Андрей Хорошавин - Пусть духи спят
- Название:Пусть духи спят
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Array Литагент «Ридеро»
- Год:неизвестен
- ISBN:9785447433505
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Андрей Хорошавин - Пусть духи спят краткое содержание
Пусть духи спят - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
– А-а. Надо же. – Тётя Маша снова взялась за швабру. – Тоже всё ищут. Вот и ты, Протасов, весь в их пошёл. Тоже вот суёшь свой нос, куда не просят. Мало тебе старшие наподдали, на втором курсе, так не-ет ты уже за преподавателей взялся. Всё не успокоисси.
– Да не слушайте вы никого, тёть Маш. Человеку свойственно всё преувеличивать.
Вдруг тётя Маша бросила работу и расхохоталась.
– А здорово ты тогда отвадил старшекурсников рулончики из туалета воровать. – Она вновь залилась смехом. – Эт надо ж, догадаться, туалетную бумагу перцем натереть. Они там, небось, сутки елозили, беспокойные сердца.
Случай действительно имел место. После этого как-то вечером парни с четвёртого курса вчетвером пришли разбираться с оборзевшим второкурсником. Двое ушли, держась, кто за живот, кто за спину, третий хромал, четвёртый не мог шевелить правой рукой. И всё это под хохот и улюлюканье всего второго курса вывалившего на шум из комнат. Максим отделался разбитой губой и опухшим ухом.
С улицы донёсся звук автомобильного сигнала.
– О! Тёть Маш, отворяйте вертушку. За мной уже приехали.
– Кто это, тебя тут раскатывает? Такси, что ли?
– Не такси. Это Лёшка приехал.
– А-а. Олигарх этот твой. А чё в такую рань? Куда собрались?
– Да в аэропорт, Нину провожать.
– Колду эту вашу? Ох и компания у тя, Протасов.
Максим рассмеялся:
– Она не колдунья, тёть Маш, она будущая шаманка.
– Всё едино. Чёрная значит колда. И глаза у неё не русские, ведьмячьи.
– Тёть Маш, вы ничего не понимаете.
– Ладно! – Тётя Маша бросила швабру, прошаркала тапочками и выдернула фиксатор, удерживающий вертушку в закрытом положении. – Тёть Маш, тёть Маш. Иди уже, Протасов! – И вновь хихикнула.
Алёша сидел, облокотившись на руль своей Тойоты, и судя по выражению лица, был расстроен. Пиджак его серого костюма расстёгнут на все пуговицы, широкий серебристый галстук слегка распущен, ворот голубой сорочки распахнут. По сути, он хороший парень, но на всём белом свете имелись только два человека, которые это понимали – его однокурсники и друзья Максим и Нина. Для остальных Алёша был мажором.
Отец Алёши – известный на Камчатке предприниматель Заварзин Андрей Сергеевич, владел целой флотилией рыбацких судов, потому к Алёше так и относились. Даже его желание поступить в Технологический институт без помощи отца, было воспринято как: «С жиру бесится!». Никто не хотел с ним дружить. Кто считал его занудой, кто просто завидовал, а подхалимов Лёшка отваживал сам. Хотя и были в Алёше некоторая медлительная уверенность, эдакая вдумчивая рассудительность в разговоре, которые при первом знакомстве можно было принять за чванство и желание обозначить своё превосходство над другими, но всё это скорее от уверенности в будущем, а не от презрения к «низшим». В душе же, Алёша, оказался настоящим другом и отличным парнем.
Познакомились они, став членами так называемого «Общества», организованного профессором Шкуранским, на базе Камчатской Краевой библиотеки, для популяризации этнологии среди молодёжи. Но приобщиться к этнологии никто желанием не горел, и потому, кроме профессора в обществе состояли только трое – это: Нина – являвшаяся представительницей коренного народа Камчатки, Алёша – потому, что по уши влюбился в Нину ещё с первого курса и Максим – потому, что: во первых – подрабатывал в Краевой библиотеке уборщиком, во вторых – в объявлении говорилось, что для членов «Общества» будет устроен доступ к Фонду редкой книги, а мимо этого Максим просто не мог пройти. Учились они все на одном потоке, но подружились только в «Обществе».
