Афиней - Пир мудрецов

{267 ...сомкнутому строю... — Буквально сказано «рукопашному бою фалангами». Сомкнутый строй, иначе фаланга, стал знаменит благодаря победам Александра Великого. Первоначально римские легионы строились фалангой (восемь рядов тяжеловооруженных воинов). Впоследствии такое построение уступило место подвижным когортам и манипулам.}

{268 Длинный щит — продолговатый щит, по-латыни scutum, был неотъемлемой частью вооружения римского воина. Он противостоял круглому щиту, называвшемуся clipeus. И удлиненный, защищавший человека целиком, и круглый щит имели соответствия в оружии греков: греческий продолговатый щит, θυρεός, получил свое название от слова «дверь» (θύρα), греческий круглый щит назывался α̉σπίς.}

{269 Самниты — италийские племена, покоренные Римом.}

107. От предков они унаследовали, как говорит Посидоний (274) [FHG.III.253], выносливость, неприхотливость в пище, невзыскательность и простоту в быту, изумительное благоговение к божественному, справедливость и боязнь неправды во всех отношениях с людьми, и всё это при занятиях земледелием. Это видно и по нашим жертвенным обрядам: мы шествуем по установленному пути, несем, произносим в молитвах и совершаем [b] при священнодействиях то, что положено, просто и скромно, не имея на себе и при себе ничего сверх необходимого: на нас дешевая одежда и обувь, на головах шляпы из мохнатой овчины, сосуды у нас глиняные и [с] медные, пища и питье в них самые простые, ибо нелепо кажется богам приносить отечественное, самим же услаждаться привозным; {270} ведь на себя мы тратим лишь потребное, а богам несем всё первейшее.

{270 ...нелепо кажется богам приносить отечественное, самим же услаждаться привозным... — Речь идет о том, как совершались обряды жертвоприношения. Богам приносились начатки, после чего участники действа принимались за совместную трапезу, где ели те самые продукты, от которых часть была только что принесена в жертву.}

108. Муций Сцевола был одним из трех, {271} не нарушавших в Риме закон Фанния; {272} двумя другими были Элий Туберон и Рутилий Руф, написавший историю своего отечества. Этот закон разрешал угощать у себя не свыше трех человек гостей, а в базарные дни - не свыше пяти: таких дней бывало три в месяц. {273} Приварок позволялось готовить не дороже чем на 2,5 драхмы, на копченое мясо разрешалось тратить в год не больше 15 [d] талантов, овощей же и бобов для похлебки - сколько давала земля. Однако по вине беззаконников и расточителей цены стали расти, расходы стали недостаточными, и только трое названных сумели жить привольнее, не нарушая закон. Туберон по драхме платил за птиц своим крестьянам, Рутилий у своих рабов-рыбаков покупал за три обола фунт приварка, главным образом так называемого турсиона, {274} приготовляемого из морской [e] собаки. Точно так же и Муций договаривался о ценах с теми, кто был у него в зависимости. Из стольких тысяч людей лишь они одни соблюдали закон, не брали даже малых подарков, а щедро одаривали друзей, питавших любовь к знанию. Так поступать {275} заставляло их учение Стой.

{271 Муций Сцевола был одним из трех... — Вероятно, речь идет о Квинте Муции Сцеволе, консуле 117 г. до н.э., известном юристе, учителе Цицерона и Аттика. Элий Туберон — Квинт Элий Туберон по прозвищу Стоик, римский оратор, историк и юрист, консул-суффект 118 г. до н.э. Он был сыном Элия Туберона — зятя знаменитого полководца Эмилия Павла. О Рутилии Руфе см. 168е.}

{272 ...закон Фанния... — Фанний, зять Сципиона Эмилиана, консул 161 г. до н.э., издал закон, направленный против роскоши. Познакомившись во время завоевательных походов начала II в. до н.э. с утонченным бытом эллинистического Востока, римляне расплатились за военные успехи тем, что внесли в свою жизнь, наряду с любовью к комфорту, также и сопутствующие пороки: распутство, мотовство, обжорство. Необходимость защитить устои традиционной морали вызвала появление ряда законов, ограничивающих траты: Орхиев (182 г. до н.э.), Фанниев (161 г. до н.э.), Дидиев (143 г. до н.э.). Плиний в «Естественной истории» (Х.139) рассказывает: «Откармливать кур раньше всего начали на Делосе, откуда и пошел пагубный обычай поедать упитанных птиц, приправленных собственным жиром. Их касалось первое запрещение, которое я нахожу в древних законах о пирах, — уже в законе консула Гая Фанния, принятом одиннадцатью годами раньше третьей Пунической войны, где говорилось, что «не следует брать пернатых, кроме одной откормленной курицы». Этот параграф затем обошел все законы».}

{273 ...три в месяц. — Согласно Макробию («Сатурналии». 1.15.13), базарным был каждый восьмой день («нундины»).}

{274 Турсион — об этой похлебке из морской собаки больше ничего не известно. Плиний (ΙΧ.34) упоминает рыбу турсия, или турсиона (thursio): «Похожи на дельфинов так называемые турсионы. Отличие в грустном выражении — поскольку отсутствует присущая тем веселость — и, главное, в том, что мордами они больше всего сходны со злыми собаками». О турсии также см. 310с-е.}

{275 Так поступать... — Эта оценка, по-видимому, принадлежит стоику Посидонию, которого пересказывает здесь Афиней.}

109. Ныне же расцветшую роскошь первым ввел Лукулл, победитель [f] Митридатова флота, {276} как передает Николай перипатетик. Вернувшись в Рим после побед над Митридатом и Тиграном Армянским, Лукулл справил триумф, отдал отчет о военных действиях и, забыв старинную умеренность, стал сорить деньгами. Он первый научил римлян роскоши, собрав богатства двух названных царей. А ведь древний Катон, как пишет Полибий (275) в тридцать первой книге "Истории" [XXXI.24], сердился и кричал, что в Рим вводят чужеземную роскошь, что за горшок соленой рыбы с Понта платят (300) драхм, что красивые мальчики стоят больше, чем поместья. А когда-то жители Италии были столь нетребовательны, что даже у людей, подобных нам, и весьма состоятельных, по словам Посидония [FHG.III.253], сыновья пили воду и ели что попало. Часто, говорит он, отец [b] или мать спрашивали сына, дать ему груш или орехов, и после такого ужина сын, довольный, ложился спать. А теперь, как пишет Феопомп в первой книге "Истории Филиппа" [FHG.I.284], даже среди людей среднего достатка всякий тратится на стол, держит поваров и прочую прислугу, расходует в будни больше, чем древние в праздники с жертвоприношениями".

{276 ...победитель Митридатова флота... — События времен Третьей войны с Митридатом (74-64 гг. до н.э.). Ср. также 51а.}

Но на этом мы прекратим разговор - слишком долго я напрягаю память.

Конец книги шестой

1. Пир был в самом разгаре, и киники, решив, что это настоящий праздник Фагесий (Обжорств), разошлись не на шутку. Кинульк обратился к Ульпиану: "Раз уж мы продолжаем пировать, а ты, Ульпиан, потчуешь нас речами, {1} скажи мне, у какого автора упоминается празднество Фагесий или Фагесипосий (т. е. Едопитий)"? Тот пришел в замешательство и, хотя дело шло к вечеру, приказал слугам прекратить разносить нам блюда: "Сдаюсь, мой ученый друг, так что самое время говорить тебе - и пир будет для тебя слаще". И Кинульк: "Если обещаешь поблагодарить меня за науку - я готов". Тот согласился, и Кинульк начал: