Юрий Стрехнин - Крепость черноморцев
- Название:Крепость черноморцев
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:неизвестно
- Год:неизвестен
- ISBN:нет данных
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Юрий Стрехнин - Крепость черноморцев краткое содержание
Есть такая военная медаль — "За оборону Севастополя". На ней рядом с солдатом изображён матрос, а возле них — якорь и две пушки. Матрос и якорь потому, что Севастополь — город флотский. Стоит он на берегу Чёрного моря. Он очень красив, наш город-герой Севастополь. Все дома в нём построены из белого камня. Синее море, белый город, голубое небо… Когда фашисты напали на нашу Родину, очень хотелось им захватить Севастополь — самый важный военный порт на Чёрном море, главную базу Черноморского флота…
Крепость черноморцев - читать онлайн бесплатно полную версию (весь текст целиком)
Интервал:
Закладка:
Не числом — уменьем
В неравном бою один может и против многих врагов выстоять. Только одной храбрости для этого мало. Нужно ещё и уменье. Многие защитники Севастополя таким уменьем отличались. Одним из них был снайпер — Герой Советского Союза — Адамия.
Снайпер — это самый меткий стрелок. Он с первого выстрела [25] попадает. И винтовка у него не обычная, а с прицелом, вроде подзорной трубы — чтобы цель издалека хорошо видеть.
Когда немцы начали третий штурм, Адамия получил приказ: вместе с несколькими автоматчиками занять позицию в самом переднем окопе.
Вот уже и враги впереди показались. Идут, пригибаются, а то и совсем ползком. Только снайпера не проведёшь. Прицелился Адамия, выстрел — и нет фашиста. А его товарищи тем временем из автоматов врагов косят.
Видят враги — спереди окоп не взять. Пошли в обход. Но и тут у них ничего не вышло. Заметили их. Тридцать пять фашистов только один Адамия положил. Да автоматчики без малого сотню.
Тогда выкатывают фашисты пушку и давай беглым огнём палить по окопу, где Адамия с товарищами.
Надо пушку обезвредить.
Выбрался Адамия из окопа и быстро, ползком, к пушке. Да так ловко, что немцы его и не заметили. Приложился Адамия — раз! раз! Перестрелял вражеских артиллеристов. Замолчала пушка. Сорвалась и на этот раз вражеская атака.
"Спасибо, Адамия!" — благодарят его товарищи.
Было за что! Снайпер Адамия за время всех боёв истребил около трёхсот врагов.
В боях за Севастополь отличились и многие другие наши снайперы. Были среди них и девушки. Всем севастопольцам была известна Людмила Павличенко, от пуль которой нашли конец сотни врагов. А всего снайперы Севастополя уничтожили около десяти тысяч фашистов. [26]
Тридцатая батарея
Возле Севастополя ещё до войны было построено несколько береговых батарей. Такая батарея — целая крепость. Сверху — четыре башни из толстой брони, в каждой — огромная пушка. Снаряд такой пушки руками не поднять — он весит четыреста килограммов. К пушкам, снизу, из бетонных погребов, снаряды подают транспортёрами — это ленты железные с лотками, в которые снаряды вложены. Внизу, в бетонных подземельях, не только снаряды хранятся. Там и казарма, и кухня, по-флотски — камбуз, и хлебопекарня, и лазарет. Там же и радиостанция, и телефоны, чтобы с командованием и с другими батареями связь держать, и электростанция. Она не только для освещения нужна: даёт ток моторам, которые орудийные башни поворачивают, снарядные транспортёры движут, вентиляторы вращают.
Батареи строили на тот случай, чтобы стрелять по вражеским кораблям. Но когда противник подошёл к Севастополю не с моря, а с суши, пушки повернули на него. И много ущерба врагу нанесли.
Одна из батарей, тридцатая, фашистам особенно досадила. То колонну танков разобьёт, то эшелон с войсками на железной дороге разгромит. Далеко врага снарядами достаёт, за много километров.
