Эдуард Скобелев - Удивительные приключения пана Дыли и его друзей, Чосека и Гонзасека
- Название:Удивительные приключения пана Дыли и его друзей, Чосека и Гонзасека
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Юнацтва
- Год:1996
- Город:Минск
- ISBN:985-05-0048-4
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Эдуард Скобелев - Удивительные приключения пана Дыли и его друзей, Чосека и Гонзасека краткое содержание
Новая книга известного писателя Эдуарда Скобелева интересна не только для юного читателя, но и для взрослого. Занимательно и увлекающе повествует автор о необычных приключениях, которые происходили в жизни пана Дыли и его друзей. Главные герои — люди мудрые, находчивые, жизнерадостные. В книге много занимательного, смешного и поучительного.
Художник: В. В. Дударенко
Удивительные приключения пана Дыли и его друзей, Чосека и Гонзасека - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
— Именно, — пан Дыля ожидал расспросов, даже негодования, а тут все катилось, как по наезженной колее. — Сколько духу ни гулять, а пора и улетать!
— Вы говорите стихами. Но вы напрасно думаете, что я ничего не понимаю. Сначала я, правда, поверила вашему посланцу, но потом, когда случайно подсмотрела, как вся компания уплетает курятину и пьет виноградный сок, якобы предназначенный для небожителей, я обо всем догадалась!..
Услыхав эти слова, пан Дыля впервые в своей жизни упал в обморок: благородное сердце не выдержало угрызений совести.
Синьора окатила пана холодной водой из графина и затрясла за плечи:
— О не отчаивайтесь, мой милый, бесценный рыцарь, я никогда не подозревала вас в мошенничестве!
«Рыцарь» приоткрыл один глаз и простонал:
— Ужасно, синьора, неужели вы не были загипнотизированы?
— Конечно же, нет. Я с детства отличаюсь невосприимчивостью к гипнотическому влиянию, как большинство тех, в которых пробуждена личность. В двенадцаць лет я осталась без отца. Старинная фамилия и титул — вот все, что я имела, помимо огромного долга. И что же? На крошечной ферме я организовала разведение породистых лошадей и торговлю ими. Богатые ничтожества, ненавидящие потомственных аристократов, стали предпочитать наших лошадей. Моя ферма вошла в моду. Конечно, не без обычных в таком деле хитростей.
— И что же вы о нас думаете?
— Сначала события смешили меня, а потом я поняла, что вы честные искатели справедливости. Мне стало интересно: что из этого получится? В самом деле, что может быть любопытней для вдовы, нежели встреча с духом своего супруга? Сказать по правде, едва увидев вас, я поняла, что вы добры и благородны и, простите, сразу влюбилась!..
Тут пан Дыля вновь упал в обморок, и вновь стараниями Натальи Ивановны был приведен в чувство. Ему было стыдно за мистификацию. В то же время он жалел это одинокое и тонкое существо, принципиально отвергающее жалобы и микстуры, диеты и консультации у знаменитых шарлатанов.
— Я бы очень хотел, — искренне признался пан Дыля, — чтобы события, как в кино, открутились в обратном направлении до той минуты, когда мы случайно вступили на территорию вашего сада!
— Напрасно, — грустно возразила синьора. — Я русская и должна русским как соотечественница!.. Я догадываюсь, кто вы и ваши сотоварищи: все же иногда я заглядываю в газетки, тем громче называющие себя демократическими и свободными, чем меньше в них демократии и свободы… Я реалистка. И согласна с вами: общество, где царят торгаши, приобрело ныне удручающе однообразный и жалкий характер, это гнилое общество! Если раньше, соревнуясь, мир допускал некоторый плюрализм, то ныне дело идет ко все более ужасному подавлению нестандартной личности. Голосов плачущих уже не слышно, их заглушают рекламные оркестры. В людях все меньше духовности, достоинства, чести, индивидуальных примет… Я представляю старинный род и никогда не унижусь до восхваления тюремных режимов! Я хорошо служила и, надеюсь, продолжаю служить конституции страны, в которой живу. Но я никогда не изменю своей настоящей Родине. Родина для меня — земля и народ, которым человек из поколения в поколение отдает энергию и надежды, труд и любовь. Мы все дети Родины и в то же время Родина — наше детище, которое становится тем дороже, чем больше труда и страстей мы посвятили ему!
