Алла Щедрина - Эмигрант

Колдун чуть усмехнулся:

– Увы. Тем более что условием создания клова, кроме всех прочих действий, которые растянутся часов на двенадцать, являются сексуальные контакты вкруговую, каждый с каждым. И каждый должен побывать как донором, так и акцептором.

Арика смешалась (она не предполагала, что все это должно быть настолько основательно), и Жорот тут же предложил:

– Давай, оставим эту затею? Слишком все неустойчиво…

Женщина, явно не восхищенная перспективой, упрямо покачала головой:

– Не‑а, – она усмехнулась, – Иначе воспитание твоих недорослей свалится на нас с Роджером…

Вдруг на лице Жорота мелькнуло странное выражение. Но он промолчал и пошел к двери. Арика окликнула его:

– Постой! О чем ты подумал сейчас?

Жорот, обернувшись, невозмутимо отозвался:

– Ни о чем.

Арика холодно заметила:

– Я тебе уже говорила, что врешь ты из рук вон плохо.

Колдун сжал губы, видимо, колеблясь, но все же ответил:

– Я подумал, ляжем ли мы когда‑нибудь в постель не по необходимости… И вдвоем. Судя по всему – нет. – Он чуть усмехнулся. – Не то чтоб для меня это составляло проблему, однако, согласись, начинает прослеживаться определенная тенденция…

Арика, вздрогнув, покраснела. Она сообразила, что только что «выдала» себя с головой – если колдун и имел раньше какие‑то иллюзии, то теперь ему все ясно, как на ладони. Не страх перед разоблачением ее сути, и даже не страх перед «съедением» был причиной отказа от любовных отношений. Причина была проста, как мир. «Ну не интересуешь ты меня, как секс‑партнер! – с досадой подумала она. – Ну, убедился! Переживешь…»

На самом деле уверенности, что Жорот воспримет это открытие адекватно, она не испытывала. Арика уже имела опыт, когда мужчины приходили в бешенство из‑за отказа или равнодушия. Несмотря на то, что она реально оценивала свою привлекательность ниже средней, такое случалось… Этот, вроде, достаточно разумен, но черт их знает! Приготовившись, на всякий случай, к неприятностям, она нашла в себе силы ответить:

– Благодарю за откровенность. И… извини.

Жорот покачал головой:

– Я далек от того, чтобы ставить тебе это в вину. Скорее готовлюсь, что тебе в конце концов надоест переламывать себя.

Арика пожала плечами, испытав, однако, огромное облегчение – вроде как не злится – и насмешливо улыбнулась:

– Ну, если сохранится прежняя периодичность, думаю, проблем не возникнет…

– Будем надеяться, – усмехнувшись, Жорот вышел.

– Интересно, это вы о чем? – в пространство заметил Роджер.

Арика, сообразив, что муж ничего не знает, досадливо скривила губы:

– Вот догони и спроси. Я не уверена, что имею право откровенничать на подобные темы. Давай, иди! И сегодня лучше останься с ним… Ответит он тебе, или нет.

… Во сне Арика ощутила беспокойство – что‑то изменилось. С трудом продрав глаза, она вздрогнула и рывком села на постели – рядом кто‑то был.

– Не паникуй, свои…

Щелкнув выключателем, она увидела, что ее постель по ширине увеличилась чуть ли не вдвое, и что рядом лежал, опершись на локоть, Роджер, а за ним спал, судя по спокойному дыханию, Жорот.

Разбуженная среди ночи, женщина не блистала ни хорошим настроением, ни вежливостью.

– О боги… Так заикой можно стать, – шепотом буркнула она. – Чего это вы?

– Он решил, что нечестно будет оставлять тебя одну в такую ночь, – Роджер с мягкой улыбкой кивнул на Жорота.

– Делать нечего… – она зевнула, – Ладно. Спокойной ночи.

Проснувшись, Арика обнаружила, что Жорота в спальне уже нет, зато Роджер лежал рядом, явно ожидая ее пробуждения. Женщина, будучи почему‑то не в очень хорошем настроении, с трудом сдержала рвущуюся с губ фразу об исполнении супружеских обязанностей. И покраснела, сообразив, что это связано… с ревностью к Жороту. Причем не столько к непосредственно имеющим место его сексуальным контактам с Роджером, сколько к их многолетней связи. «Сама дура, – подумала она, – сама же себя ограничивала… Но тогда мне это не казалось ограничением. А сейчас… Неважно. В любом случае, жалеть о нереализованных возможностях – пустая трата времени и нервов. Лучше принимать все, как есть.»

… Он оказался не менее, а, возможно, и более искусен, чем проституты, услугами которых женщина пользовалась в последнее время. Или дело в том, что к нему она относилась более тепло, чем к случайным партнерам?

Раздумывая об этом, Арика рассеяно расчесывала мокрые после душа волосы – как и всегда, она не пользовалась при этом зеркалом, привыкнув действовать наощупь. Решив, что голова приведена в порядок достаточно, женщина бросила гребень на одну из полок. И вдруг почувствовала на плече чью‑то руку.

– Доброе утро.

Она вздрогнула от неожиданности, узнав голос Жорота и обернулась. Колдун отступил, но Арика, взяв себя в руки, покачала головой:

– Все нормально. Я просто не слышала, как ты подошел.

Роджер, стоящий у окна, заметил:

– Ты и землятресения не услышала бы.

Арика пожала плечами:

– Задумалась – с кем не бывает? Ну, что делать будем? – она спокойно смотрела на колдуна.

Жорот, чуть улыбнувшись, снова подошел и провел рукой Арике по голове. Волосы мгновенно высохли.

– Спасибо. Но на вопрос ты так и не ответил.

– Для начала приведи в порядок свои дела. Найди для Атаны опекуна. Не дай боги, конечно, но…

– Еще что‑нибудь посоветуй, – проворчала женщина. – Столь же умное.

– Тогда пошли завтракать – дети ждут. Кстати, ты Атану еще не обрадовала?

– Ой… Совсем из головы вылетело.

Роджер заметил:

– Может, не стоит? В свете последних новостей…

– Стоит‑стоит, – непреклонно отозвалась Арика. – Сейчас мы ей…

Дочь, вопреки ожиданиям Арики, отнеслась к новому статусу Роджера с подозрительным воодушевлением. И очень расстроилась, когда выяснилось, что взрослые собираются куда‑то уезжать, да еще и надолго. В конце концов она, похоже, добилась от робота какого‑то обещания, и с довольным видом исчезла.

Когда они остались одни, Арика устроилась поудобней и повернулась к колдуну:

– Я так думаю, у тебя есть что нам рассказать, верно?

Тот кивнул, хотя явно не очень охотно.

– Прежде всего, хочу предупредить – сам я никогда в охоте на Черных участие не принимал.

Женщина удивленно подняла голову:

– А…

– В охоте, подобной нынешней. Тогда я был один, а Черный был практически при смерти. Правила же коллективной охоты таковы. Клов с «прикрытием» обычно забрасывают к Черному. Они убивают его – или нет, как повезет. Обычно драка занимает мало времени…

– Сколько конкретно? – вмешался Роджер.

– Я слышал, что личного времени группы – от нескольких минут до – максимум – полутора часов. Но последняя цифра вообще была лишь единожды – за всю историю. Итак, «Черный» убит. И тут начинается самое интересное. Надо вернуться не через портал – как прыгали туда – а пересекая все пространство «ауры» Черного. И по‑настоящему мертвым Черный становится только когда кто‑то из группы пересечет границу его «ауры».