Луи Буссенар - Монмартрская сирота

— Нет, не догадываюсь.

— Как недогадливы мужчины! Я показала бы французам их дочь в тот момент, когда ей грозила опасность стать игрушкой в руках пьяниц, и сказала бы им: выбирайте между сокровищем и честью вашей дочери! Как раз в этот момент ты появился как гром среди ясного неба и перевернул все вверх дном. Никогда, однако, не жила я такой полной и интенсивной жизнью, как в дни борьбы с тобой, и всегда буду благословлять судьбу, которая свела меня с тобой — моим идеалом! Впрочем, твое появление в Золотом Поле не окончательно испортило мое дело. Владелец ранчо Монмартр и его жена в моих руках и через несколько часов откроют мне свою тайну, или же…

— Или же? — спросил Стальное Тело, стараясь казаться совершенно хладнокровным.

— Их ждет смерть от страшных пыток, которым я приказала их подвергнуть. Видишь, я от тебя ничего не скрываю. Ты теперь знаешь, кто я, каковы мои планы, намерения, желания; я вся перед тобой как на ладони… Ты обещал мне поддержку и помощь и будешь отныне делить со мной и счастье, и горе… А теперь, мой любимый, приготовься к сюрпризу, который подсказала мне любовь.

Она нежно обняла Стальное Тело и вышла из комнаты, оставив его теряться в догадках, что еще готовит эта женщина, демонический характер которой ярко предстал перед ним только что.

Через полчаса она вернулась в сопровождении высокого костлявого субъекта степенного вида, с выбритым лицом и длинным носом, увенчанным очками в золотой оправе.

Он был весь в черном и держал книгу в черном шагреневом переплете с золотым обрезом.

«Точно пастор!» — подумал Стальное Тело, и на его лице появилась тень, не предвещавшая ничего доброго.

Диана была на верху блаженства и даже не заметила перемены, происшедшей в ковбое.

— Достопочтенный Гарнэр, пастор Епископальной церкви! — отрекомендовала она священника.

— Мистер Эдуард Сильвер, — поклонился Стальное Тело, пронизывая незнакомца взглядом.

— Это жених? — спросил тот.

— Да, — ответила Диана.

— В таком случае мы можем немедленно приступить к церемонии.

— К какой церемонии? — спросил Стальное Тело, меж тем как пастор стал перелистывать книгу.

— К брачной церемонии, мой любимый, дорогой!.. Ведь это и есть тот сюрприз, который я тебе обещала. Пусть наша любовь будет закреплена Богом…

Как громом пораженный этой чисто американской авантюрой, Стальное Тело ошеломленно смотрел то на пастора, то на Диану, не находя в ответ ни слова.

Избалованная всеобщим поклонением, необыкновенно богатая и ослепленная страстью, Диана не подозревала и тени колебания со стороны своего избранника. Она объяснила себе его волнение избытком счастья и ласково улыбалась ему, желая ободрить.

Целый рой мыслей пронесся в голове ковбоя. Прежде всего, он был возмущен тем, что Диана хотела навязать ему духовный брак, предварительно не спросив его согласия. Затем его испугала мысль, что, вступив в брак, ему пришлось бы навеки проститься с неограниченной свободой и, главное, стать слепым орудием в руках Дианы, хотевшей сделать его сообщником своих темных деяний. Этот брак был бы для, него равносилен цепи… правда золотой цепи, но все же цепи.

«Как быть? Что предпринять?» — думал Стальное Тело и, как обычно, не особенно медлил с решением.

В мгновение ока он, подскочив к двери, с силой оттолкнул стоявшего на пути пастора и, прежде чем Диана успела опомниться, стал быстро спускаться по лестнице.

Видя, как Стальное Тело сбил с ног пастора, молитвенник и очки которого отлетели на несколько шагов, Диана сначала предположила, что ее возлюбленный внезапно сошел с ума, но затем поняла, какое оскорбление нанес ей ковбой, и, бросившись к окну, крикнула изо всех сил:

— Заприте входную дверь!.. Не давайте никому выйти!.. На помощь!.. На помощь!..

Стальное Тело между тем летел как стрела. На нижнем этаже он увидел перед собой огромную фигуру атлета-швейцара, преградившего ему путь. Слегка согнувшись, ковбой ринулся на него головой вперед — прием, которому он научился у бретонских моряков. Удар пришелся в верхнюю часть живота, и колосс свалился на землю как подкошенный, не издав ни звука.

Со всех сторон сбежались слуги, встревоженные криками своей госпожи и звоном электрических звонков.

— Я проберусь! — шепнул Стальное Тело и выскочил во двор, освещенный, как днем, снопами электрического света.

— Остановитесь!.. Остановитесь или я вас убью! — кричала Диана, стоя у окна и прицеливаясь в него из револьвера крупного калибра, который она успела снять со стены своего будуара, похожего на оружейную комнату.

Ковбой бежал очертя голову и был уже у самого выхода, когда Диана, покрасневшая от волнения, спустила курок.

— Ты должен быть моим… Навсегда… или смерть тебе! — прошептала она.

тальное Тело сделал порывистое движение и качнулся.

— Ранен… — пробормотал он. — Однако это демон, а не женщина… Уж не думает ли она такими приемами развить во мне вкус к брачной жизни?..

Он был на улице и не сомневался, что за ним пошлют погоню, так как Диана не настолько наивна, чтобы оставить в живых или на свободе человека, с которым она поделилась самыми сокровенными тайнами.

Необходимо было скрыться. Но куда?.. Бежать вдоль улицы нечего было и думать, так как, благодаря дуэли с Фернандо, его знали в лицо все жители города и преследователи без труда нашли бы его.

Все это он понял в одну секунду.

Вдруг ему пришла в голову счастливая мысль.

На площади перед особняком скользили по всем направлениям электрические трамваи.

Он вскочил на платформу проходившего мимо вагона и встал в наименее освещенный угол.

Между тем рана давала себя чувствовать. Стальное Тело ощущал острую боль в спине и сильную слабость. Он несколько раз глубоко вздохнул, чтобы узнать, не затронуты ли легкие.

— Ну, опасность невелика. Пустяки!.. — шепнул он, убедившись, что легкие не задеты, и плотно прижался спиной к стенке вагона, чтобы задержать кровотечение.

После нескольких остановок, во время которых все пассажиры мало-помалу вышли из вагона, трамвай пересек предместье Денвера и стал. Здесь кончалась линия.

Стальное Тело медленно вышел из вагона.

«Малый хватил через край!» — подумал кондуктор, видя, как ковбой, покачиваясь, скрылся во мгле ночи.

Вокруг было совершенно пустынно, лишь вдали стояло особняком несколько домов.

Стальное Тело не хотел возвращаться в город, а решил как-нибудь добраться до ближайшей железнодорожной станции и возвратиться на ранчо Монмартр.

Это, однако, было трудно выполнить: обильное кровотечение совершенно лишило его сил.