Все четверо извлекали из членства в «Обществе» каждый свою пользу.
Шкуранский писал научный труд по корякам, и ему, для работы с материалом, нужны были, мягко говоря, помощники, а по сути – негры, задача которых состояла в отыскивании в недрах библиотеки нужной литературы и систематизации её по разделам монографии Шкуранского.
Нина, готовилась стать шаманкой и, как она сама выражалась, изучала историю своего народа.
Алёше членство в «Обществе» давало возможность чаще видеться с Ниной.
Максима интересовали старинные книги.
Каждый, в итоге, оставался при своих интересах.
– Чего такой невесёлый? – Максим забросил рюкзак на заднее сидение. – Не хочешь на всё лето с Нинкой расставаться?
Алёша состроил кислую гримасу на лице:
– Да, дело не в Нине, хотя и в Нине тоже. Меня вчера отец опять со своей Англией доставал. – Алёша развернулся к Максиму. – Он меня похоронить хочет под этим своим бизнесом. С утра до ночи одно и то же – «Дело, надо делать дело, ты должен заменить меня, нужно учиться…»
– А может, ты зря брыкаешься? – Максим осмотрел себя в зеркало заднего вида. – Тебе ведь в принципе деваться-то некуда.
– Да это я понимаю, но не сейчас же. – Он смотрел на Максима сквозь тёмные стёкла солнцезащитных очков. – Ну как же ты Максим не поймёшь? Я не хочу. Вы все себе просто не представляете, какая это рутина бизнес. Это полный нафталин. Ничего интересного. Никакой романтики. Сплошные совещания, отчёты, анализ, командировки деньги, деньги, деньги. Сутками-и. Вот лет в тридцать, тогда уже да. А сейчас пока не-ет.
Во время разговора Алёша плавно жестикулировал руками, как в студии бальных танцев и постоянно поправлял очки.
– Короче, богач-бедняк, заводи да поехали, до регистрации полтора часа осталось.
– А, ну да. Поехали. Только, прошу тебя, не называй меня так при Нине.
Через двадцать минут они выбрались из города, и, надсадно взвыв двигателем, Тойота рванула на Елизово по Северо-Восточному шоссе.
Нину заметили сразу. Она стояла у парадного входа и скучала.
– Нина, мы здесь! – Алёша окликнул её, выбираясь из машины.
Она, как кошка, стремительно и мягко сбежала по ступенькам, и остановилась в конце лестницы, сверкая глазами.
Высокая. Стройная. Лицо холодно и пугающе красиво, будто его вырезали из белой кости, отполировали, а за тем отдали в руки художнику, который расписал его, использую для этого всего две краски – чёрную и красную.
Чёрные, отливающие синевой волосы, заплетены в толстые косы, перевитые тонкими нитями синего бисера. Высокий открытый лоб. Густые чёрные брови. Раскосые глаза, как два чёрных озера, манят своей страшной глубиной. Чуть приплюснутый прямой нос. Алый маленький рот. Округлый заострённый книзу подбородок. Широкие скулы. Изящная шея.
Красивая и сильная, как сама природа, она была одета в обыкновенную футболку и джинсы. На ногах белели кроссовки. Зелёный свитер завязан узлом на плечах. В руках оранжевый рюкзак.
На самом деле завали её Нинвитнэ, что на корякском языке означало принадлежащая духам. Нина являлась представительницей древнего рода, в котором через поколение рождался эньеньялан, дословно «человек вдохновлённый духами». Ей предстояло стать шаманкой, как когда-то многим женщинам из её рода.
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: