Сапронов Евгений - Чёрный сокол

- Стало быть, их более десяти тысяч оказалось? - переспросил Еремей Глебович.

- Думаю, что поболее, - кивнул Роман. - А на сколько - бог весть.

Половинка ворот была раскрыта, и Олег беспрепятственно прошел на княжеский двор. Прямо перед ним возвышалось длинное бревенчатое здание. Его центральная часть представляла собой квадратную трехэтажную башню, а примыкавшие к ней крылья были срублены в два этажа, их двускатная кровля была набрана из длинных почерневших от непогоды досок. Крыша башни, высокая и крутая, на четыре ската, сверху была, как бы обрезана. Там располагалась дозорная площадка, а над ней что-то типа шпиля - острая вытянутая пирамидка на столбах из толстых бревен.

Дворец князя стоял в середине приличных размеров квадратного участка, огороженного частоколом только спереди. С остальных сторон ограду заменяли, стоявшие вплотную, одна к другой, хозяйственные постройки самых разных размеров и вида. Сама резиденция, по оценке Горчакова, тянулась метров на семьдесят от края до края.

Во дворе Олег застал суету, вызвавшую у него ассоциации с колхозом, ожидающим приезда "высокого" начальства. В одном направлении несколько женщин тащили зарезанных гусей. Им навстречу рысили мужики с деревянными ведрами, от которых на морозе поднимались густые клубы пара. В птичнике за редким плетнем мальчишки азартно ловили кур, где-то справа заверещала свинья. Над дворцом и несколькими постройками из похожих на скворечники деревянных дымоходов в зимнее пасмурное небо поднимались густые клубы дыма.

"Весело тут у них" - подумал Горчаков, останавливаясь у центральной башни перед "красным" крыльцом. В длинные здания справа и слева, вели двери, расположенные на первом этаже, а вход в башню, находился на втором. Здесь на четырех столбах возвышалась прикольная постройка, похожая на избушку бабы яги. Сбоку у нее был проем без двери, вниз от которого вдоль стены шла крутая лестница с резными перилами на фигурных столбиках. Передней стены у избушки, можно сказать, не было - сверху был дощатый, украшенный резьбой фронтон, да снизу от пола четыре бревна. "Это что, типа, трибуна, для обращений вождя к нации?" - развеселился Олег.

Чтобы передняя часть крыши не осунулась, ее подпирали четыре точеных столба.

Судивший по фильмам Горчаков, ожидал, что на красном крыльце будет стоять стража и непременно в кольчугах и островерхих шлемах. Но никакой охраны тут не наблюдалось. Олег повертел головой, выискивая, у кого бы дорогу к покоям княжеским спросить и тут, к нему подлетел низкий пузатый мужичок, с густыми мохнатыми бровями и торчащей веником бородой.

- Я Пахом, дворский князя коломенского Романа Ингваревича, - отрекомендовался мужик.

- А я рыцарь Олег Иванович, - представился Горчаков. - Мне бы вашего князя повидать, дело у меня к нему важное.

- Отец наш Роман Ингваревич, - затянул Пахом тоном, читающего литанию пономаря, - зело занят ныне. Ты господине после обедни приходи.

"Ну вот! - расстроился Олег. - Прямо как у наших чиновников - зайдите после обеда, а лучше завтра или позвоните на неделе, наш автоответчик вам всё объяснит".

- Нет, Пахом, так не пойдёт, - нахмурился Горчаков и надвинулся на дворского, а тому пришлось задрать голову, чтобы видеть лицо собеседника. - Дело у меня важное и срочное, - Олег заговорил размеренным веским тоном. - Отлагательств оно не терпит. И дело это больше твоему князю нужно, чем мне. Ты лучше ступай до князя и скажи, что я хочу про татар ему поведать.

При упоминании татар в глазах Пахома промелькнул испуг.

- Добро, - кивнул он, - я мигом, ты здесь пожди.

После этих слов, дворский сопя, стал взбираться по крутой лестнице на красное крыльцо, а Горчаков остался ждать его внизу.

"Надеюсь, это не затянется надолго" - подумал он, шевельнув плечами.

Олег уже изрядно подмерз в кожаной куртке. Она хоть и была на меху, но грела как-то слабо. Да и армейские берцы Горчаков с удовольствием сменил бы валенки. Он не захотел предстать перед князем в крестьянской заношенной шубе, вот и надел свою куртку. "Ничего, потерплю. Зато позолота и красные гранаты на черном фоне смотрятся просто шикарно" - утешился Олег. Медаль с черным соколом он тоже надел, и она, как зеркало сияла на груди.

- Ну, где там этого Пахома носит? - недовольно проворчал Горчаков и в это миг его окликнули сверху.

- Господине! - свесился с "трибуны" дворский. - Идем, князь ждет тебя!

Олег, придерживаясь за перила, быстро взбежал по ступенькам и повернул налево, а успевший забежать вперед, Пахом толкнул дверь и первым проскочил в помещение. Вошедший следом Горчаков, оказался в большой квадратной комнате. У дальней стены видна была лестница наверх, рядом с ней, огороженный перилами люк на нижний этаж. Слева были две двери, справа только одна, зато двухстворчатая и покрытая резьбой. Дворский открыл ее и, не входя, громко доложил:

- Вот, княже, привел!

- Добро, ступай, - донеслось из комнаты.

- Входи, господине, - кивнул на дверь Пахом, развернулся и оставил Олега одного.

Горчаков решительно переступил порог и оказался в зале, занимавшем весь второй этаж этого крыла. Справа и слева, вдоль стен тянулись лежанки, застеленные медвежьими и лосиными шкурами. По центру помещения, во всю его длину, в одну линию были расставлены массивные дубовые столы, а рядом с ними покрытые пестрыми коврами лавки.

Хозяйственному Олегу сразу стало интересно: "князь купил восточные ковры, а потом на полосы их порезал? Или здесь еще и ковровые дорожки продают?".

В дальнем конце зала наблюдалось небольшое возвышение. На нем тоже стоял стол, только развернутый поперек комнаты. Бревенчатые стены были выкрашены в белый цвет и расписаны красными и желтыми цветами на извилистых стебельках с зелеными листочками. Окошки размером с дверку кухонного стола смотрелись на большой стене как форточки. Они были забраны густыми переплетами, напоминавшими тюремные решетки, и застеклены чем-то непонятным: желтоватым и полупрозрачным. Света в зале хватало, но увидеть, что творится на улице, сквозь такие окна было невозможно.

За столом на возвышении сидели двое: массивный мужчина лет пятидесяти и совсем молодой светловолосый парень. Пред ними стояли серебряные кубки и кувшин. Третий из присутствующих был немного старше Горчакова, он сделал несколько шагов навстречу и остановился.

- Желаю всем здравия! - громко сказал Олег от дверей, шагнул вперед, но вовремя вспомнив главное правило, остановился и пошарил глазами по стенам.

Обнаружив в углу божницу, с сиявшими золотыми окладами иконами, он перекрестился по православному обряду и поклонился.

- Проходи гость дорогой, - усатый богатырь церемонно повел рукой, - расскажи нам, как тебя звать величать и из каких краев ты будешь?