Пол Даркейн - Дурь

Напарники идут вдоль бульвара, каждый раздумывая о своем. Настя молчит до тех пор, пока Михаил не решает ее потревожить.

– Ну, так что с этой точкой? – Спрашивает он, давая понять, что сам ничего не придумал.

– В общем, такие варианты. – Задумываясь, отвечает она. – Точка тихо-мирно существовала, пока не появился тот, кто мог продать информацию. Это как первый вариант.

– Второй вариант, например, кто-то их долго выслеживал. – Добавляет свое предположение напарник. – Это опасный бизнес. Наверняка кто-то пронюхал и решил избавиться от конкурента.

– Возможно. – Тихо соглашается с ним начальница. – Мад – не такая уж известная личность, чтобы избегать войны с ним.

– Не это ли для нас положительная сторона? – Спрашивает Михаил оптимистичным тоном.

– Пока есть он, и пока есть другие, у нас есть и работа. – Отвечает Настя, будто сразу поняла, о чем ее напарник подумал.

– А пока есть работа – есть и деньги. – Улыбнулся Конов. Но потом его улыбка сменяется на пугливость, когда он замечает озлобленное лицо своей начальницы. Она его озирает так, будто Михаил сам был тем преступником.

– Тебе денег, что ли, не хватает? – Ругает она Михаила и указывает на его живот. – Посмотри на свое откормленное брюхо! Совсем зажрался на этой работе!

– Я не зажрался. – Начал оправдываться напарник, пытаясь вставить свои шутки, чтобы успокоить начальницу. – Я просто привел лирическое отступление.

– В моем отделе отступать запрещено, ты это прекрасно знаешь! – Настя этой шутки совсем не поняла.

– Лирикой-то можно? – Продолжает оправдываться шутками Михаил.

– Можно Машку за ляжку! – Твердо отвечает Настя. Она это выражение уже слышала от офицеров, когда у них какой-то солдат что-либо просит со слов «можно».

– Это приказ? – Продолжает ехидничать напарник.

– Это лирическое отступление. – Огрызается Настя.

– Но отступать же нельзя. – Снова решает пошутить Михаил, но, по всей видимости, он тут немного перестарался. Он даже почувствовал накопившуюся ярость своей начальницы.

– Не беси меня!!! – В отчаянном крике произносит она. – Ты доиграешься, я тебя пристрелю когда-нибудь!

– Прости, я немного перестарался. – Отвечает Михаил, пытаясь сгладить накалившуюся обстановку.

Да, к сожалению, ему досталась начальница с очень странным чувством юмора.

Наутро следующего дня раздается долгожданный звонок из отдела криминальной экспертизы, сообщивший о готовых результатах вчерашнего преступления, и Настя с Михаилом тут же мчатся за ними, влетая в лабораторию ФСБ. В голубом помещении, обставленном разнообразными приборами и техникой, за столом сидит молодой помощник криминалиста в белом халате. Он держит папку с результатами на тот момент, как в кабинет ворвались сотрудники ОКОН. Только он хотел открыть рот, как Настя тут же вырывает у него папку и начинает листать.

– Но постойте! – Возмущается парень. – Это же документ о заключении!

Он хотел встать, как сразу был посажен здоровяком обратно в кресло.

– Сидите на месте. – Объясняет свой жест Михаил. – С вашим документом ничего не случится.

– Я знаю, что это за папка. – Добавляет Настя, продолжая листать ее, как дешевый глянцевый журнал.

Она останавливается на одной из страниц и, не отрываясь от этой страницы, силой подтягивает к себе своего напарника.

– Вот, смотри. – Указывает она на фото опознанных подозреваемых.

– Я это тело не знаю. – Возмущается Михаил, демонстрируя свою презренность, как это делает и его начальница.

Она перелистывает страницу дальше.

– Какая-то обезьяна. – Вслух комментирует она фото еще одного подозреваемого.

– Да, похожа. – Тихо кивает Михаил, соглашаясь с ней.

– А этот еще и сбежал из тюряги. – Продолжает она, демонстрируя своим выражением лица всю ненависть к таким преступникам.

Помощнику криминалиста надоедает это терпеть. Он решает влезть в бурную критику заключенных.

– Он не сбежал, а досрочно освобожден за хорошее поведение! – Возмущается он.

– Досрочное освобождение – это легальный побег. – Спокойно объясняет ему начальница ОКОН, но потом меняет свой тон на озлобленный, демонстрируя выражение ненависти на своем лице. – Повесить его надо было, а не отпускать досрочно! Ненавижу эти законы!

– Переверни на следующую страницу. – Просит ее заместитель. Настя переворачивает, как Михаил ее останавливает, будто что-то увидел интересное. – Погоди… кажется, я этого знаю. – Добавляет он, указывая на фото третьего преступника.

Михаил уставился на фото, а Настя тем временем уставилась на него, как на соучастника преступления.

– Что? – Удивленно спрашивает напарник, видя ее поедающий взгляд. – Ну да, я его знаю! Мы служили вместе в Чечне.

– Ну? – Задается вопросом начальница, ожидая от своего подчиненного объяснений.

– Хороший был человек. – Рассказывает Михаил. – Отлично служил и воевал. Я даже не могу подумать, что он мог быть замешан в этом.

– Это уже не тебе решать. – Отвечает Настя, намекая на безысходность его мыслей.

– Я до последнего момента был уверен, что он служит где-то так же как и я. – Продолжает Михаил. – После войны связь с подчиненными я потерял. Я не знал, кто и куда пошел, но верил, что им досталась нормальная жизнь.

Настя кидает папку эксперту так, что тот с трудом успевает среагировать и поймать ее, чтобы она не упала на пол.

– Сделай мне копии и побыстрее. – Приказным тоном говорит она помощнику криминалиста.

Спустя некоторое время сотрудники ОКОН выходят из штаба, взяв с собой копии заключений с информацией о подозреваемых. На улице стоит ясная теплая погода, и осень явно не чувствуется.

– А тебе досталась нормальная жизнь? – Спрашивает Настя у своего подчиненного, когда уже села в свой «Рейндж», а Михаил садится рядом на пассажирское место. Он задумывается над ее вопросом, но еще видит, как начальница нетерпеливо ждет ответа. Она даже машину не заводит.

– Это очень сложный вопрос. – Успевает только вымолвить Михаил, как его перебивает начальница.

– Значит, ненормальная. – Говорит она, удовлетворившись этим выводом, и заводит машину.

– Я не скажу, что ненормальная. – Оправдывается Михаил. – У меня ни разу не были мысли о совершении преступлений.

Внедорожник медленно выезжает за пределы служебного автопарка ФСБ.

– Ты прикидываешься дураком? – Спрашивает Настя, повышая свой тон. – Ты каждую неделю совершаешь преступления. Ты постоянно думаешь о том, как их совершить и не залететь на стол криминалистов. И после этого ты утверждаешь, что мыслей таких у тебя не было?

Михаил понимает, о чем говорит Настя, но сказать в ответ ему нечего, ведь она снова права.