Оксана Муравская - Эльф

«Несчастный случай», – мелькнуло в голове у Степана.

– Они в чёрных плащах, как мы их ночью в лесу увидим?

– Легко, – сказал Степан. Он сбегал к своей машине и принёс очки с функцией ночного видения.

– Ух ты! Настоящие? А у тебя откуда?

– Э-э-э, дядя подарил, – нашёлся с ответом Степан. В этот момент он понял, что окончательно заигрался, но отступать было поздно. – Он спецназовец бывший. А очки учебные, но ночью хорошо работают.

– Ну и отлично, – заключил Дима. – Король в очках и без короны, остальные – как хотят. Только никому не говорите.

С наступлением темноты студенты в белых плащах и масках на лицах чинно подняли факелы и организованной процессией потянулись в лес. Каждый занял своё место. Летучие отряды спрятались там ещё засветло. Они тоже были в чёрных плащах, как и игроки. Дети спокойно зашли по дорожкам, но как только пересекли факелы, по резкому командному свисту рассыпались в разные стороны. Это был спланированный и отрепетированный ход. Каждый игрок бросился бежать в своём направлении. Да, стратегия у «тёмников» тоже работала неплохо.

Степан со своим отрядом сидел в овраге, когда по лесу пробежали шорохи и земля содрогнулась от громоздких берцев. Степан надел очки, и сквозь призму прибора окрестности изменились.

– Сидим тихо, пусть пока побегают. Усыпим их бдительность. Пусть думают, что здесь никого нет.

Прямо перед ними остановились несколько человек в чёрных плащах. Среди них была Настя. Отдышавшись после бега, девушка вдруг заговорила на эльфийском.

– Мира, да ты можешь по-русски? – возмущённо зашипел Айканар. Он был таким огромным, что перепутать его с кем-то другим было невозможно.

Настя не ответила ему. Она уставилась куда-то за спину Айканара, потом без каких-либо усилий отодвинула его в сторону, и Степан понял, что девушка смотрит прямо на него. Как? Как она его заметила?

– Засада! Бежим! – крикнула Настя, и все бросились врассыпную.

– За ними! – скомандовал Степан.

Отряд рассредоточился по лесу. Некоторых «тёмнозерцев» быстро поймали и вывели, но Миры и Айканара нигде не было. Ничего не оставалось, как прочесать лес ещё раз.

– Стёп, дай очки.

Степан отдал прибор и вдруг понял, что отчётливо видит и без него. Он остановился. Тряхнул головой, зажмурился и снова открыл глаза, потёр их свободной рукой, но ничего не изменилось. Такого с ним ещё не было. В кустах под корягой парень заметил гнездо мышей. Над головой что-то зашуршало. Сова внушительных размеров сидела на высоте десяти метров и спокойно смотрела на детей. Нет, восемь метров пятьдесят шесть сантиметров от уровня земли до её лап. Степан потянул носом воздух. Позади слева повеяло запахами людей. Пахло по́том, адреналином, кремом после бритья, кока-колой и… эльфом!

– Они там! – шепнул мастер, который надел очки ночного видения. Он махнул рукой в направлении запахов. Но тут Степан почувствовал, что кто-то натягивает лук, и буквально услышал звук летящей стрелы.

– Ложись! – крикнул парень и упал на землю.

– Уроды! – закричал мастер: стрела прилетела ему прямо в нос и врезалась в очки, чудом не задев лицо.

– Йе-е-ессс! – донеслось до Степана из кустов.

– Отведите его к медсестре, я с ними разберусь.

Степан метнулся в сторону беглецов, но их там уже не было. Он двигался, ориентируясь на шлейф запахов. Здесь «кока-кола» ушла влево, а там «запах пота» развернулся и тоже пошёл назад по кругу.

«Они меня окружают. Значит, она меня видит. Как она умудрилась попасть стрелой в цель с такого расстояния?» – Степан остановился. Ночное пространство меняло цвет. Вышла луна и осветила тропинку. Трава стала переливаться изумрудными нитями, ночные, невидимые простому глазу цветы раскрыли свои лепестки и выпустили облако одурманивающего аромата, но запах эльфа был сильнее и находился совсем рядом.

Всё произошло слишком неожиданно даже для Степана. Девушка выскочила из кустов, скомандовала своим воинам убираться из леса, а потом резким, неестественным для человека прыжком повалила его на землю, перерезала горло игровым ножом и шепнула на эльфийском: «Ты один из нас, не забывай об этом». И растворилась в темноте. Наплевав на правила, парень вскочил и побежал за ней. Ноги ускорились сами собой, и он нагнал её в считаные секунды, повалил на спину и схватил за горло. Очень удобный момент свернуть шею и бросить тело в овраг – бежала и неудачно упала в темноте. Делать это без следов Степан умел. Но Настя тяжело задышала и опять на эльфийском что-то быстро заговорила. Он узнавал только отдельные слова, но чистый грудной звук этого языка остался в памяти ещё с Румынии. Так говорила Мари. Степан только и успел понять по её тону, что Настя читает заклинание, как вдруг обмяк и отлетел в сторону.

«Я могу и убить», – мелькнул в голове голос девочки, и она молниеносно исчезла в темноте.

– Плёхо! – кривлялся Дима. – Поймали меньше половины. Ну ничего, завтра будем тогда их обменивать. Что там нам надо из их ценностей? Шахты заберём или торговые пути вернём? Ну, подумаем до утра, подумаем.

Мастер с заклеенным носом сидел на полу и смотрел на себя в зеркало.

– Ни фига себе! Чем так можно было вломить?! Стрелы же игровые! Камень, что ли, привязали?

– С этим тоже завтра разберёмся. А сейчас все отдыхать. Идите к костру. Послушайте. Сейчас они там хвастаться будут, как вас сделали. Может, расскажут, чем выстрелили.

– Не расскажут, это была обычная безопасная стрела, – вздохнул Степан. Он уже понял, что внутри его цели есть симбионт. Осталось выяснить, понимает она это или нет.

Степан сел на бревно рядом с Настей. Возбуждённые дети прыгали, перебивали друг друга, жарили на огне маршмеллоу. Но девочку это не интересовало. Сегодня она почему-то даже не пела: обнимала себя руками и заворожённо смотрела на огонь.

– Огонь меняет цвет, – проговорила она. – Интересно, от чего это зависит.

– От того, какой человек мимо пройдёт, – отозвался Степан. – Если ты рядом, то нити становятся цвета «карус», если пройдёт мимо Айканар, то «врасек» появляется.

Девушка никак не прокомментировала услышанное, но по выражению её лица стало ясно, что всё сказанное она отлично понимает. Степан вгляделся в огонь. Острые языки пламени обволакивали щепки. Будто импульсом тока проникали сквозь слои древесины и поглощали её.

От огня его отвлёк надоедливый звук вибрации. Это же его телефон в машине! В машине?.. До машины метров четыреста. Нет, триста девяносто семь, если по прямой. Он встал и нехотя побрёл в ту сторону. Больше десятка сообщений от Анжелы: «Ты меня разлюбил?», «Не звони мне больше никогда!», «А с тобой всё в порядке?», «Когда ты приедешь?», «Если ты мне не перезвонишь в течение часа, то между нами всё кончено!». Степан посмотрел на часы: давно за полночь. Упс. Можно не перезванивать.