Микаэла Смелтзер - Солнечная Рей

Глава 15.

В воскресение утром я открыла глаза и увидела Тею, стоящую надо мной с подносом утреннго завтрака. После прошлой ночи я так и не удосужилась встать и побегать утром. Когда я проснулась в пять, то быстро вернулась ко сну, бормоча: «к черту все».

— Что ты делаешь? — я протёрла глаза, освобождаясь ото сна, и пристально посмотрела на Тею.

— Ну, — она нахмурилась, — пытаюсь извиниться за прошлую ночь.

— Мне кажется, ты уже тысячу и один раз сказала мне, что сожалеешь, — я села, вытягивая руки над головой.

Тея поставила поднос на мои колени, после чего взгромоздилась на край моей постели.

— Да, — она снова нахмурилась, выглядя несчастной, — но я не думаю, что ты простила меня.

Она имела на это право.

— Нет, не простила.

В её глазах появились слёзы.

— Ты не представляешь, как мне жаль, Рей. Я поступила эгоистично, сбежав и оставив тебя одну. Это было глупо с моей стороны. Я не могу забрать назад то, что сделала, но хочу, чтобы ты знала, что я чувствую себя просто ужасно, — она вытерла, сбегающие по щекам слёзы.

Я проглотила комок в горле. У меня не было желания бороться с Теей.

— Ты прощена, — она засияла от моих слов. — Но не смей даже пытаться заставить меня идти в такое место когда-либо снова.

— Хорошо, — согласилась она, наклоняясь вперед, чтобы обнять меня.

Сначала я напряглась, но затем всё же ответила на жест.

Тея милая и у нее добрые намерения. К тому же я чувствую, что Тея может быть немного наивной относительно окружающего. Она обладает детской невинностью, которая вызывает у меня зависть. Я находилась в более суровых условиях жизни, а оттуда невозможно выбраться.

Наконец, я посмотрела на поднос с едой. Она принесла три коробки на вынос, полные еды из закусочной.

— Ты действительно думаешь, что я собираюсь съесть все это? — засмеялась я.

— Ну, — она улыбнулась, — я надеялась, что ты простишь меня, и мы поделим это.

На этот раз настала моя очередь сказать:

— Хорошо.

Пока мы ели, Тея проделывала хорошую работу по отвлечению меня от прошлой ночи. Она рассказывала мне истории о том времени, когда была ребенком и вечно попадала в неприятности с Кейдом и Ксандером. Видимо, они были абсолютными смутьянами. Особенно мальчики.

Слушая, как Тея рассказывает о своих детский воспоминаниях, я вернулась к своим. Я скучала по своим друзьям. Скучала по Бретту. Я упустила будущее, которое, возможно, могла иметь.

Бретт и я всегда были близки. Мы знали друг друга ещё с пелёнок, потому что наши родители были друзьями. Не иметь больше его в своей жизни... Время от времени его утрата приносит боль. Я же любила его.

Мне страшно.

Я любила его.

Я думала о нем в прошедшем времени. Любила. Любила его когда-то. Не теперь. Ну, это не совсем правда. Часть меня всегда будет принадлежать Бретту, но я... я больше не привязана к своим чувствам. И это... да — это своего рода освобождение.

После того, как мы закончили есть, я начала одеваться. Мы с Новой планировали встретиться во время ленча, чтобы ещё немного поработать над проектом. Все шло хорошо, и я даже не заметила, как стала друзьями с девушкой с фиолетовыми волосами.

— Какие планы на день? — спросила я у Теи, втискиваясь в джинсы.

Она сидела на своей кровати, скрестив ноги с журналом на коленях.

— Не знаю. Может, схожу на маникюр. Они смотрятся отвратительно, — она подняла руки и сморщила нос, глядя на отколотый лак. Я не могла не посмотреть вниз, на свои ногти и фиолетовый лак, украшающий их. — Да, определённо маникюр, — кивнула головой. — Ты можешь присоединиться, если хочешь.

— Хм... — Рейчел любила делать маникюр. Рей — не очень. Рей сама делает это, хоть и выглядит паршиво. — Мне нужно встретиться с Новали и поработать над нашим проектом.

— Пригласи её! — прощебетала Тея. — Мы можем сделать это женским днём! Сходим в торговый центр! Давай! Будет весело! — умоляла она.

Иногда из-за Теи мне становится не по себе. В таких случаях можно сказать, насколько она одинока на самом деле.

— Я спрошу у неё, — пожала плечами, — но сомневаюсь, что такое действительно для неё.

— Тогда дай мне знать, — Тея улыбнулась, но я не почувствовала, что она расслабилась.

Я вздохнула, меня гложило чувство вины.

— Я напишу ей, и если она не на месте, спрошу, можем ли мы перенести встречу.

— Серьёзно? — оживилась Тея, широко распахнув глаза, радуясь, как щеночек.

— Да, — кивнула я. — Плюс, думаю, что ты должна мне после происшествия вчерашней ночью, — поддразнила её.

Она нахмурилась.

— Правда должна.

— Я всего лишь шучу, Тея, — сказала ей, хватая телефон с кровати.

— Знаю, но ты права. Не знаю, как это компенсировать, — она посмотрела на меня с несчастным видом.

— Ты не должна ничего компенсировать, — теперь я жалела, что сказала это, несмотря на то, что лишь пошутила.

Она послала мне взгляд, который ясно дал понять, что должна. Я проигнорировала его и написала Новали.

Не прошло и минуты, как она ответила.

Я посмотрела на Тею и усмехнулась.

— Она с нами.

***

— Тея, — простонала я, — и да поможет мне Бог. Если ты накрасишь свои ногти тем ярко-розовым лаком, я изобью тебя до полусмерти.

Она хихикнула и поставила лак обратно на полку.

— Тогда что ты можешь предложить?

— Черный, — сказала Нова.

Тея сморщила носик.

— Эм, нет.

— Тебе действительно так сильно нравится розовый? — спросила я и сразу почувствовала себя плохо за такой вопрос.

— Нет, — призналась она.

— А какой твой любимый цвет? — поинтересовалась.

— Зелёный, — ответила она немедленно.

— Тогда сделай зелёный, — я взяла лак глубокого тёмно-зелёного оттенка. — Попробуй этот.

Она выхватила лак из моих рук и посмотрела на него.

— Ладно. Возьму его.

Что-то мне подсказало, что это большой шаг для Теи. Цвет лака для ногтей, вероятно, кажется такой мелочью, но из-за того, что сказал Кейд, у меня возникло впечатление, что их мама контролировала Тею. Она хотела, чтобы её дочь была розовой гламурной принцессой.

Тея протянула лак для ногтей одной из дам, которые там работают. Теперь, когда Тея определилась, настала моя очередь что-нибудь выбрать. Я остановилась на тёмно-фиолетовом с блестками, который казался почти чёрным, если на него не падал свет. Нова выбрала тёмно-красный.

Они усадили нас троих в ряд, чтобы мы могли поговорить.

Сначала мы вели себя тихо. Думаю, Нова и Тея не знали о чем поговорить.

Первой нарушила тишину Нова.

— Если тебе нравится зелёный, почему ты выбрала розовый?

Тея пожала плечами, и женщина отругала её за это.

— Моя мама, — это я знаю, — любит, когда я выгляжу определённым образом.

Нова рассмотрела дизайнерские джинсы и бледно-желтую блузку, в которые была одета Тея.