безнадёжные случаи. Каламбур, блин! Вот только задачка нетривиальная, к ней надо основательно подступаться, с чувством, с толком, с расстановкой, а не как я сейчас, второпях.

Впрочем, затейливость полученных данных не помешала мне озадачить сначала Терентьева, а потом и подоспевшего Вайса — с их точек «триангуляция» вполне себе прокатила. А данные, скормленные Кумо, дополнили и, так сказать, оттенили добытую чуть раньше информацию. Расчётная модель, воспроизведенная «мини-гексом» в «дополненной реальности», стала ещё сложнее, но глаз радовала куда больше — начали проявляться скрытые до поры закономерности, просто на уровень выше. Огорчало лишь одно: гравитационные возмущения очень сильно искажали картину Границы, и пространственные «пузыри», если они вообще были в ближайших окрестностях, соввершенно терялись в «помехах». То есть «Великана» ни я, ни Терентьев с Вайсом стандартными методами не обнаружили. И вообще каких-либо следов «затоплений». Оставалась ещё одна — ма-а-а-аленькая! — надежда на полноценную «объёмную триангуляцию», но для её реализации пришлось ждать Краузе. Естественно, времени мы не теряли — данных море, обрабатывай не хочу! Кумо, дождавшись моего прямого приказа, объединил в кластер все свои урезанные копии с двух носителей и в общей сложности двенадцати «понтонов» и скрипел извилинами в режиме почти стопроцентной загрузки. И ведь не зря, как показала практика! К тому моменту, как соизволил появиться Краузе, теоретическая модель системы «чёрная дыра — двойная звезда» обрела завидную детализацию и практически завершённый вид. Не хватало самой малости — взгляда со стороны. Но и с этой проблемой мы однозначно должны были справиться. Да-да, за счёт той самой полноценной «триангуляции». Жаль только, что с «утопленниками» никакой конкретики так и не появилось. Но мы, тем не менее, работу не бросали — и жалко на полпути, и вынырнувший из глубин подсознания ученый-физик не позволял: это же какой массив новых данных о природе гравитации! Да любой академический коллега руку бы отдал на отсечение за возможность оказаться на моём месте! Тут столько нового, что можно десяток докторских диссертаций состряпать, а до того сотню кандидатских. Ну, помимо всего остального, что я уже скопил в области физики подпространства. Наука требует жертв, ага. И настоящий ученый на них пойдёт, особенно если это всего лишь время и собственный труд. Даже убивать никого не надо, блин! Пока, по крайней мере.

С появлением Краузе дело пошло ещё веселее — час (вместо шестнадцати, как в первый раз) на обсчёт позиций, ещё столько же на то, чтобы их занять и выровнять относительные скорости кораблей и самого массивного объекта в округе, то бишь чёрной дыры, ну и плюс ещё по мелочи — на построение икосаэдра, повторное выравнивание скоростей, и собственно синхронный «нырок». Непосредственно «триангуляция» заняла около трёх минут, первичный анализ результатов растянулся на полтора часа, и ещё минут сорок я чесал репу, пялясь на визуализацию результатов, любезно построенную Кумо. Тем же самым, кстати, занимались и остальные трое капитанов. Один только Рин торчал в кресле с неизменной бутылкой пива, да посмеивался, глядя на наши озадаченные рожи.

А озадачиться было с чего — картинка получилась донельзя… даже не знаю, как сказать. Странной? Не без этого. Непонятной? Да в высшей степени! Увлекательной? Ещё какой, симатта! Но самое главное, абсолютно бесполезной для решения основной задачи — поиска «утопленников». Многоуровневая, цветастая, обрастающая многочисленными деталями при масштабировании… причём в любую сторону. Начинаешь укрупнять масштаб — проступает мешанина линий, пятен и цветовых шлейфов, вычленить в которой знакомый контур «пузыря» попросту невозможно. Делаешь мельче — та же фигня. Подробностей уже нет, но общая картина такая же удручающая — одно сплошное пятно неправильной формы. Этакая клякса, охватывающая каплями-«отростками» массивные объекты, то бишь чёрную дыру со звёздами. И цвет. Цветовая градация весьма красноречивая, очень похожая…

— Чёрт!!!

На мой помимо воли вырвавшийся вопль отреагировали все участники мозгового штурма, включая Кумо и кэпа. Правда, последний едва дёрнул бровью, в отличие от бравой троицы в лице Терентьева, Вайса и Краузе, рожи которых украсились выражениями тревожного любопытства. Тремя версиями, значительно отличающимися друг от друга, но одинаково красноречивыми, да.

— Что-то надумал, Алекс? — нарушил таки тишину на правах старшего Терентьев.

— Почти… мелькнуло что-то такое…

— Сглазил, э! — подпустил шпильку кэп. — Слишком много думать вредно. Мозг можно сломать. Мысли должны быть подобны воде, только тогда рождается истина, которая в красоте!

— Риндзи-сан, вы бы повременили со своим дзеном, — поморщился Краузе.

— Нет, пусть продолжает, — прервал я соратника. — Как ты сказал, кэп?