Афиней - Пир мудрецов

{44 Персики — здесь смешиваются понятия о самом персике как фрукте, Persicus vulgaris Mill., и его косточке, которая воспринимается как орех, похожий на миндаль (о косточках идет речь, когда упоминается маслянистость). Дискуссия на тему, что считать орехом, а что фруктом, продолжалась на протяжении всей эпохи античности, ее окончательные результаты на закате Римской Империи были обобщены Макробием в «Сатурналиях» (III. 18).}

{45 ...Феофраст пишет... — Далее приведенный текст отсутствует в «Истории растений»; ср. примеч. 25 к этой книге.}

{46 ...тогда как другие зовут их адриями. — Сицилийцы, согласно лексикографу Гесихию.}

25. Цедрат {47} (ΚΙΤΡΙΟΝ). Когда очередь дошла до него, у застольных философов разгорелись жаркие споры о том, встречается ли упоминание о нем у кого-либо из древних авторов.

{47 Цедрат — он же цитрон, Citrus medica Risso, предшественник лимона в Средиземноморье. Долгое время этот привозимый с Востока плод, 90% которого составляет толстая горько-ароматная кожура и лишь в самом центре находится маленький и кислый комочек мякоти, поделенный на дольки, как и у всех цитрусовых, использовали только в парфюмерных целях. Однако постепенно, к I в. н.э., его научились выращивать, избавившись от заблуждения, что это плод туи (или других хвойных деревьев), которая носила то же название, и плоды стали использовать в кулинарных целях: так у Апиция («De re coquinaria». 169) встречается рецепт рагу с цедратом (главным образом туда идет кожура).}

В конце концов Миртил принялся кричать, чтобы вся наша компания спорщиков проваливала к диким козам, {48} ибо цедрат упоминается в "Записках" Гегесандра Дельфийского, хотя точной цитаты он привести не мог. [b] Возражая ему, Плутарх сказал: "Ну, я-то уж точно знаю, что нигде у Гегесандра цедрата не найдешь, я нарочно перечитал все его "Записки", когда мой приятель, ссылаясь на одного почтенного комментатора, вздумал на этом настаивать; так что придется тебе, Миртил, поискать другого свидетеля".

{48 ...к диким козам... — Греческие бранные реплики, как правило, являются завуалированными посланиями собеседника в Аид, и эта не составляет исключения, ср.: «пошел к воронам!»}

Эмилиан же принялся рассказывать, что ученейший муж, мавританский царь Юба, упоминает цедрат в своей "Истории Ливии" [FHG.III.472], утверждая, что у ливийцев он называется "яблоком из [c] Гесперии", потому что как раз оттуда Геракл и принес в Элладу эти яблоки, прозванные за свой цвет золотыми. Что же касается так называемых гесперидских яблок, то их произвела Гея в честь свадебных торжеств Зевса и Геры - об этом пишет в шестидесятой книге "Египетской истории" Асклепиад [FHG.III.306].

Раздраженно посмотрев на них, слово взял Демокрит: "Если Юба такое пишет, - то не надо мне его африканских историй и плаваний Ганнона! Я же утверждаю, что древние не пользовались этим словом; в доказательство сошлюсь на описание Феофрастом Эресийским некоего [d] растения, в котором нельзя не опознать цедрат. 26. Вот что пишет философ в четвертой книге "Истории растений" [IV.4.2]: "[Вообще в странах восточных и южных есть много и растений, и животных, каких нигде больше нет.] В Мидии, например, и в Персии растет еще и так называемое "мидийское" или "персидское яблоко". Листья у этого дерева похожи на листья [лавра], земляничника и грецкого ореха, почти одинаковой величины с ними, а колючки такие, как у груши или кизильника, гладкие, очень острые и крепкие. Яблок с этого дерева не едят, но они очень ароматные, так же как и его листья. Если такое яблоко положить в сундук с одеждой, то оно [e] сохранит ее от моли. {49} Оно полезно и на тот случай, если кто-нибудь выпьет смертельного яда: его дают с вином, оно вызывает расстройство желудка и выводит яд. Оно же делает дыхание благовонным: если сварить его мякоть в соусе или еще в чем-нибудь, или выжать в рот и проглотить, то запах изо рта становится приятным. Выбрав семена, сажают их в [f] тщательно обработанные грядки и поливают через каждые три-четыре дня. Следующей весной, когда растеньице окрепнет, его пересаживают в землю мягкую, сырую и не очень легкую: именно такую любит это дерево. Плоды оно приносит круглый год: одни снимают, другие зреют, а дерево в это время стоит в цвету. Из цветов дают плод те, в которых, как мы говорили, торчит из середины как бы веретено; те, у которых этого нет, бесплодны". И в первой книге этого же сочинения [I.13.4] Феофраст говорит о плодоносных цветках с веретенами. Так вот, друзья мои, то, что Феофраст говорит о цвете, аромате и листьях этого дерева, убеждает меня, что речь идет о цедрате. И никого из вас не должно удивлять, что он пишет о несъедобности его плодов, ибо еще во времена наших дедов они не употреблялись в пищу, но их разве что раскладывали по сундукам с (84) одеждой.

{49 ...сохранит ее от моли. — Различные цитрусовые плоды, главным образом лимоны и апельсины, используют в этих целях и в наше время, а в XVIII-XIX вв. пользовались еще и листьями лимонов.}

27. А то, что это растение действительно пришло к эллинам из глубин Азии, подтверждается описаниями, встречающимися у авторов комедий; судя по размерам, речь у них идет о цедратах. Например, Антифан в "Беотянке" [Kock.II.35]:

- Но перед ненасытными о лакомстве

И говорить-то глупо. Эти яблочки

Возьми, красотка.

- Как же хороши они!

[b] - Благие боги, хороши конечно же!

Совсем недавно привезли их сеянцы

Сюда, в Афины от царя персидского.

- Я думала, ты скажешь, что привез ты их

От Гесперид - три золотые яблока,

Клянуся Светозарною!

- Прекрасное

Повсюду редко и высоко ценится.

Вставив эти стихи Антифана в "Мелибею" как свои собственные, Эриф продолжил {50} [Kock.II.429]:

{50 ...Эриф продолжил... — В следующих стихах Артемида, вероятно, упоминается как Артемида-Геката, богиня подземного царства, которое, как считалось, находилось на Западе, а к Афродите прилагается нигде более не зафиксированный эпитет Бербея, возможно, связанный с ее культом на Кипре, подверженным сильному финикийскому влиянию.}

- Я думала, ты скажешь, что привез ты их

От Гесперид - три золотые яблока,

Клянуся Светозарною!

[c] - Прекрасное

Повсюду редко и высоко ценится.

- Даю обол, не больше, деньги любят счет

- А вот гранаты.

- Прелесть.

- Это дерево

Посажено на Кипре Афродитою.

- О, чтимая Бербея! Эти яблоки -

Их тоже только три?

- Их больше не было.

28. Если кто-нибудь хочет отрицать, что здесь речь идет о цедрате, пусть докажет! Впрочем Фений Эресийский подает мысль, что это мог [d] быть кедровый орешек (κεδρίον), получивший свое имя от кедра; а у кедра, как он пишет в пятой книге "О растениях" [FHG.II.301], листья окружены колючками. Но ведь всякий знает, что у цедрата тоже!

Мне точно известно, что цедрат, съеденный перед едой, всё равно, твердой или жидкой, является отличным противоядием от любого смертельного яда; я узнал это от одного моего земляка, занимавшего должность в Египте. Однажды он приговорил изобличенных преступников к [e] растерзанию дикими зверями - их должны были бросить ядовитым змеям. Когда их вводили в амфитеатр, где казнили разбойников, какая-то мелочная торговка из жалости угостила их цедратом, который она ела, держа в руках. Взяв, они съели его, и когда были брошены [f] чудовищным кровожадным змеям, то нимало не пострадали от их укусов. Правитель пришел в изумление и в конце концов принялся допрашивать стражника: ели или пили они чего-нибудь перед казнью? Узнав, что им дали цедрат, он приказал назавтра дать его одному из приговоренных, другому же не давать, и съевший нисколько не пострадал от укуса, другой же умер мгновенно. На таком повторном примере все убедились, что (85) цедрат - универсальное противоядие от всякого яда. И если цедрат целиком, вместе с семенами, отварить в аттическом меде, он растворится, и выпивший утром этого питья на два или три пальца не будет подвержен действию никакого яда.