Энтони Роббинс - Деньги. Мастер игры

ЧШ: Это очень просто. Я много раз наблюдал на Уолл-стрит, как выходит такой лощеный брокер и говорит: «Мэм, хотите заработать денег?» А кто же не хочет? Естественно, да. И тут он начинает ей заливать: «Эти парни изобрели такую штуковину, равной которой нет в мире. Это будет почище, чем „Apple“». Клиент развешивает уши и говорит: «Хорошо, я вложу туда деньги».

Я скажу вам: вероятность того, что эта затея сработает, составляет 1:10 000. Так, может, лучше пойти на конные скачки и сделать ставку на лошадь? Или купить лотерейный билет? Возможно, это утолит ваш азарт. А реальные деньги надо вкладывать в индекс-фонды, где результат в большей степени предсказуемый и доходность достаточно высокая.

ТР: Вся беда в том, что, если люди чего-то не знают, они не задают вопросов, а вы были одними из первых, кто говорил им: «Спрашивайте».

ЧШ: Верно.

ТР: Но ведь мало кто знает, какие именно вопросы надо задавать. Человеку попадается на глаза взаимный фонд, и он видит показатели его доходности. Он считает, что весь этот доход достанется ему. Но мы-то с вами знаем, что это не так.

ЧШ: Так не бывает и никогда не было. Любые прошлые результаты не гарантируют, что они повторятся в будущем. Но есть еще одна причина, по которой мы выступаем за индекс-фонды. Акции — это лучшее средство вложения денег в долгосрочной перспективе, поскольку компании растут. Я был членом совета директоров шести или семи компаний, входивших в перечень «Fortune 500», и буквально на каждом заседании правления поднимался вопрос обеспечения роста. Что сделать для того, чтобы компания росла? Если она не растет, надо увольнять руководство и ставить во главе новую команду. Видите красивое здание напротив? Давайте мысленно перенесемся на 100 лет вперед. Это здание будет такого же размера, как и сейчас. Или его снесут. Оно не растет. А компании растут. Вот почему акции — это лучшие инвестиции. Именно поэтому мы призываем людей обращаться в индекс-фонды, чтобы у них был самый широкий спектр компаний и отраслей. В этом случае их расходы…

ТР:…будут самыми низкими.

ЧШ: Вот именно. И они будут уверены, что доходность будет соответствовать индексу. А если посмотреть показатели любой отрасли за последние 100 лет, то они были совсем неплохими, и клиенты сделали на этом хорошие деньги.

ТР: Джек Богл и Дэвид Свенсен выступают за пассивный менеджмент, так как 96 процентов взаимных фондов не в состоянии превзойти индекс по доходности на протяжении десяти лет. А что вы посоветовали бы рядовому инвестору: пассивный или активный менеджмент?

ЧШ: У меня смешанный подход. Я вкладываю достаточно много денег в акции конкретных компаний. Но у меня для этого есть время, опыт и образование. Девяносто восемь процентов людей этим не обладают. Помимо инвестиций у них много других дел. Они не могут посвящать этому столько же времени и сил, сколько я или Уоррен Баффет. Они профессионалы в других областях. Они могут быть врачами, юристами — кем угодно. Обществу нужны люди всех профессий, но лишь 2 процента из них действительно понимают что-то в инвестировании. Остальным в той или иной степени требуется помощь или совет. Этим мы и занимаемся сегодня. Я считаю, что 98 процентов должны пользоваться преимущественно услугами индекс-фондов. Там они будут иметь самые предсказуемые доходы.Во всяком случае, это лучше, чем выбирать активы самостоятельно. Ведь людям еще и работать надо. Невозможно одновременно делать и то и другое.

ТР: Кроме того, люди не понимают, какие расходы они несут. Джек Богл говорит, что каждый процент, который вы выплачиваете фонду за услуги, отнимает в перспективе 20 процентов от ваших будущих доходов.

ЧШ: Да, это так.

ТР: Если вы отдаете фонду 2 процента, то теряете 40. Если 3 — то 60.

ЧШ: Это большие деньги. А если учитывать налоги, то потери становятся еще больше.

ТР: Каждый крупный инвестор, с которым я беседовал, говорит о том что самое главное для вкладчика — правильно распределить активы.Вы имеете дело с самыми разными типами инвесторов. Какой подход к этому вопросу вы и ваша команда стараетесь у них сформировать?

ЧШ: Вообще-то в наше время все стало проще, чем 40 лет назад. Сегодня у нас есть уже упомянутые индекс-фонды, ETF. Поэтому можно выбрать любую часть рынка, и у вас будет достаточная диверсификация Хотите акции энергетических компаний? Обращайтесь в ETF, который специализируется на таких компаниях. Вас больше привлекают фирмы, выпускающие медицинское оборудование? Есть и такие варианты. Разумеется, лучше всего осуществлять диверсификацию между ведущими компаниями и десятью самыми развитыми отраслями. Это вы можете сделать в индекс-фонде общего направления. В данном случае у вас в портфеле будет всего понемногу, потому что никто не знает, как будут развиваться события. Допустим, сегодня лидирует электронная промышленность, а нефть демонстрирует не столь высокие результаты. Но что будет в следующем году? Возможно, спрос на нефть возрастет, и цена на нее поднимется. И это будет продолжаться постоянно. Такой сбалансированный портфель позволит вам пользоваться преимуществами каждого сектора.

ТР: А что вы скажете о соотношении американских и зарубежных активов?

ЧШ: Это уже следующий уровень. Я считаю, что определенная доля в портфеле должна отводиться для иностранных активов хотя бы уже потому, что в настоящее время американская экономика демонстрирует рост в пределах 2–3 процентов в год. Но есть много других стран, таких как Китай, Индонезия и Япония, которые растут быстрее. Честно говоря, если вы хотите больше зарабатывать, то имеет смысл вкладывать деньги туда, где развитие идет быстрее. Но даже если американская экономика в целом растет всего на 2 процента, то в ней есть отдельные секторы, которые развиваются намного быстрее. На них тоже нужно обращать внимание.

ТР: Как вы считаете, в каком направлении будет двигаться мир в ближайшие 10 лет?Какие возможности и риски ожидают инвесторов?

ЧШ: Думаю, что впереди нас ждут огромные возможности. Пусть даже сегодня экономика развивается не слишком быстро, но это развитие, на мой взгляд, приобретет взрывной характер, как только мы вернемся к прежней политике, поскольку невозможно представить себе Америку без роста. Инновационный фактор в нашей стране поистине огромен. Я живу в Сан-Франциско, где этот процесс уже начался, и это можно заметить на каждом шагу.

ТР: Не надувает ли Федеральный резерв очередной пузырь в экономике, контролируя банковские ставки? В чем вы видите риски, сулящие потенциальные выгоды? Ведь рынок — единственное место размещения денег. Сколько это может продолжаться?

ЧШ: Я не являюсь большим поклонником нынешней политики Федерального резерва. Думаю, что манипулирование ставками — это не самое правильное решение. Мне кажется, оно создает потенциал для надувания пузыря. Так не может продолжаться вечно, и нам когда-нибудь придется за это заплатить. Но все проходит. То, что мы сегодня делаем, возможно, приведет к росту инфляции, спаду на рынках или к каким-то иным последствиям, но мы с этим справимся, как справлялись и со всеми остальными неверными решениями политиков.