Уилбур Смит - Седьмой свиток

— О нет, только не туда! — вскричал Николас, вскакивая на ноги.

Зверек мчался прямо к краю пропасти. Наконец он прыгнул вперед и, кувыркаясь на лету, исчез из виду, падая вниз на две сотни футов в ущелье Дандеры.

— Вот ведь невезуха. — Англичанин выскочил из-за куста, за которым они прятались, и подбежал к краю. Ройан последовала за ним. Оба принялись вглядываться в бездонную пропасть.

— Вон он! — указала она.

— Вижу, — кивнул Николас.

Тело лежало прямо под ними, выброшенное на каменный островок в середине реки.

— Что ты собираешься делать? — спросила Ройан.

— Спуститься и достать его. — Харпер выпрямился и отступил от края. — К счастью, еще довольно рано. У нас хватит времени закончить работу до темноты. Мне придется сходить в лагерь за веревкой и помощниками.

Они вернулись после полудня, вместе с Борисом и его следопытами, прихватив четыре бухты нейлоновой веревки. Николас заглянул в пропасть и облегченно вздохнул:

— Что ж, тело еще там. Мне все это время представлялось, как его уносит вода.

Он принялся наблюдать за охотниками, разворачивающими веревку и раскладывающими ее по поляне.

— Понадобятся две бухты, чтобы спуститься вниз, — оценил расстояние англичанин, проверяя, как завязан узел, соединяющий веревки. Потом он принялся измерять глубину, спустив связку со скалы, пока она не коснулась воды. После этого Харпер вытащил ее и померил руками. — Тридцать морских саженей. Сто восемьдесят футов. Я не смогу залезть обратно, — сказал он Борису. — Вам и вашим людям придется вытаскивать меня.

Николас закрепил конец веревки беседочным узлом на стволе одного из колючих гибких деревьев, которое тщательно испытал на прочность, заставив четырех охотников навалиться на него изо всех сил.

— Довольно, — заявил Харпер, снял с себя все лишнее, оставшись в рубашке и шортах, и стянул тяжелые ботинки.

На краю обрыва он развернулся и отклонился назад, держа верхний край веревки на плече, а нижний пропустив между ногами, как делают альпинисты.

— Что ж, лечу на крыльях молитвы, — сказал Николас и спрыгнул спиной вперед, в пропасть. Он контролировал спуск, постепенно вытравливая веревку через плечо, притормаживая, вращаясь, раскачиваясь как маятник и отталкиваясь от скалы обеими ногами. Так он быстро продвигался вниз, пока не коснулся воды ногами, где течение подхватило его и закрутило. Харпер был в нескольких ярдах от выступа, на котором лежал мертвый дик-дик. Англичанину пришлось опуститься в воду, проплыть это расстояние, зажав кончик веревки в зубах и делая невероятно сильные гребки, чтобы его не унесло вниз по реке.

Николас вылез на островок, перевел дыхание и только потом залюбовался прекрасным маленьким существом, которое он убил. Гладя прекрасную шкурку зверька и рассматривая красивую голову с длинным носом, охотник почувствовал знакомую меланхолию и вину. Однако времени на сожаления и муки совести не оставалось.

Он поднял дик-дика, надежно связал все четыре ноги, закрепил узлом и, когда поднял голову, увидел, что Борис смотрит на него.

— Тащите! — закричал Харпер и трижды потянул за нижний конец веревки, как договаривались. Снизу следопытов видно не было, но провис исчез, дик-дик постепенно оторвался от острова и рывками начал подниматься наверх, вдоль стены. Николас с волнением наблюдал за этим. Что-то заело, когда зверька подняли на две трети, но потом движение продолжилось.

Наконец дик-дик исчез из виду, и через некоторое время веревка снова начала спускаться. Борис предусмотрительно привязал к ее концу круглый камень размером с человеческую голову. Русский наблюдал за спуском, слегка свесившись с обрыва и подавая знаки своим людям.

Когда привязанный камень коснулся воды, Николас не смог до него дотянуться. Борис принялся раскачивать веревку, пока англичанин не схватился за нее. Сделав широкую петлю и затянув ее на уровне подмышек булинем, Харпер посмотрел на Бориса.

— Тяните! — крикнул Николас, трижды потянув за узел.

Его подняло в воздух и начало крутить и дергать. Постепенно смыкающиеся стены ущелья приблизились к Харперу. Он оттолкнулся от камня босыми ногами и перестал наконец вращаться. Ему оставалось подняться на какие-нибудь пятьдесят футов, когда подъем неожиданно прекратился. Николас повис, беспомощно болтаясь рядом с каменной стеной.

— Что происходит? — крикнул он Борису.

— Проклятая веревка застряла! — заорал тот в ответ. — Ты видишь, где это случилось?

Николас поднял голову и увидел, как крученый нейлон застрял в вертикальной трещине в скале. Должно быть, той же самой, что едва не помешала дик-дику достичь верха. Вес Харпера был раз в пять больше, чем у маленькой антилопы, и веревку заклинило куда сильнее.

Он висел в воздухе на высоте сотни футов.

— Попробуй раскачаться и освободиться! — крикнул ему Борис. Англичанин послушно оттолкнулся от скалы и потянул за веревку, пытаясь вытащить ее из трещины. Он старался изо всех сил, пока пот не затек в глаза, а петля не врезалась в подмышки.

— Бесполезно! — ответил он Борису. — Пробуйте вытащить грубой силой!

Последовала заминка, а потом нейлон выше трещины натянулся до предела, потому что за веревку взялись пятеро мужчин. До Николаса доносились голоса охотников, которые тянули по команде.

Конец веревки не двинулся с места. Она застряла как следует, и вытащить ее не представлялось возможным. Николас посмотрел вниз. Поверхность воды казалась существенно дальше, чем жалкая сотня футов.

— Скорость свободного падения человеческого тела сто пятьдесят миль в час, — напомнил себе Харпер. При такой скорости вода будет мало отличаться от бетона. — Но я же не успею настолько разогнаться при падении, верно?

Англичанин снова поднял голову. Люди наверху продолжали тянуть. В этот момент одна из жил нейлоновой веревки перерезалась об острый край и начала распускаться подобно длинному зеленому червю.

— Прекратите тянуть! — завопил Николас. — Веревка рвется!

Увы, Бориса больше не было видно. Он отправился помогать охотникам, добавив еще и свой вес.

Порвалась новая жила. Осталась только одна. Она лопнет в любой момент, понял Николас.

— Борис, ты, тупой ублюдок, перестань тянуть!

Русский так и не услышал его голоса. С негромким щелчком, похожим на хлопок пробки шампанского, третья, и последняя, жила лопнула.

Харпер полетел вниз, оторванный кусок веревки болтался над головой. Вытянув обе руки над головой, чтобы выровнять полет, Николас выпрямил ноги, вытягиваясь, чтобы войти в воду под прямым углом.

Англичанин подумал об острове под ним. Минует ли он алые каменные клыки или врежется прямо в них, переломав все кости в теле? Он не решился посмотреть, чтобы не нарушить положения в воздухе и не закувыркаться. Если бы Харпер упал в воду плашмя, то сломал бы ребра или позвоночник.