— Прекрасные слова, — пан Дыля поклонился синьоре. — Родина, действительно, — та земля и тот народ, ради которых сердце хочет совершать подвиги!
— Бедный Роберто, — едва приметно усмехнулась синьора, и по лицу ее, прекрасному лицу человеческой осени, озаренному лучшими воспоминаниями, пробежала тень. — Увы, Роберто никогда не мыслил такими категориями. Браво, героический дух трусливого и слабого человека!.. Да, вы правы, — добавила она твердо. — Подлинная жизнь — это когда человек совершает подвиг, рискуя при этом удобствами, положением и даже судьбой!
— Поймал вас на слове, — сказал пан Дыля. — Вы поверили мне не только потому, что почувствовали родственную душу, но и потому, что захотели совершить свой личный подвиг!
— Пожалуй, — подумав, согласилась женщина. — В мире все меньше настоящих героев, все больше ничтожества, не способных понять, что они могут быть больше или меньше только по отношению друг к другу, а подлинные масштабы им не доступны.
— Подвигов жаждет тот, совесть которого не знает утеснений, — кивнул пан Дыля. — Свободная совесть — это зов Природы в человеке!
— Так много делается против совести и против Природы!.. Мы расстаемся, но это, видимо, неизбежно… Знайте, я благословляю вас! — Синьора достала из своей сумочки пачку банкнот, которым было суждено сыграть роковую роль. — Здесь десять тысячедолларовых купюр. Возьмите, они пригодятся вам больше, чем мне!
— Нет-нет, — нахмурился пан Дыля. — Все, что угодно, только не деньги!
— Но такова моя просьба! Должна же я поставить хоть какое-нибудь условие духу моего супруга, который явился ко мне и теперь хочет покинуть меня!.. В мире, где мне суждено окончить свои дни, деньги — не мера свободы, скорее, мера кабалы и предательства… Скоро не станет ни настоящих книг, ни настоящих картин, ни настоящих поэтов, ни настоящих художников. И друзей настоящих не останется. Люди будут жить в клетках — под электронным контролем. Наркомания духа — вот общий удел. Гнусность и маразм возобладают. Но лишь на короткое время!.. Не обижайте меня, примите подарок, он послужит доброму делу!
Пан Дыля нерешительно протянул руку.
— Ваши деньги приблизят время общей свободы, — сказал он. — Падение прежних надежд породит новые, более великие и более реальные!..
Смерть пана Дыли
Великодушие подводит героев. Как правило, они судят о людях так же, как о себе, упуская из виду, что в других нет ни их бескорыстия, ни их щедрости.
Друзья решили ехать из аэропорта тотчас на Белорусский вокзал. Но все таксисты заламывали за проезд такие суммы, что Чосек сказал:
— Если из аэропорта в Москву не ходит трамвай или троллейбус, я согласен идти пешком, только чтобы не иметь дела с рвачами! Посмотрите на эти рожи, в них нет ничего соотечественного!
— Не обобщай, — урезонил пан Дыля. — Среди таксистов я встречал немало толковых и грамотных людей, прекрасно ориентирующихся в политике.
— Не о политике речь! — И Чосек обратился к какому-то прохожему: — Простите, то, что вокруг, это наша страна или то, что от нее осталось?
— Обалдел, что ли? — прохожий пожал плечами.
— А ходит ли здесь трамвай, любезный? — спросил Гонзасек другого прохожего.
— Опупел, лилипут!
— Видите: они не понимают русского языка!..
— Знаете что, — вдруг вспомнил пан Дыля. — У нас есть американские доллары! Десять тысяч! Это подарок Натальи Ивановны. Конечно, деньги пойдут на важное дело, но что-то мы можем истратить на текущие нужды!
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: