Алла Щедрина - Эмигрант

Жорот приподнял брови, а Роджер чуть улыбнулся. Арика вздохнула и сказала – как всегда – в лоб:

– Роджер, извини пожалуйста, насколько ты будешь против нашей с тобой женитьбы?

У колдуна на лице появилось странное выражение то ли изумления, то ли сдерживаемого смеха.

Роджер спокойно кивнул:

– Необходимость в чем‑либо подобном действительно назрела. В этом мире слишком сильное значение имеет общественное мнение, и неопределенность твоего положения отрицательно сказывается на всех…

– Сама знаю! – огрызнулась она.

Жорот, не выдержав, тихо рассмеялся:

– Все хорошо, но я тут при чем? В смысле, почему ты считаешь необходимым мое присутствие?

Арика со злорадным торжеством повернулась к нему,

– А как же? Теперь тебе придется делить твоего любовника еще и со мной – твое согласие тоже имеет какой‑никакой вес – по крайней мере, для Роджера!

– До сих пор мы это прекрасно делали…

– До сих пор я не претендовала на Роджера в смысле секса! Или ты воображаешь, что я рассматриваю замужество чисто формально?

На лице колдуна появилось сначала ошалелое выражение, потом озорное:

– Поздравляю с коренной переменой твоих взглядов!

– Не такой уж коренной! – парировала женщина. – Любовницу я пока себе не завела!

Жорот с задумчивым видом покивал головой,

– Ничего, я не тороплюсь. Судя по всему, вероятность сего события становится все больше…

Арика сощурилась,

– Ага, лет эдак через четыреста‑восемьсот… Если доживу, – вызов заключительной фразы прозвучал диссонансом общему настрою разговора, и Роджер мягко перевел беседу в более спокойное русло.

– Если ты спрашиваешь мое мнение, то я, конечно, не против… – он неожиданно улыбнулся, – потому что вы с Жоротом вряд ли будете друг другу сцены ревности устраивать.

Колдун хохотал, а Арика только головой покачала:

– Ну вас всех к черту… Ладно. Если уж никто сильно не против, поехали в мэрию. По‑моему, мы успеваем… Кстати, Жорот, ты тоже нужен – как свидетель. Роджер, и, если ты не против, заодно удочери Ату. Будет знать… – последние слова Арика пробормотала чуть слышно.

Когда они вышли из мэрии, Жорот повернул лицо в сторону заходящего солнца, явно наслаждаясь его последними лучами и заметил:

– Все сделано максимально быстро и рационально. У кого еще могла быть такая свадьба? Ни торжественности, ни обрядов…

– Только не говори, что это не доставило тебе удовольствия! – буркнула Арика, – я ж видела – ты разве не мурлыкал.

– Весьма изысканное экзистенциальное переживание – не скажу, что не с чем не сравнимое, но никогда прежде не испытанное – это точно, – ироничным тоном заметил Жорот. – Подписывать свадебный контракт собственного любовника!

– Как‑нибудь переживешь, – ехидно отозвалась Арика. – Кстати, не забудь, у нас с Роджером сегодня первая брачная ночь…

– Понял. Удаляюсь… – Жорот действительно, кивнув на прощание, быстрым шагом пошел куда‑то в сторону центра.

– Что это он? – Арика встревожено взглянула на Роджера.

Тот пожал плечами:

– Не обиделся, это точно.

– Я знаю… Может, что случилось?

Роджер поднял брови:

– Он взрослый и вполне самостоятельный мужчина, ты не заметила?

– Да кто против! – досадливо отмахнулась она. – Только… слишком уж на него непохоже. Впрочем, его дело.

Кафе было очень уютным – полумрак, колеблющиеся язычки свечей на столиках, негромкий разговор посетителей.

Роджер пересказывал в лицах свой последний поход на званый вечер. Арика, увильнувшая от приглашения под каким‑то благовидным предлогом, с удовольствием слушала занимательный обзор происшедшего. Когда Роджер замолчал, она мягко и чуть насмешливо улыбнулась:

– Ты как всегда… Очень осторожно и аккуратно обошел все углы, в том числе факторы, благодаря которым Вирика сейчас по всему городу рассылает приглашения на крестины…

Роджер, играя в возмущение, поднял брови:

– Могу дать честное слово, что к ее ребенку не имею никакого отношения!

– А в этом тебя никто и не обвиняет… Кроме местных сплетников, – усмехнулась Арика. – Но вот то, что Вирика решила не отдавать младенца в приют – твоя прямая заслуга… Ты не задумывался о карьере психолога? Какие деньги зарабатывал бы…

Роджер усмехнулся и поддразнил ее:

– Зачем оно мне, если я у тебя на содержании?

– Выкрутился… Кстати, ты в курсе, что тебя, в очередной раз, приглашают стать крестным?

– Ты это всерьез?

– А то, – ехидно кивнув, она порылась в сумке и вытащила сложенный вчетверо листок и протянула его мужу. – Читай, если не веришь.

– Сочувствую, – Роджер вернул листок Арике.

– А мне‑то что?

– Как моей молодой жене, в этот раз тебе не отвертеться от приглашения.

Арика ошалело моргнула пару раз и усмехнулась:

– Сдаюсь. Почему тебе так хочется тащить меня на все местные вечеринки?

Роджер посерьезнел.

– Ты слишком обосабливаешься от общества, что не приносит ничего хорошего ни тебе, ни… скажем, Атане.

– Ничего подобного. Атана живет сама по себе, и друзей у нее предостаточно… А мне и так неплохо.

Роджер покачал головой, но спорить не стал.

… Новобрачные вышли из кафе перед самым закрытием.

Прохладный ветерок, сменивший дневную жару, ласково касался кожи. Машин на улицах почти не было, лишь изредка тишину нарушали чьи‑нибудь голоса или шаги – в основном такие же парочки.

Арика с Роджером шли по внешней дорожке парка, в направлении дома Жорота.

– Может, прогуляемся? – Роджер кивнул в сторону темнеющих деревьев.

Арика, подумав, покачала головой:

– Не сегодня, хорошо? Атана уже спит?

– Да, больше часа.

– А близнецы дома?

Роджер помедлил несколько секунд.

– Вроде, да.

Арика рассмеялась:

– Бедный Жорот! Как он их удерживает в рамках – ума не приложу!

– Подожди, твоя, похоже, будет еще хуже.

– Чья‑чья?..

– Э‑э… Наша.

– Так‑то лучше, – ворчливо кивнула Арика.

– Добрый вечер.

Женщина, вздрогнув, нервно огляделась – она не сориентировалась сразу, откуда раздался голос. Зато Роджер, уверенно повернув голову, вежливо отозвался:

– Вечер добрый. Чем обязаны?

Из тени деревьев появилась темная фигура. Когда она оказалась под лучом паркового фонаря, Арика разглядела мужчину чуть больше сорока с весьма спортивной фигурой и малоподвижными грубоватыми чертами лица.

– Арика, если я не ошибаюсь? – мужчина, взглянув на Роджера, приподнял брови. – Э… Роджер?

– Мой муж.

На лице мужчины появилось странное выражение, но он, словно спохватившись, чуть поклонился:

– Меня зовут Лодей. Мое имя вам ничего не скажет, но я один из знакомых… давних знакомых Жорота.

Арика настороженно приподняла брови: