Алла Щедрина - Эмигрант

– Ага. Через пару часов.

– Так меньше чем через час уже разбирательство!

– Значит, потерплю до конца. Сейчас все равно ничего не полезет. Где Жорот?

– Был в столовой. Сейчас не знаю.

Колдуна она нашла на балконе. Он, обхватив плечи руками – было довольно прохладно – вышагивал взад‑вперед.

– Доброе утро!

– Доброе, – Жорот повернулся к ней лицом, чуть улыбнулся.

– Когда?

– Где‑то через полчаса.

– Что мне там нельзя делать? – деловито спросила она.

– Просто постарайся поменьше вмешиваться. Впрочем, в любом случае, твои действия не будут иметь большого значения. Кидаться же ты ни на кого не станешь, верно? А все остальное… – он пожал плечами.

Она кивнула, поинтересовалась:

– Я тебе здесь не помешаю?

– Нет, конечно, – улыбнулся он.

Арика, устроилась на балконном ограждении, покачивая ногой. И поглядывая то на Жорота, то на открывающийся вид. Когда она искала колдуна, то хотела как следует расспросить его о предстоящем судилище. Но сейчас всякое желание исчезло – все равно он не сможет ответить на единственный интересующий ее сейчас вопрос. А провоцировать Жорота на то, чтоб он ее успокаивал было дико – скорее уж она должна это делать. Кто б еще в ее успокоениях нуждался! – фыркнула женщина про себя, окидывая взглядом невозмутимого колдуна.

Очередной порыв ветра заставил Арику вытянуть из выручалки куртку. Но одеться она не успела – Жорот подошел, снял женщину на пол и, став за ее спиной, прижал к себе.

– Так теплее?

– Угу.

– И, главное, нет опасности, что слетишь.

– Не занудничай, – пробормотала Арика, отправляя куртку обратно.

Можно было бы, конечно, уйти в дом, но ей здесь понравилось. Жорот, похоже, тоже не рвался в тепло.

Н’еве, как Арике показалось, появился слишком быстро. Колдун отошел от женщины, протянул альбиносу руки. Тот защелкнул у него на запястьях ничем не соединенные металлические браслеты. Арика помрачнела, но смолчала, так как у нее было оч‑чень сильное подозрение, что, будь на месте Н’еве кто‑нибудь другой, оковы были бы одеты на два дня раньше. И не только оковы…

Альбинос открыл портал и кивком указал на него.

Они оказались в довольно большом зале, с белыми стенами и высокими потолками. Одна стена зала представляла собой громадное окно‑дверь, выходящее в крытую оранжерею. Возле этой стены расположились около двух десятков человек – на стульях, стоящих вокруг большого овального стола.

Напротив этого стола стоял одинокий стул. Жорот направился к нему, Арика растеряно огляделась. Впрочем, не успел колдун дойти, как рядом со стулом‑одиночкой материализовался второй такой же.

Н’еве присоединился к своим коллегам, Арика села рядом с Жоротом, чувствуя себя очень неуютно – на перекрестье стольких взглядов. Посмотрела на колдуна. Тот выглядел невозмутимым и уверенным в себе – кто бы сомневался.

Поднялся один из мужчин.

– Начинается разбирательство обстоятельств смерти Окуса и двух его служащих.

Изложение фактов заняло совсем немного времени и сводилось к сухому перечислению: арест, убийство, побег.

– Вы признаете достоверность сведений?

– Да, – коротко ответил Жорот.

– Причина ареста вам известна?

– Мне ее не сказали.

– Сколько вы провели в камере?

– Около двух часов.

– Вы были в камере один?

– Нет. С Окусом и человеком, выполняющим роль палача. Позже подошли еще двое стражников.

– О чем вас допрашивали?

– Меня не допрашивали. Просто били.

– Не задавая вопросов? – переспросил мужчина.

– Да.

Мужчина замер, и в зале появился еще один человек, севший на скамью возле стены. И вдруг между столом и Арикой с Жоротом появилась прозрачно‑дымчатая фигура Окуса. Арика вопросительно взглянула на Жорота. Колдун тихо сказал:

– Карта.

– Кто вас убил?

– Я не видел, – голос Окуса был как живой, в отличие от изображения.

– Что вы делали в момент убийства?

– Занимался заключенным.

– Как именно?

– Бил.

– Сам?

– Он меня оскорбил.

– Причина ареста?

– Разобраться, что произошло с порталами.

– Почему вы решили, что Жорот имеет к этому отношение?

– Порталы исчезли. Я направился к Роллейне выяснять, в чем дело. Льюсилла долго не пускала меня, говоря, что та отдыхает. Наконец я выяснил, что Роллейны в доме нет. Следы аур показали, что последними в доме были Малэ и Жорот. Я не смог связаться с Малэ, в доме Жорота организовал засаду.

Окус замолчал.

– Ваши дальнейшие действия?

– Схватил его и девчонку. Я знал, что кто‑то из них может перемещаться неизвестным нам способом. Поэтому Жорота приказал приковать к стене – не был уверен, что перемещению могут помешать антимагические наручники. А девчонку приказал изнасиловать – рассчитывал, что она, если может, сбежит – не выдержит.

Арика прищурилась и показала Окусу известный жест. Тот, конечно, увидел навряд ли, но от сидящих за столом послышались смешки.

– Девчонку привели в камеру к Жороту, она взяла у него метку и сбежала. Я послал за стражей. Жорот начал насмехаться, что я боюсь ребенка, которого и магом‑то пока назвать нельзя.

Арика хмыкнула про себя – ну да, колдун постарался отвлечь внимание, понимал, что она вот‑вот за ним вернется. Не факт, что она смогла бы так легко справиться с опытным магом, не стой он в момент ее появления спиной и не будь «слегка» занят.

Вмешался Н’еве:

– Жорот, хочешь сказать, что Окус попался в столь примитивную ловушку?

Колдун спокойно ответил:

– Арика очень быстро вернулась – не прошло и минуты. Окус в принципе не мог ожидать ничего подобного.

– Потому что порталы съедают от трех до пяти минут, в зависимости от расстояния, – задумчиво заметил альбинос.

Женщина ощутила на себе перекрестье заинтересованных взглядов и собрала все свое самообладание, чтобы остаться невозмутимой.

– Почему вы не допрашивали Жорота?

– Его сначала надо было сломать. Раньше спрашивать было бесполезно, – отозвался Окус.

Вмешался Н’еве:

– Жорот, ты рассказал бы о Роллейне?

– А смысл скрывать?

Сидящие начали переговариваться. Наконец Н’еве сказал:

– Окус, ты просто воспользовался ситуацией с Роллейной как предлогом, чтобы заполучить врага в свое распоряжение. Ты не собирался выпускать Жорота живым, верно?

– Да, – кивнул Окус.

Сидящие стали вновь переговариваться, наконец Н’еве заметил, чуть громче, чем остальные:

– Не все равно?

И в голос сказал:

– Обвинение в смерти Окуса и его служащих снято.

Арика сдержала выдох облегчения. Фигура Окуса растворилась, человек, сидящий у стены, исчез. Н’еве, тем временем, продолжил:

– Но я просмотрел карты Малэ, Павлы и Кроста. Ты знал, что освобождение Роллейны не санкционировано Советом?