Санин Евгений - Мы - до нас

К счастью, персонажей было много, правда, одни с широким простором деятельности, а у других всего на одно-два слова. Но особо обиженных не было, и предварительная запись закончилась в каких-нибудь полчаса.

Заминка произошла только с подбором студентки на роль Гориславы. Больше всего для нее подходила Людмила. Но Молчацкий неожиданно заколебался. Знакомо уже бормоча: «Конечно, стать… красота, порода – все присутствует… И светловолоса, хотя и крашеная… - он осмотрел ее и покачал головой: - Но, понимаете, хотелось бы чего-то немного другого…»

Сама Людмила не сомневалась, что роль Гориславы, тем более что князем Ильей – ее женихом - будет Стас, должна играть именно она. У нее были для этого испытанные средства, которыми она смогла бы легко воздействовать на Молчацкого, но… ведь тут рядом был все тот же Стас…

И тем не менее, она рискнула. Приняла профессионально-вызывающую позу и предложила:

- А может, что касается женских ролей, так лучше провести пробы на пляже?

Но Молчацкий, видимо, был тертый калач в подобных делах.

- Да нет, - сразу же отрицательно покачал он головой. – Пьеса как раз о том периоде в нашей истории, когда не обнаженность и распущенность, я разумеется, имею в виду не вас, а стыдливость и целомудрие были украшением руской девушки. Более того, это было вполне обычным, даже всеобщим делом. В некоторых семьях, живших в теремах, бывало, что брат ни разу не видел сестру вплоть до достижения той совершеннолетия!

Проходивший как раз в этот момент мимо Владимир Всеволодович прислушался и спросил у Молчацкого:

- Простите, вы в каком вузе оканчивали исторический факультет?

- Да нет, я учился театральном! – вежливо поклонившись, ответил тот и как о само собой разумеющемся объяснил: - Просто режиссер, если он действительно режиссер, должен знать все о той эпохе, в рамках которой происходит его пьеса. Поэтому я очень просил бы вас разрешить мне потрогать хотя бы несколько из найденных вами предметов древней Руси и немного расспросить вас о некоторых деталях того времени… В частности, одежды, обычаев, интерьера…

Владимир Всеволодович согласно кивнул и, с уважением посмотрев на Молчацкого, продолжил свой обход территории раскопок.

Наступил последний, решающий момент подбора актеров.

Молчацкий уже открыл рот, чтобы вынести свое окончательное решение… возможно он уже был готов сообщить, что на роль Гориславы пригласит одну из очень известных актрис… но тут вдруг раздался – Стас просто обомлел от неожиданного счастья – голос Лены.

- А я не подойду для роли невесты князя Ильи?

Стас оглянулся и увидел Лену, стоявшую чуть поодаль, вместе с пришедшей с ней Юлей. Говоря, она смотрела не на режиссера, а на него, и виновато улыбалась…

Молчацкий тоже посмотрел на девушку и снова забормотал: «Почти тот же рост, тоже светловолоса, правда, естественно… но – более хрупка, к тому же, у нее коса, и еще что-то такое, неуловимое, исконно русское…»

Не слушая, что он там говорит, Стас подошел вплотную к Молчацкому и тихо, но властно предупредил:

- Гориславу должна играть только она. Это мое единственное условие… как руководителя!

Молчацкий понимающе посмотрел на него и шепнул: «Зря вы мне это сказали, только бы сохранили за собой право на это условие… Я бы и сам выбрал на роль Гориславы именно ее!»

А вслух сказал:

- Простите, как вас по имени?

- Лена! – охотно представилась девушка.

- И голос тоже чистый, певучий! – в последний раз пробормотал Молчацкий и строго предупредил: - Вот что, Лена, с этого дня привыкайте, чтобы потом не ошибиться во время игры, что вас зовут - Горислава!

- Гореслава! – по своему, тут же повторила Лена.

- Не Горислава, а Горислава! – строго поправил ее Молчацкий. – Хотя, в вашей поправке, несомненно, есть здравый смысл.

- Простите! А как же я? - растерянно посмотрела на него Людмила.

- Увы! – виновато развел руками Молчацкий. - К сожалению, даже великих актеров нередко не утверждали на пробах. Будете на крайний случай дублером! – успокаивающе добавил он и, как заправский режиссер, уже всем объявил: - Все, подбор актеров окончен. Всем - спасибо!

- Ну, а теперь на речку! – радостно закричали студенты и, налегая друг на друга, принялись дружно перелазить через канаты на дорогу. Стас и Лена, не сговариваясь, взялись за руки и, ни о чем не говоря, и так все обоим было ясно, бросились вместе с ними – купаться.

4

Людмила гневно взглянула на Александра, но тут же опустила глаза…

Александр, которого утвердили на роль суфлера и летописца, подошел к Людмиле, которая, как пораженная молнией, продолжала стоять на своем месте.

- А ты что с ними не пошел? У тебя вроде как с ними теперь общая радость есть! – увидев его, с нескрываемой завистью спросила она.

- Успею еще разделить! – отмахнулся от удалявшихся студентов Александр. – Просто у меня к тебе небольшой разговор…

- Если ты насчет возобновления наших отношений, то предупреждаю сразу: об этом не может быть даже речи!

- Взаимно! – охотно поддержал ее Александр. – Тем более, что у нас теперь прямо противоположные интересы. И в связи с этим я и пришел к тебе, как говорится, не просто так, а с пакетом деловых предложений!

- Что-то я никакого пакета у тебя в руках не вижу!

- А он звуковой!

- Ну, тогда говори!

Александр подошел к Людмиле почти вплотную и сказал:

- Дело касается Лены, к которой у меня, сразу предупреждаю, только спортивный интерес, и Стаса, твой интерес к которому меня совершенно не касается!

Людмила гневно взглянула на Александра, но тут же опустила глаза и тот, поняв, что можно говорить дальше, продолжил:

- Видишь ли… У нас по отдельности ничего не получилось. Значит, нам надо объединить свои усилия! И в итоге получить то, что каждый хочет, но не может!

- Надеюсь, все это - без подлости?

- Фи! Какого ты обо мне мнения!

- Только такого ты заслуживаешь! Ведь я же тебя знаю, как облупленного! – усмехнулась Людмила. - Вернее, еще не лупленного, как следует. С самого детства. Иначе ты был бы совсем другим!

- Ладно, обойдемся без лирики! – поморщился Александр. – И перейдем сразу к делу.

- Согласна! И что же ты предлагаешь?

- Так – небольшое коварство без любви!

- Почему без любви? – по-своему поняла его слова Людмила. - Может, у меня к нему чувство! И вообще…

- Да видел я, с каким ты чувством смотрела на этого режиссера! – остановил ее Александр. - О таком только на рекламных банковских плакатах только пишут: «Любовь по расчету!» И оставь ты кому-нибудь другому эти свои красивые слова! Думаешь, я ничего не понимаю? Тебе Станислав нужен тактически - как любимчик Владимира Всеволодовича, а стратегически, как блестящая партия для замужества. Еще бы, сын светила-академика, сам в не столь отдаленном будущем, тоже академик, опять же квартира в Москве, а то и дворец под Санкт-Петербургом…