Оксана Муравская - Эльф

– О, мама, – Мира обречённо вздохнула. – Искусство боя и точные науки даются нам легко. Но интерес к военным занятиям и построению стратегий во многом уступает занятиям танцами и музыкой.

– Братья могут сводить вас на конную прогулку к дальним озёрам, а обучаться военному искусству вы обязаны. Это ваша будущая безопасность. А лучших учителей, чем братья Мраце, не найти.

Ари подошла к королеве и присела рядом на ковёр:

– А Мраце Мари сказала, что попытается принести мне новую змею – такую, которую я ещё ни разу не встречала в наших лесах.

– Драгоценная, нам придётся обустраивать отдельный сад для твоих питомцев. И я благодарна тебе за то, что они не заползают в замок.

– Ари, – Мира взяла сестру за руку. – Я могу попросить деревья, чтобы они сплели свои ветви в удобные гнёзда. Там твои змеи смогут спать ночью. Там им будет безопасно. Так у них будет шанс не стать звеном в пищевой цепи.

– Девочки, – королева покачала головой, – вы же помните, что мы не имеем права вмешиваться в естественный ход событий. Так заложено Создателем.

– Мама, я попрошу Создателя сделать так, чтобы ежи смогли питаться чем-нибудь ещё.

Королева не успела ответить: дверь распахнулась и на пороге возник Мирослав:

– Приветствую, матушка, и прошу разрешения прервать ваше общение. Собрание воинов закончено. Решение принято. Короли собирают войско.

На следующей неделе Светлана отвезла учеников в ближайший торговый центр. Школа выделяла деньги на детей, и на начальном этапе надо было купить много необходимого. Леночка искала косметику неизвестных Светлане брендов, избавилась наконец от очков и в «Оптике» купила линзы, в салоне рукоделия подобрала набор для вышивания красочного цветочного сада. А ещё она попросила комплект тонкого белья из шёлка. Света купила. Один.

– А где я смогу перекрасить волосы?

– В школу каждую пятницу приезжает парикмахер, сходи запишись.

Леночка так и сделала и через три дня стала платиновой блондинкой.

Мальчики искали себе какие-то специальные кроссовки, некоторые заходили в книжные магазины. Никите и его детдомовским товарищам вещи были не нужны, и они попросились только в кафе. Михаил выбрал себе наручные часы с пульсометром. Валера, которого за его невозможную способность всё ронять, разбивать и сносить на бегу уже успели прозвать не иначе как «эх, Валера, Валера», в свои пятнадцать лет оказался хорошим водителем.

– Вы сильно на третьей перегазовываете, Светлана Сергеевна.

– Может, случайно получилось?

– Нет, я за вами всю дорогу до города наблюдал. Это у вас манера вождения такая.

– Садись за руль, – Светлана остановилась у обочины и поменялась с «Эх-Валерой» местами. Со знанием дела мальчик настроил под себя зеркала и сиденье. Плавно тронулся и не спеша разогнался, внимательно прислушиваясь к звуку двигателя во время переключения скоростей. Судя по выражению лица, он получал истинное наслаждение от вождения.

– У «Тойот» на палке при переключении передачи всегда специфический звук.

– Чего? На какой палке?

– Ой, извините, на механической коробке передач. У них расход топлива зависит от того, какая у вас манера езды. На них можно очень-очень экономно ездить.

Вдохновившись знаниями мальчика, Светлана после возвращения из торгового центра сразу отвела его в гараж:

– Мужики, принимайте. Под мою личную ответственность, – она подтолкнула Валеру в распахнутую железную дверь – в марево бензиновых запахов, лёгкого тумана из пыли и сверлящих звуков. Теперь она знала, где искать юного автолюбителя в свободное время.

Другой мальчик удивил ещё больше. Олег, которого Светлана звала про себя «лисёнком» за его ярко-рыжие волосы, худощавое телосложение и испуганный вид, набрал кистей разного размера, акварель и много других атрибутов для рисования. В магазине он вёл себя как настоящий профессионал: пробовал кисти ногтем, просил продавцов раскручивать тюбики с красками, спрашивал о наличии каких-то особенных мастихинов [6] Мастихин – специальный инструмент, использующийся в масляной живописи для смешивания или удаления остатков красок, очистки палитры или нанесения густой краски на холст. и сетовал на то, что, наверное, муштабель [7] Муштабель – приспособление, которое используют живописцы, чтобы поддерживать ведущую руку при работе над мелкими деталями картины. Как правило, изготавливается из дерева. в этой школе ему не понадобится.

– Вы в третьей художественной учитесь? – спросила продавщица Светлану. – Только там у нас такие таланты готовят.

– Нет, мой сын уже в академии искусств. Вундеркинд. Очень одарённый, – спокойно ответила женщина.

– Светлана Сергеевна, а зачем вы соврали? – спросил Олег, когда они вышли из магазина.

– Меньше лишних вопросов, – задумчиво ответила она. – Ты всё купил?

– Здесь больше нет того, что мне нужно. Я по интернету закажу.

Светлана ухмыльнулась. И действительно, зачем она потащила их в торговый центр, когда есть интернет-магазины? Побаловались и хватит, теперь только так.

А потом начались трудовые будни. Дети неплохо высыпались на уроках русского и литературы, не в силах противиться нудным объяснениям Виктории Олеговны, с интересом слушали весёлую пухленькую учительницу истории Земли, которая точно знала, как удержать внимание детей: о революциях и царях проговаривала вскользь, зато с энтузиазмом рассказывала о взаимодействии людей и эльфов. Потом они тряслись от страха на уроке Эльфийского. Преподаватель не обращал никакого внимания на то, что дети – первогодки. Всегда предельно серьёзный и собранный, в круглых очках, с тонкими французскими усиками, он обладал идеальным слухом и умел так извлекать звуки из своей гортани, что у детей пропадала любая мотивация. Они думали, что никогда этому не научатся, а преподаватель спрашивал выполнение домашнего задания абсолютно с каждого. Поэтому из комнат первокурсников полночи доносились хрипения, урчания, гудения и другие горловые пения.

Но больше всего дети не любили физподготовку. Превозмогая боль, злость и страх, каждый день они ползли на стадион.

– Быстрее, быстрее, ещё быстрее! – орал на ухо каждому Сергей Вольфович, которого ученики прозвали Серым Волком. Начиная с первых курсов у детей было по два часа физподготовки в день, а на старших – целых четыре: добавлялись стрельба, владение специальным оружием, конный спорт, боевые искусства. Тренеров в школе было много, но для своих детей Светлана выпросила самого жёсткого и беспринципного. Серый Волк – бывший охотник, которому повезло: в схватке с мардогом потерял всего лишь ногу, а мог бы и вовсе умереть. Поэтому для боевой охоты мужчина больше не годился, но – невелика беда! – даже с протезом Сергей Вольфович давал фору любому солдату как в рукопашной, так и в беге. Безжалостный к себе, он был ещё безжалостнее к другим. Серый Волк знал на собственном опыте: выживание – это навык, он должен быть выработан до автоматизма, иначе – смерть. Светлана тоже это знала, поэтому восстанавливать свою физическую форму начала вместе со своим курсом. Несмотря на то что все эти годы она регулярно посещала спортзал, сейчас, нарезая круги на поле под красноречивые ругательства Серого Волка, поняла, что придётся начинать всё заново. Степан очень стеснялся того, что мама занимается с ними, и, хотя дети быстро привыкли видеть её в спортивном костюме, мальчик всё равно опасался, что мама сделает что-то не то, и ему будет стыдно. Она ведь уже такая старая – тридцать семь лет!