Курт Эйхенвальд - Песочные замки Уолл-стрит

«Мэрилин Скэнлан, — сказала она. — Представляю штат Айдахо».

Кляйн, который получил из суда Нового Орлеана уведомление о снятии показаний Чанина, поручил Скэнлан понаблюдать за происходящим и сделать записи. Она была единственным представителем регулирующего органа в зале.

У Кляйна были все основания направить на заседание одного из своих экспертов. В начале судебного процесса адвокаты из Prudential Securities и Graham Resources потребовали распоряжения суда, в соответствии с которым все записи и документы держались бы в секрете, чтобы защитить корпоративные тайны. Судья Ливоде уступил им, ограничив доступ к тысячам документов.

Когда регулирующие органы наконец получили возможность заполучить эти документы, стало казаться, что Prudential Securities нарочно тянет время при их выдаче. Кроме того, Graham Resources не имела офисов в Айдахо и была по большей части вне досягаемости Кляйна. Личное присутствие инспекторов из Айдахо при снятии показаний избавляло бюро от необходимости сражаться за получение документов.

Как только Скэнлан представилась, Graham попыталась связать ей руки. Филип Уиттман, адвокат нефтяной компании, потребовал от нее сделать заявление для протокола о том, что она принимает условия охранного судебного приказа. В этом случае Скэнлан могла бы использовать услышанную информацию только в процессе разбирательства данного группового иска, но не в ходе расследования, которое вел штат. Она отказалась.

«У меня есть кое-какие соображения, — сказала она. — Не знаю, могу ли я добровольно связать себя подобным приказом. Полагаю, мне следует посоветоваться с моим руководством».

«Но на самом деле речь не идет о добровольном деле, — сказал один из адвокатов по групповому иску. — Это судебный приказ, и, лишь подчинившись ему, вы можете участвовать в происходящем».

«Полагаю, все мы обладаем равным правом на доступ к одной и той же информации без каких бы то ни было ограничений, — ответила Скэнлан. — Поэтому мне кажется, что это вздор. Я не знаю, к чему это обязывает штат Айдахо, поэтому позвольте мне выяснить у моего руководства, как я должна поступить».

Скэнлан встала и вышла из зала. Они с Кляйном обговорили эту возможность заранее. Если адвокаты поставят ее в затруднительное положение, решили они, она немедленно свяжется с кабинетом судьи Ливоде. Скэнлан прошла к платному телефону, позвонила секретарю судьи и объяснила ситуацию. Когда Ливоде снял трубку, Скэнлан рассказала ему о проблеме.

«Кто возражает против вашего присутствия?» — спросил он.

«Полагаю, Prudential и Graham, а возможно, и кто-то еще».

«Вернитесь в зал и спросите, у кого есть возражения».

«Хорошо, минутку».

Скэнлан вернулась в зал для снятия показаний. Чанин отвечал на вопрос, заданный одним из адвокатов.

«Извините, — сказала Скэнлан. — Могу ли я на минуту прервать вас?»

«Вы хотите, чтобы вас вычеркнули из списка участников? — спросил Сучароу.

«Нет, я предпочла бы остаться в списке», — сказала Скэнлан. Она спросила, кто из адвокатов возражает против ее присутствия, если она не подчинится приказу о конфиденциальности.

«Я, представитель ответчика Graham», — сказал Уиттман.

Несколько адвокатов по групповому иску сказали, что они не будут возражать. Они хотели, чтобы свидетельские показания давались открыто. Затем слово было предоставлено Фрэнку Массенгейлу, одному из адвокатов Prudential Securities. Массенгейл сказал, что представители регулирующих органов не вправе игнорировать судебный приказ.

«Будете ли вы возражать против моего присутствия, если я не подчинюсь этому приказу?» — спросила Скэнлан.

«Соглашаясь на ваше присутствие, мы не отказываемся от права обвинить вас в неуважении к суду или прибегнуть к иным средствам правовой защиты, если вы нарушите этот приказ, — сказал Массенгейл. — Мы убеждены, что вы должны ему подчиниться».

Скэнлан вышла из зала, позвонила секретарю судьи Питеру Пирсу и объяснила ему позиции Graham и Prudential Securities. Было слышно, как Пирс беседует с Ливоде, который недоволен попытками воспрепятствовать расследованию. Через несколько секунд Пирс вновь взял трубку.

«Судья хочет, чтобы вы вернулись в зал и объявили, что он аннулирует приказ о конфиденциальности», — сказал Пирс.

Скэнлан вернулась в зал, где снимали показания, и сообщила то, что ей сказали. Адвокаты по групповому иску развеселились. Один из них сказал, что сейчас начнет выбрасывать уличающие документы из окна. Адвокаты Prudential Securities и Graham Resources побагровели от ярости и начали требовать, чтобы другие адвокаты не разглашали конфиденциальную информацию даже в отсутствие приказа. Однако те ответили отказом.

В тот день Ливоде аннулировал требование конфиденциальности. Поскольку тысячи внутренних документов получили огласку, на фирму обрушилась лавина антирекламы. В Wall Street Journal появились статьи, где рассказывалось, что в соответствии с этими документами рекламируемый уровень прибыли в товариществах был неоправданно завышен. Los Angeles Times , используя открывшиеся сведения, напечатала на первой странице огромную разоблачительную статью о товариществах по инвестициям в энергетические компании. Самые грязные тайны отдела прямых инвестиций наконец получили огласку.

Адвокаты Prudential Securities и Graham переоценили свои возможности. Регулирующие органы Айдахо вновь одержали над ними победу.

После постановления Ливоде в борьбе Prudential Securities и регулирующих органов открылся второй фронт. В 9.53 утра 30 марта Ронда Блэр, штатный юрист SEC из офиса в Форт-Уэрте, отправила две страницы факсом в подразделение Prudential Securities в Далласе. Это была повестка о вызове в суд, адресованная юристу Джону Блюеру. Комиссия хотела получить документы, касающиеся Фреда Стораски.

Сотрудники отдела по правоприменению занимались расследованием проблем в далласском подразделении несколько месяцев. Они уже получили копии служебных записок менеджеров, где говорилось о том, что Стораска неуправляем. Члены комиссии встретились с Дугласом Шульцем, бывшим брокером и консультантом по арбитражным разбирательствам, который представлял несколько бывших клиентов Стораски. Шульц провел собственное расследование и представил SEC документы, полученные от Стораски. Повесткой отдел по правоприменению официально извещал Prudential Securities об официальном расследовании по делу Фредерика Стораски № MFW-586.

SEC развернула тотальное расследование деятельности фирмы. Офис в Форт-Уэрте занимался делом Стораски, офис в Вашингтоне — делом товариществ, а офис в Атланте изучал нарушения в региональных подразделениях фирмы в Атланте и Честерфилде, Миссури. В общей сложности расследование охватывало девять подразделений.

В самой SEC эту группу дел окрестили «Capt. Crab. II». Несмотря на заверения Шехтера во время переговоров по урегулированию дела Capt. Crab. много лет назад, Prudential Securities так и не сумела ввести надлежащие процедуры соблюдения законодательства. Проблемы, которые были порождены эйфорией, царившей в фирме в 1980-е годы, догнали ее.