kostik - Любитель историй

окончательно побледнев, он обессилено повалился на

крохотный деревянный стул.

- Морская пучина, как же мне тяжко. Клер, милая, не могла

бы ты подать мне стакан воды.

- Безусловно, – тут же откликнулась девушка. – Только

боюсь, что это не отравление, мистер Бишеп. Дело куда

серьезнее. Посмотрите на себя - на вас же лица нет.

Позвольте, я все-таки схожу за доктором Дайтли.

- Ни в коем случае. Это обычная борьба желудка с тем, что

я пытаюсь засунуть в свой грешный рот, - попытался

пошутить цветочник. На последнем слове его сново стало

мутить.

- Почему вы так противитесь? – Клер была напугана не на

шутку.

- Милая моя, - оторвавшись от таза, Бишеп попробовал

объяснить. – За сегодняшний день я сэкономил на куриных

ребрышках и пиганском сыре, а также на паре пинт

люрского вина около трех суонов. А этот прихвостень в

белом парике – я говорю о докторе Дайтли, - сдерет с меня,

по меньшей мере, пять монет, за бесполезное

кровопускание. Получается, я все равно прогадаю. Так что

лучше уж мой организм сам справится с тяжким недугом.

Болезнь в очередной раз взяла верх над цветочником и его

стошнило.

Клер, решив больше не медлить, стала собираться, не

обращая внимания на возмущения хозяина.

Доктор Дайтли жил неподалеку и с радостью откликался

на все проблемы страждущих, не забывая стребовать с

больного баснословное вознаграждение за свои нехитрые

процедуры. Со временем, желающих расстаться целым

состоянием, но не избавиться от телесных хворей

становилось все меньше, и доктор стал более избирателен в

выборе пациентов. Приодевшись, он заметно изменился.

Солидный вид, белоснежный парик, парфюм из

магазинчика Бикси – теперь лекарь помогал лишь

избранным господам.

Вместе с достатком пришло и уважение со стороны

толстосумов, которые безоговорочно доверяли словам

Дайтли, выполняя любую его прихоть. Плут в белом парике

лечил богачей от всего чего угодно, не забывая назначать

им консультации по вопросам здоровья. «Смертельно

больные» бароны и кавалеры, а также эсквайры и

джентльмены, обязаны были не реже недели посещать

скромное жилище Дайтли. Тот в свою очередь, возложив на

себя тяжелый груз покровителя, с нахальством дворовых

лгунов, невзирая на ранги и сословия ставил им

немыслимые диагнозы. Получал солидные вознаграждения.

И был тем весьма доволен.

Клер хотела отыскать кого-нибудь другого, но, к

сожалению, напыщенный плут был единственным доктором

на несколько торговых кварталов.

Постучавшись в дверь, девушка услышала сонный голос и

вскоре, на пороге возник добротный силуэт врачевателя.

Густые, торчащие в разные стороны брови Дайтли сошлись

на переносице.

- Чем обязан, миссис, - протянул он, пытаясь вспомнить ее

имя.

- Мисс Джейсон. Клер Джейсон, сэр, – немного

смутившись, представилась девушка.

- Ах да, безусловно. Как я мог забыть. – Доктор хлопнул

себя по лбу и обнажил белоснежные зубы. Поговаривали,

что он изобрел специальный бальзам, который заставляет

рот светиться ярче путеводных звезд, навсегда убирая

непобедимый желтый налет.

- Простите, сэр, я хотела бы попросить вас оказать моему

хозяину мистеру Бишепу неоценимую услугу, - осторожно

начала Клер.

- Как вы сказали, мисс? Неоценимую услугу? Мне нравится

ваше высказывание. – Одутловатое лицо вновь озарила

лучезарная улыбка. – Выкладывайте, что стряслось у

нашего общего знакомого.

- Ему очень плохо. Он почти наиздыхании, - прошептала

Клер.

Долго осматривая цветочника, прислушиваясь к его

хриплому дыханию, доктор неустанно бормотал себе что-то

под нос. Клер разобрала лишь несколько слов – Дайтли

настойчиво повторил «не может быть» и «невероятное

совпадение».

Затем начались бесконечные вопросы: как часто и

насколько долго. В конце доктор провозгласил не совсем

внятный диагноз и сказал, что требуется более детально

изучить испражнения мистера Бишепа.

- Могу сказать вам одно мисс: у вашего хозяина не

тропическая лихорадка, и слава святому Дункану, не чума.

Пока это все, что я готов утверждать, - произнес в

заключении Дайтли.

- И ничего конкретного?! – возмутился цветочник,

обессилено приподнявшись на локтях.

Доктор легким движением руки пригвоздил его обратно к

постели.

- А что же вы хотели, мой милый. Поставить диагноз - та

еще загвоздка. Так просто такие дела не решаются.

- Да вы даже не удосужились спросить, чем я питался весь

прошлый день, достопочтимый сэр, - взмолился больной.

Наградив цветочника неподражаемой улыбкой, Дайтли

пояснил:

- Ну, это совершенно ни к чему. То, что с вами происходит

- не отравление или иное желудочное расстройство, отнюдь.

Природа вашей боли мне не понятна, но исходит она не из

живота, могу заявить однозначно.

- А мои кошмары? Постоянный страх, что за мной

пристально наблюдают. А еще эти видения!

- Всего лишь горячка и высокая температура.

- Но что же мне делать?- взмолился цветочник.

- Предложу вам воспользоваться кровопусканием. Дешево и

сердито. Как говориться: лечит от всех болезней. Возможно,

и вам оно поможет. Я уверен в этом. Всего семь суонов и я

начну сегодня же.

- Ради всего святого, Клер прошу, проводи доктора и выдай

ему положенное вознаграждение за визит вежливости, -

попросил мистер Бишеп.

Сверкнув дорогим париком, Дайтли откланялся, всем

своим видом показывая - он вполне доволен результатами

собственной работой.

Спустившись вниз, в лавку – цветочник жил на втором

этаже собственного магазинчика – Клер отдала доктору

деньги и, поблагодарив его, уже собиралась закрыть дверь,

когда Дайтли выдал очередной совет:

- Я бы на вашем месте поостерегся мистера Бишепа. Какой-

то он возбужденный. Ни к добру это, мисс Джейсон.

Хорошо бы отправить его на осмотр к мистеру Хорхе. Уж

он то быстро вправит ему мозги, избавив от воображаемого

преследования.

Клер коротко кивнула.

Поднявшись обратно к хозяину лавки, девушка потянула

за ручку - дверь не поддалась. Цветочница навалилась

плечом на преграду. Из-за стены послышался протяжный

стон, а вскоре раздался такой изнывающий крик, что Клер в

ужасе отпрянула от двери.

Ручка заходила ходуном. Девушка попыталась схватить ее,

но тут же одернула ладонь. Ей показалось, что руку

обожгло адово пламя.

Крик за стеной сменился воем. И дверь с силой

распахнулась наружу, словно зев чудовища.

Ощущая дрожь в ногах, Клер осторожно вошла в комнату.

В лицо ударил яркий свет. Щурясь, она перевела взгляд на