Курт Эйхенвальд - Песочные замки Уолл-стрит

У Эванса почти не оставалось сомнений в том, что неприятности с товариществами в Prudential Securities были крупным уголовным мошенничеством. С тех пор как этим делом занялось ФБР, он ознакомился с множеством документов, которые показывали, как продавались товарищества по инвестициям в энергетические компании. Но расследование было слишком крупным, чтобы его офис мог справиться ними самостоятельно. ФБР заявило, что продолжит работать над этим делом, только если им займутся федеральные власти. Эванс пытался заинтересовать этим делом федерального прокурора и пригласил Дрэйка понаблюдать за заседанием.

В выступлении Финли не было практически ничего нового. Подобные призывы к правоприменительным органам многократно делались по всей стране.

«Мы знаем, отдел прямых инвестиций допускал серьезные промахи, — сказал Финли. — Но люди, которые за них отвечают, больше не работают в фирме. Мы стараемся разобраться с этими ошибками в рамках гражданско-правовых отношений и по мере возможностей готовы содействовать любому расследованию».

Он добавил, что фирма намерена содействовать расследованию в Аризоне.

Эванс не поддался на это. Он слышал жалобы представителей регулирующих органов, что фирма не оказывает им должного содействия. Он разговаривал с адвокатами истцов по всей стране, которые рассказывали истории о злоупотреблениях в ходе судебных разбирательств. Он понимал — фирма будет утверждать, что определенные затребованные документы не существуют, пока адвокат истца не заявит, что эти документы уже получены из другого источника.

Еще хуже было то, что фирма намеренно искажала факты. Адвокат из Аризоны рассказал Эвансу о деле, в котором Prudential Securities утверждала, что документ, использованный истцами как улика, — фальшивка, а потом предъявила тот же самый документ в другом деле для доказательства иных утверждений. Когда поступали жалобы, фирма зачастую передавала дело в Нью-Йорк, даже если клиент жил на другом конце страны. Неприятности ждали почти каждого инвестора, который настаивал на полной компенсации.

Помня все это, Эванс не собирался верить Финли на слово.

«Ваши утверждения о содействии не подтверждаются тем, что я слышал от адвокатов по всей стране, — заметил он. — Мне говорили, что стратегия вашей компании — умалчивать об отдельных документах».

Эванс подался вперед.

«Поэтому позвольте уведомить вас, как я намерен действовать в таких условиях, — сказал он. — Я уже получил значительную часть документов. Некоторые из них я буду запрашивать через суд. Если вы не представите их с первого раза, я подготовлю требование иного уровня. А если ваша компания не представит эти документы во второй раз, а я буду знать, что они существуют, у меня будут все основания возбудить дело за помехи отправлению правосудия. Запомните это».

Первые повестки от федеральных обвинителей в Южном округе Нью-Йорка были отправлены в начале лета, что ознаменовало начало второго уголовного расследования аферы с товариществами.

Для Prudential Securities новое расследование стало потрясением. Это было не расследование в отдельном штате. Обвинители интересовались возможными нарушениями федерального законодательства по ценным бумагам. И они были отлично подготовлены: в свое время Южный округ бросил вызов компании Drexel Burnham и Майклу Милкену и выиграл.

На сей раз обвинители действовали последовательно. Сначала они получили всю доступную информацию по групповому иску инвесторов товариществ по инвестициям в энергетические компании. Затем они приняли у Эванса дело, которое он вел в Аризоне, получив все документы, выявленные в ходе годичного расследования.

Федеральное уголовное расследование деятельности Prudential Securities успело продвинуться довольно далеко.

Летом переговоры между отделом SEC по правоприменению и Prudential Securities возобновились.

Гари Линч и Артур Мэтьюз присутствовали на всех заседаниях. Иногда там появлялся и Лорен Шехтер. На повестке дня был широкий круг вопросов. Поскольку урегулирование дела Capt. Crab. не смогло заставить фирму привести в порядок свои дела, отдел правоприменения потребовал изменить ее структуру управления. SEC настаивал на назначении руководителей, которые будут отвечать за соблюдение законодательства по ценным бумагам. Если фирма опять нарушит требования закона, ответственность понесут эти руководители.

Это предложение вызвало возражения у Шехтера.

«Теперь фирмой управляют новые люди, — сказал он. — Они не отвечают за то, что было в прошлом. Для нового руководства любое требование такого рода равносильно предположению, что оно управляет фирмой, не соблюдая законы о ценных бумагах».

Тот же самый довод Шехтер приводил восемь лет назад, когда вел переговоры по урегулированию дела Capt. Crab. Этот факт не ускользнул от внимания кое-кого из юристов SEC, сидящих за столом.

«Возможно, руководство сменилось, но фирма осталась прежней, — сказал Маклукас.

Несмотря на разногласия в отношении терминов, постепенно удалось определить базовые принципы урегулирования. Фирма должна создать компенсационный фонд для выплат обманутым инвесторам. Любой инвестор товарищества вправе подать в фонд заявление о своих притязаниях, и каждое заявление будет рассматриваться в индивидуальном порядке. Prudential Securities не вправе заявлять, что срок исковой давности по какому бы то ни было из товариществ истек. Каждому обманутому инвестору предлагается определенная сумма денег. Весь процесс осуществляется под надзором независимого администратора, назначенного SEC.

И все же множество вопросов оставались открытыми. В частности, не было единого мнения о том, сколько денег должно быть в таком фонде.

На начальном этапе переговоров Линч и Мэтьюз назвали сумму в 50 млн долл., которую SEC отвергла как смехотворную. Через несколько недель переговоров она выросла до 100 млн, а затем до 200 млн долл.

Команда SEC, участвующая в переговорах, отвергла и эти предложения. Они хотели, чтобы фирма выплатила как минимум 250 млн долл. Но это будет только начало. Итоговая сумма будет определяться размерами ущерба, нанесенного инвесторам. Prudential Securities должна выплачивать компенсации по обоснованным претензиям, сколько бы денег на это ни потребовалось.

«Это безумие, — сказал Артур Мэтьюз, выслушав это предложение. — Речь идет о бизнесе. Мы не можем согласиться взять на себя денежные обязательства, размеры которых не определены».

Маклукас стоял на своем.

«Если мы не сумеем прийти к соглашению по этому вопросу и вы будете предлагать то, что с точки зрения бизнес-анализа представляется смехотворным, нам придется оспорить вашу позицию в судебном порядке», — сказал Мэтьюз.