Очень хотелось врагам покончить с батареей. Каждый день сотни снарядов падали на неё. То и дело налетали на батарею самолёты, сбрасывали тяжёлые бомбы. Стальные башни вздрагивали от ударов. Через амбразуры в них то и дело залетали раскалённые осколки, вспыхивало пламя, валил удушливый дым. Не раз случалось — ударит снаряд в башню, заклинит, повернуть её нельзя. Тогда артиллеристы с ломиками выскакивают наружу, чтобы повреждение исправить. И случалось — сразит кого-нибудь из них осколок.
Враг, хоть и били его крепко, продолжал наступать. Уже совсем близко к батарее подошли гитлеровцы. По ним стали стрелять бойцы из окопов и дзотов, стоявших на пути к батарее.
Но враг обрушил на эти окопы и дзоты ливень снарядов и мин. Там стало невозможно держаться. И тогда бойцы оттуда вынуждены были уйти под бетон, в подземелья батареи, — там их собралось около четырёхсот. [27]
Батарея-крепость продолжала сражаться.
Из четырёх — две пушки были разбиты. Две уцелевших продолжали стрелять. Кончились боевые снаряды. Тогда стали бить холостыми, ведь и такой выстрел большой пушки опасен врагу, если тот близко — опалит, оглушит.
Но кончились и холостые заряды.
Пушки смолкли.
Фашисты подобрались уже вплотную к башням. Рассвирепевшие враги решили разделаться с ненавистной батареей любыми средствами. Они нашли наверху, в бетоне, вентиляционные отверстия и направили в них огнемёты. Струи пламени проникали внутрь, в подземелья. Там начались пожары. Люди стали задыхаться в дыму. Воспользовавшись этим, немцы ворвались в [28] подземелье. Начались ожесточённые схватки — при тусклом свете фонарей или факелов, а то и в кромешной тьме.
Вдруг раздалось два сильных взрыва. Это по приказу комиссара батареи Соловьёва были взорваны две последние пушки. В одном из помещений подземелья находилось около двадцати раненых. Они уже не могли держать оружие. Когда они услышали шаги и голоса немецких солдат, проникших в подземелье, раненые наглухо закрыли стальную дверь.
— Сдавайтесь! — по-русски крикнули из-за двери.
— Не сдадимся! — услышали враги в ответ. Тогда немецкие сапёры подложили под дверь взрывчатку и взорвали. Однако тяжёлая броневая дверь устояла. Вскоре раздался скрежет металла. В двери фашисты сверлили отверстие. Зачем? Они пустили в него ядовитый газ. Раненые стали задыхаться. И вдруг кто-то из них запел «Интернационал». Так, со словами гимна коммунистов, погибли они все, но не сдались врагу.
Константиновский равелин
У входа в Севастополь, с моря, стоит старинное каменное укрепление — Константиновский равелин. Издалека видна его округлая стена с тёмными квадратами амбразур. Когда-то из этих амбразур глядели пушки — равелин сторожил вход в Севастополь. Уже давно равелин потерял военное значение. Но, когда во время третьего штурма фашисты подошли к равелину, в нём уже заняли оборону моряки.
Трудно было держаться защитникам равелина. Ведь врагов было много. Черноморцы были готовы стоять насмерть, до последнего дыхания. Трое суток отбивались они от врагов в равелине.
И вот поступил приказ командования: оставить равелин, перебраться через бухту к своим, а равелин взорвать.
Переправиться к своим через бухту было не на чем. Шлюпки и катера — всё разбило вражеским огнём. Тогда моряки пустились вплавь. В равелине осталось лишь двое: комиссар Кулинич и минёр Зинской. В подвале уже была заложена взрывчатка, протянуты зажигательные шнуры. Под стенами равелина послышались голоса фашистов. Они радовались — вот-вот захватят равелин. [29]
— Поджечь шнур! — приказал комиссар Зинскому. Зашипело бегущее по шнуру пламя.
— Плывите и скажите нашим, что задание выполнено! — сказал комиссар Зинскому.
— А вы?
Читать дальшеИнтервал:
Закладка: