Афиней - Пир мудрецов

{65 Сваренные с мальвой или со щавелем... — Мальва различных видов (Malva L.), любимая зелень античных диетологов, и щавель (Rumex patientia L.), греческое название которого произошло от глагола λάπάσσω — «расслаблять», действительно улучшали пищеварение, даже чрезмерно, на это жаловался в своих письмах Цицерон.}

43. Мнесифей Афинский пишет в сочинении "О пище": "Мясо устриц, конхов, мидий и им подобных плохо переваривается из-за содержащейся в нем соленой жидкости, поэтому, если их съесть сырыми, своей соленостью они угнетают кишечник. Во время же варки они испускают в воду, в которой варятся, или всю свою соль или ее избыток, и в результате их [c] отвар вызывает спазмы кишечника, а вареное их мясо, лишенное соков, скрипит на зубах. Если же их умело поджарить, то жар уничтожает все эти их недостатки. Поэтому они не так трудно перевариваются, как сырые: ведь жидкости, от которых кишечник вяло работает, испаряются. И вообще все панцирные моллюски представляют собой пищу водянистую и трудно перевариваемую, но в то же время не мочегонную. Актинии же и икра морских ежей, будучи пищей водянистой и незначительной по сухому остатку, расслабляют кишечник и способствуют выделению больших количеств мочи".

44. Никандр Колофонский дает в "Георгиках" следующее перечисление моллюсков:

Все моллюски, которых питает пучина морская:

[d] Мидии и нереиты, затем трубачи и венерки,

Скользкие дети самой Галосидны, {66} укромные норы

{66 Скользкие дети самой Галосидны... — «Морерожденная» — эпитет Амфитриты; в «Одиссее» детьми Галосидны названы тюлени (IV. 404).}

Пинны.

Также Архестрат пишет в "Гастрономии":

Энос мидий больших приносит, Абидос - устриц,

Парий - цикаду морскую, {67} несет гребешки Митилена,

{67 ...Парий — цикаду морскую... — Вид насекомоподобного морского членистоногого (возможно, Scyllarides latus Latreille или Squilla mantis L.), размером меньше лангуста, но гораздо больше креветки, с очень нежным мясом.}

Также Амбракия нам несет очень много громадных

..............................

Конхов же в узком проливе Мессенском возьмешь исполинских,

Или в Эфесе, а устриц отменно добротных и гладких [см.87b]

Даст Калхедон. А всех трубачей {68} - и людей, и моллюсков -

{68 А всех трубачей... — Здесь игра слов, так как κήρυξ не только «моллюск-трубач» (чье мясо жестковато и не слишком вкусно), но и человек, занимающий мало оплачиваемую государственную должность глашатая, требующую весьма зычного голоса. В его обязанности входило объявлять о принятии тех или иных постановлений, поддерживать порядок в народном собрании, театре, при жертвоприношениях и т.д., по поручению проводить распродажу имущества и пр.}

[e] Пусть грозный Зевс истребит, пощадив одного человека, -

Это мой друг, он живет на богатом лозой виноградной

Лесбосе, имя ему Агафон.

Также Филиллий, или иной автор "Городов" [Kock.I.785; ср.86а, 104f]:

Черенков, сердцевидок, и мидий, и пинн,

гребешков из Мефимны и блюдца.

Слово "устрица" встречается у ранних авторов только в форме 'όστρεια. Кратин в "Архилохах" [Kock.I.14]:

Она подобна пинне или устрице.

И Эпихарм в "Свадьбе Гебы" [cp.85d]: [f]

Устрица захлопнувшаяся.

Платон в "Федре" [250с] пишет 'όστρεον подобно 'όρνεον: "связанный на манер улитки". И в "Тимее" [92b]: "устриц (ο̉στρέων) и вообще всех водяных животных". В десятой же книге "Государства" [611d] он пишет 'όστρεια: "оброс ракушками ('όστρεια) и водорослями".

Венерки-пелориды получили свое название от слова πελώριον "исполин"; они действительно больше сердцевидок и достигают необычайных размеров. Аристотель пишет, что они водятся в песчаных (93) местах. Сердцевидок (χήμη) упоминает в "Посещениях" Ион Хиосский [FHG.II.47]. Возможно, эти ракушки получили свое имя от слова κεχηνέναι (зевнуть).

45. Об индийских устрицах вот что пишет Феофраст в книге "О камнях" (будет кстати вспомнить о них по поводу жемчуга) [36]: "Жемчуг - один из самых удивительных камней; {69} он блестящ по природе, и из него [b] делают драгоценные ожерелья. Образуется он в некоторых раковинах, подобных пиннам, только поменьше. Величиной он с довольно большой рыбий глаз". А вот что пишет Андросфен в своем "Плавании вокруг Индии": "И витые раковины, и мелкие двустворчатые, и прочие разнообразны по виду и непохожи на те, что встречаются у нас. Водятся там и багрянки, и множество других моллюсков. Но есть среди них один особенный, местные жители называют его бербери. Из него получают камень жемчуг, который высоко ценится по всей Азии и продается в Персии и в верхней Азии на вес золота. Раковина этого моллюска с виду напоминает [c] гребешок, но ее гладкие, плотные створки лишены бороздок; кроме того, у нее не два ушка, как у гребешка, а только одно. Камень образуется в мякоти моллюска, как затвердения в свином мясе. Одни жемчужины - золотистые, так что даже нелегко отличить их, когда они лежат рядом с золотом, другие похожи на серебро, третьи - совсем белые, как рыбий глаз". Харет из Митилены говорит в седьмой книге [d] "Истории Александра": "В Индийском море, а также в Армении, Персии, Сузиане и Вавилонии ловят моллюска с крупной продолговатой раковиной, внутри которой много душистого белого мяса. Из этой мякоти извлекают белые косточки, называемые жемчужинами. Они идут на изготовление ожерелий и браслетов для рук и ног: у персов, мидян и прочих азиатов такие украшения ценятся дороже золотых".

{69 ...один из самых удивительных камней... — Жемчуг появился в греко-римском мире достаточно поздно, в отличие от изумрудов, сердоликов и прочих драгоценных и полудрагоценных камней, упоминаемых уже в гомеровскую эпоху. О жемчуге начинают впервые говорить во времена Страбона и Плутарха, из-за своей необычности он входит в моду в Римской империи, а затем становится идеальной «христианской» драгоценностью и средневековым символом чистоты.}

46. Исидор из Харакса в своем "Описании Парфии" говорит, что в [e] Персидском море есть остров, возле которого находят очень много жемчуга. Поэтому вокруг острова сделали мостки из тростника, и люди ныряют с них на глубину двадцати саженей за двустворчатыми раковинами. Говорят, что в пору гроз, когда непрерывно гремит гром и идут проливные дожди, у моллюсков-пинн чаще всего начинается беременность, больше всего рождается жемчужин, и к тому же самых крупных. Зимою пинны обычно [f] забиваются в норы на большой глубине; летом по ночам они раскрываются и плавают свободно, а днем закрываются. Моллюски, которые прирастают к скалам и утесам, пускают корни и, оставаясь на одном месте, рождают жемчуг. Пищу и остальные средства к существованию они при этом получают через ту часть своего тела, которая непосредственно прилегает к мягким тканям: она сращена с устьем раковины и продолжается щупальцами, которые ловят добычу, подобно маленькому крабу-стражу [cp.89d]. Мягкая ткань простирается отсюда, подобно корню, к середине раковины; там-то, однажды зародившись в самом толстом месте ракушки, и вырастает жемчужина, получая питание всё время, пока моллюск прикреплен к скале. Когда же, постепенно разрастаясь под жемчужиной, мягкие ткани отделяют ее от раковины (94) и обволакивают со всех сторон, то жемчужина лишается питания и от этого становится гладкой, блестящей и чистой. Глубоководные пинны производят самый блестящий, крупный и чистый жемчуг, а те, что над водой и под солнечными лучами, рождают жемчужины поменьше и цветом похуже. Ловцы жемчуга не без риска просовывают руку в открытую раковину, так как она тотчас же захлопывается и часто отрезает им пальцы: некоторые даже сразу умирают. [b] А те охотники, которым удается подсунуть руку сбоку, легко отделяют раковину от скалы.