Агата Фокс - Книги и когти. Том 1

– Нет, ничего, – я смахнула слезы и улыбнулась, протянула ему руку, – Меня зовут Аянэ, а тебя как?

– Я – Джин, – его рука, которой он обхватил мою, была такой теплой, – Я никому больше не позволю обидеть тебя, – пылко добавил он. Детское обещание, которое он держал, пока имел возможность быть рядом. И, хоть у меня были уже защитники, я приняла его клятву с благодарностью.

Как давно это было…А я все еще помнила те ощущения маленькой себя, они наполняли меня таким не омрачаемым светом, верой в лучшее. Ведь я не ждала тогда подобного, смирилась, а вон как оно вышло.

Крис и Рэй были… крайне удивлены, если не сказать больше, когда увидели меня, весело болтающей с новым другом. Они, чувствуя свою ответственность за меня, устроили Джину допрос с пристрастием, который он с легкостью прошел. Парни тоже не поняли причины такой его неосведомленности, но решили не ворошить это дело. Позже мы связали это с тем, что он является сиротой, никто не вбивал ему в голову свое мировоззрение.

Как же давно я их не видела, как соскучилась! Шесть лет – шутка ли?

Пока я витала в своих мыслях, мы уже проехали главные ворота Эйла, и теперь ехали по мощенным камнем улочкам. Солнце только начало показывать свой огненный бок из-за моря, и большая часть улиц еще была погружена в утренние сумерки. Одна из королевских машин, которые всегда были украшены гербом королевской семьи, везла меня все дальше от свободы и все ближе к золотой клетке, которую для меня стал представлять дворец.

Автомобиль остановился прямо у мраморной лестницы, за трёхъярусным фонтаном белого кварца, вершину которого украшала фигура девушки-нимфы, прикрывающейся лишь тонким отрезом шелка.

Дорога была очень долгой и довольно утомительной. В этой проклятой машине я проделала путь из одного конца страны в другой. За все это время мы останавливались лишь несколько раз, чтобы провести ночь в большем или меньшем уюте и принять ванну, но даже в эти благословенные ночи мне не позволяли выходить из гостиницы, пристально за мной следя, так что смотреть на достопримечательности мне приходилось через окно движущегося автомобиля. Причины такой спешки мне, увы, не объяснили.

Честно – я могла сбежать, ведь я, в конце концов, выучилась на ведьму… Но на это нужно было потратить силы, а мне не очень-то хотелось напрягаться. Вот и получилось, что сейчас я смотрела на тот дворец, в котором выросла, и в который не особо хотела возвращаться, ведь мало кто хочет снова вернуться в клетку, пусть и золотую… Однако, теперь я уже не та беспомощная девочка без семьи, которая никому не нужна. И управлять мной уже не так просто; во всяком случае, теперь у меня имелись навыки, которыми я могла бы заработать себе на хлеб, а если постараться, то и на хлеб с маслом…

Остановившийся автомобиль привлек внимание проворного слуги, только ступившего на пост, который тут же сбежал по ступеням и с поклоном открыл пассажирскую заднюю дверь.

Я выбралась из машины, поправляя нежно-голубой расклешенный топ с тонким ремешком под грудью и узкие светлые летние брюки, на пальце в лучах восходящего солнца блеснул холодным светом лунный камень с выбитым гербом в моем кольце – подарке от академии. На глаза упала упрямая белая прядь. Я смахнула ее и глянула на слугу, который нервно выдохнул. Я сунула ему свою книгу, проинструктировав, что ее, вместе с остальными вещами, нужно отнести в мою комнату, и что именно за эту книгу я спрошу с него по полной, без труда сделаю для нее обложку из его кожи, если на ней появится хоть одна царапина. Слуга закивал, смеряя меня испуганным взглядом и книгу к себе прижал, будто дитя. Когда он отошел на достаточное расстояние чтобы не услышать нас, одной рукой все еще прижимая книгу, а второй пытаясь справится с двумя сумками, сопровождающий укорил меня:

– Леди, Вы слуг пугаете. Это ведь всего лишь мальчишка.

– Этот «всего лишь мальчишка» должен быть благодарен, что такое сокровище ему удалось вообще в руках подержать. Сама бы отнесла ее, но вон тот паж у дверей, явно ждет меня, – я небрежным взмахом руки указала на человека в синем сюртуке, стоявшего на вершине лестницы.

Я поднималась по лестнице неторопливо и с достоинством, вообще не горя желанием появляться перед Его Величеством. Прошло 6 долгих лет с тех пор, как я покинула Эйл и Ларгос ради обучения. 6 лет без каникул и практически без выходных я училась в академии, закончив обучение, рассчитанное на 9 лет, как раз к коронации принца.

На вершине лестницы меня встретил паж, который, поклонившись, попросил меня следовать за ним.

Я шла за юношей, с жадностью оглядываясь по сторонам, вспоминая и сам дворец, и наши проказы в его стенах. И как бы сильно не желала возвращаться сюда, я соскучилась по Ларгосу – по красотам этого края, по единению природы и творений человеческих рук, соскучилась по его лесам и полям, и разрушенным крепостям, которыми было полно королевство. Я соскучилась по Эйлу, по его архитектурным изыскам, по виду, открывающемуся на восход из окна башни. Там, где я была все это время, был лишь замок, врезанный в скалу и, словно, являющийся ее частью, а вокруг только вересковая пустошь на километры и бледное солнце, почти всегда светящее через тонкую пелену облаков.

Я обратила внимание на мозаичный пол под ногами. А, его все же восстановили… Жаль. А какие на нем были живописные трещины, некоторые – в полметра шириной! Иногда, проходя между ними, мне казалось, что внизу, под замком, что-то есть, что-то таинственное и неизведанное, я даже будто видела что-то блестящее, манящее, но я никому не говорила об этом, ведь мне тогда было почти 15 лет, глупо верить в подобные сказки.

Повод был незначительный. Сейчас уж и не вспомнить… Но итог всем запомнился хорошо – королевскую обитель сотрясло до основания, по полу первого этажа, украшенному мозаикой, пошли трещины. Началась паника – все предполагали самый худший исход – обрушение верхних этажей и неизбежные в этом случае жертвы. Люди в городе почувствовали отчетливые подземные толчки. Я сама испугалась происходящего.

Всех выводили из замка, со мной, в башне, остались только Крис, Джин и Рэй. Они пытались успокоить меня, увести в безопасное место. Вместо злости я уже испытывала парализующий страх, я не знала, чего еще от себя ждать, никак не могла справиться с собой, заливаясь слезами, а обитель все продолжала сотрясаться, словно в такт моим рыданиям. Я пыталась остановить тряску земли, но без знаний и навыков таким попыткам была грош-цена. И еще мне было больно – будто внутренности на живую вынимают. Вокруг нас начала образовываться ветряная воронка.

По моему крику нас и отыскала мама. Она выглядела взволнованной, но решительно подбежала ко мне, накидывая мне на шею тонкую серебряную цепочку с интересным плетением, с покачивающимся на ней необработанным черным камнем неправильной формы. Как только камень коснулся моей кожи, все сразу прекратилось – поднимавшийся ветер стих, тряска земли остановилась, боль исчезла, как не было, не оставив после себя даже зуда, правда, силы меня тоже оставили, колени подогнулись, и я бы кулем повалилась на пол, если бы Джин не поддержал меня.