Крейг Райс - Розы миссис Черингтон

— Но почему?

— Не спрашивайте. Верьте нам, мы знаем, что делаем. Побудьте здесь до нашего возвращения и не беспокойтесь.

— Но вы ведь только дети. — Лицо Уоллеса омрачилось. — Неужели вы думаете, что сумеете чего-то добиться?

— Мы можем исключить какие-либо мотивы для убийства с вашей стороны, — убежденно сказала Дина. — И тогда, даже если вы явитесь в полицию, они не смогут найти подтверждения своим подозрениям. Понимаете? У вас будет алиби и не будет мотива. Вас должны будут освободить.

— Как вы это сделаете? Разве это возможно?

— Не беспокойтесь. Достаточно, что мы знаем, как.

В конце концов Уолли Сэнфорд обещал подождать в укрытии, пока они снова не придут к нему.

— Я пришлю Арчи с бутербродами и свежим кофе, — обнадежила Дина. — И что-нибудь почитать. А пока — до свидания! Держитесь!

Дети вернулись домой. Из остатков индейки Дина приготовила бутерброды, налила в термос кофе, Эйприл отыскала целую пачку иллюстрированных журналов. Все это Арчи отнес в шалаш, пока девочки прибирали стол после завтрака.

— Ну, как он там? — с беспокойством осведомилась Дина.

— Курит сигареты и читает газету, — успокоил ее Арчи.

— Ну, будем надеяться, что посидит пока тихо… — Дина внезапно отставила недомытый стакан и с тревогой в голосе добавила: — Будет ужасно, если выяснится, что это сделал все-таки он!

— Что? Что сделал? — заволновался Арчи, лакомившийся случайно обнаруженными в коробке бисквитными крошками.

— Украл двенадцать пончиков, которые я спрятала в банке из-под муки, — объяснила Эйприл.

— Я их не брал! — произнес Арчи тоном оскорбленной невинности. — И вовсе не в банке из-под муки, а в пакете из-под жареного картофеля, и не двенадцать, а только два, и один и так был уже надкусан.

— Тихо, дети! — призвала их к порядку Дина. — Будем говорить серьезно. Допустим, Флору убил все-таки Уолли Сэнфорд…

— Нет, — прервал ее Арчи, — у него алиби. Эйприл пошла посмотреть на часы, не пора ли ставить картошку…

— Арчи! — прикрикнула Дина. Арчи умолк.

— Нет, Дина, — возразила Эйприл. — Он не обманывал, когда говорил, что не сделал этого. И, кроме того…

— Подумай. Если окажется, что это он… Ох! Нам придется отвечать как соучастникам!

— Отвечать кому? — снова вмешался Арчи.

— Перестань надоедать, Арчи! — Дина потеряла терпение. — Лучше вынеси корзину с мусором.

— Змеи! — пробурчал Арчи. — Всю работу на меня сваливают! — И он со злостью захлопнул дверь, выходя из кухни.

— Правда, Эйприл, я этого действительно боюсь, потому что мы прячем его у себя. А если Флору Сэнфорд убил он? А если вчера он убил и того человека?

— Не он, — отозвался Арчи, появившись в кухне и с шумом бросив на пол пустую мусорную корзину. — Вы же велели ему сидеть в пещере и не высовываться наружу во время нашей игры. Кто-нибудь из Банды все время находился поблизости, чтобы туда случайно не забрели полицейские. — Арчи пальцем извлек из кувшинчика остатки сиропа и со вкусом облизал палец. — Не мог выйти из шалаша. Банда сторожила. — Арчи засунул в кувшинчик другой палец. — Конечно, я не сказал им, в чем дело.

— Оставь в покое кувшинчик! Ты уверен, что Уолли Сэнфорд ни на минуту не покидал пещеру?

— Когда на страже стояли два лучших парня из Банды! — искренне возмутился Арчи. — Ты что, с ума сошла?

— Она действительно немного тронулась, — заметила Эйприл. — Не принимай близко к сердцу, Арчи. А сейчас надо решить, что сделаем раньше: пойдем покупать подарок мамусе ко Дню Матери, домоем посуду, приготовим белье для стирки или прочитаем наконец бумаги, которые нашли вчера вечером?

— Ты думаешь, этот гангстер на самом деле был убит на вилле Сэнфордов? — Дина задумчиво морщила лоб и, казалось, совсем не слушала сестру. Подойдя к окну, она выглянула наружу. На вилле, видневшейся по другую сторону удлиненного газона, было тихо и спокойно. Ее охранял всего лишь один полицейский, сидевший с газетой в руках на заднем крыльце.

— Надо наконец прочитать эти бумаги, доставшиеся нам с таким трудом, — настаивала Эйприл.

Дина отрицательно покачала головой.

— Нет, сначала займемся другим. Смотри, сейчас можно пробраться туда без всякого труда! — Она обернулась к брату, гладившему Дженкинса. — На крыльце в доме Сэнфордов сидит полицейский. Сможешь отвлечь его чем-нибудь, чтобы он не заметил, как мы с Эйприл проберемся в дом по решетке для дикого винограда?

Арчи шлепком дал понять коту, что ласки закончились, и, оттолкнув его, подошел к окну.

— А других полицейских нет?

— Насколько мы знаем, нет.

— И вы хотите забраться на виллу?

— Что-то в этом роде. Ты отгадал.

Арчи на минуту задумался:

— И я не буду сегодня вытирать тарелки?

— Не будешь, — с готовностью согласилась Эйприл.

— Тогда хорошо, — подвел итог Арчи. — Можете войти на виллу через кухню. Полицейский оттуда уйдет. — Он задержался на пороге: — Но помните, я сегодня тарелки не вытираю! — И исчез.

— Будем надеяться, что все пройдет хорошо, — прошептала Эйприл.

Девочки выбежали из дому и, укрываясь за кустами живой изгороди, подобрались поближе к заднему крыльцу виллы.

Внезапно раздался пронзительный крик. Полицейский на крыльце сорвался с места, выронив из рук газету, и бросился вслед за улепетывавшим по газону мальчишкой. Догнав мальчика, он схватил его за руку. Между ними завязался торопливый разговор, о содержании которого Дина и Эйприл могли догадываться только по жестам. Потом через сад и напрямик по газону полицейский помчался к зарослям, опоясывающим территорию виллы. Арчи сопровождал его, не переставая кричать и на бегу показывая куда-то пальцем.

По краю лужайки девочки быстро добежали до заднего крыльца виллы. Здесь никого не было, только номер «Криминальных загадок» валялся на земле рядом с перевернутой пепельницей. Они вошли в дом. Там было пусто и очень тихо. Они проскользнули в гостиную, откуда лестница вела на второй этаж. В дневном свете комната выглядела уютной, солнечной, совсем не страшной. Стены, обитые дорогим английским ситцем, хорошая мебель, красивые ковры, над диваном гравюра в утильной рамке, а над камином написанный маслом портрет, без сомнения, фамильный. Ничто не говорило о разыгравшейся здесь недавно трагедии с одним, а может быть, и двумя убийствами.

Портрет над камином вдруг словно подмигнул им. Эйприл вздрогнула, поддавшись на мгновение чувству страха, и отступила на шаг в глубь комнаты.

— Дина!

— Что с тобой?

— Ничего, совсем ничего. Только мне показалось, что вижу Ашубатабула, прыгающего через скакалку.

В иных обстоятельствах Дина рассмеялась бы: Ашубатабул был их традиционным семейным мифом. Но ввиду серьезности момента она одернула сестру.