Владислав Крапивин - Дагги-Тиц
- Название:Дагги-Тиц
- Автор:
- Жанр:
- Издательство:Эксмо
- Год:2008
- ISBN:978-5-699-26333-2
- Рейтинг:
- Избранное:Добавить в избранное
-
Отзывы:
-
Ваша оценка:
Владислав Крапивин - Дагги-Тиц краткое содержание
В романе «Трофейная банка, разбитая на дуэли» читатели встретятся с подросшим героем повести «Сказки Севки Глушенко» — восьмиклассником Всеволодом (Лодькой). Разгоревшийся между ребятами конфликт приводит к дуэли на пистолетах-«поджигах». Но самая главная дуэль — это спор между характерами взрослеющих мальчишек…
«Дагги-Тиц» — самое свежее произведение Владислава Крапивина. Книга эта, по словам автора, — «серьезная и порой даже грустная, про одиночество детей. Про взрослых, которым наплевать на детей. И про других — которым не наплевать. И про то, что настоящая дружба — и ребят, и взрослых — часто бывает спасением и зашитой от многих бед».
Дагги-Тиц - читать онлайн бесплатно ознакомительный отрывок
Интервал:
Закладка:
— Ничего я не укачаюсь! Подумаешь, один раз случайно…
— Принято к исполнению…
Серое стекло несчастий казалось уже промытым и синим во многих местах. Но серой мути оставалось еще немало. В общем-то как в жизни…
Егошин перевернул еще один «самолетный» лист.
— Это не теперешний календарь, а на будущий год, — бодро (может, чересчур бодро) объяснил он. — Так что здесь все впереди… Повесишь в своей каюте, она сразу станет, как номер люкс… Да у тебя и сейчас там отлично. Даже муха на маятнике появилась, как раньше…
Инки мягко и стремительно рванулся к двери.
«Дагги-тиц»… «Дагги-тиц»… — говорил маятник, и на нем, как прошлой осенью, пристроилась темная мушка с искоркой на крошечном крыле.
Инки спиной вперед неслышно отошел к своей койке. Так же неслышно лег. Не отрывал от маятника глаз.
«Дагги-тиц…»
Инки приподнял над грудью, согнул голый локоть. Чудес, конечно же, не бывает, но… муха снялась с маятника, сделала по комнате несколько бесшумных зигзагов и села на локоть. Щекотнула его лапками. Взлетела и устроилась на маятнике снова.
Пришел Альмиранте, сел под маятником, покачал в ритме «дагги-тиц» ушастой головой и вдруг замер, словно прикидывая высоту для прыжка.
Зловещим полушепотом Инки сказал:
— Не вздумай…
Алька укоризненно оглянулся: «За кого ты меня принимаешь?!»
— То-то же… — тоном Егошина сказал Инки.
Затем он встал. Хотя и муха была здесь, и синих промоин на мутном стекле становилось все больше, но оставался нерешенным главный вопрос.
Инки вышел в прихожую, встал на пороге большой комнаты. Егошин по-прежнему разглаживал пальцами листы кадендаря. Согнувшись, стоял спиной к Инки, но спина его словно чего-то ждала.
Инки кашлянул и спросил:
— Егошин… а я тебе зачем?
Тот не обернулся, но ответил сразу:
— Дурацкий вопрос.
— Почему дурацкий?!
— Ты не злись, — откликнулся Егошин и сел рядом с календарем. К Инки лицом. — Он дурацкий не потому, что глупый, а потому что на него не ответят и сто мудрецов… Зачем человеку сын? Да затем, чтобы он был , вот и все… Тем более что другого у меня не будет уже никогда…
Инки, будто на экране, увидел два наложившихся друг на дружку кинокадра. Мальчика Дэви, который тащит по желтому песку к самолету своего окровавленного отца, и Егошина, который несет его, Инки, от болота…
— Егошин, а почему… никогда?
Егошин глянул прямо, сказал скучновато:
— Медицина, брат… Повреждения позвонков не проходят бесследно, в организме все связано… Может, и Яся поэтому… Инвалид, мол…
— Никакой ты не инвалид!
— Ну… поживем — увидим…
— Егошин… — Инки подумал вдруг, что, если все пойдет дальше так, как сейчас, то придется, наверно… когда-нибудь сказать… «папа»… Нет, он решится на это очень-очень не скоро, ведь даже слово «мама» он произносит с трудом… И все же, в какие-нибудь времена… А пока он повторил: — Егошин… а откуда ты знаешь про муху? Ну, что она была у меня…
— Вот те раз! Ты же сам рассказывал. В тот день, когда мы познакомились. Когда в школе был скандал…
— Правда ведь, — вспомнил Инки.
Он снова пришел в свою комнатку. Спиной и затылком привычно опрокинулся на мятую постель, согнул ноги. Стал смотреть выше поднятых коленок на ходики. Маятник бодро ходил туда-сюда, словно и не было дней, когда он стоял. Муха по-прежнему качалась на маятнике. Будто хотела доказать Инки, что теперь все в порядке.
«Может, и правда?» — подумал Инки.
И спросил:
— Может, она… мама… вернется к нам?
— Дагги-тиц, — тут же откликнулись ходики и муха.
Инки передохнул. Хотелось верить. И… он поверил.
Потом спросил снова. Уже о другом:
— Смерти нет?
— Дагги-тиц! — был немедленный ответ. Мол, о чем тут говорить…
Инки полежал с полминуты. И задал главный вопрос:
— А ты… та самая ?
На миг ему показалось, что в ходиках случился крошечный сбой. Словно часы нерешительно мигнули. Но, может, и правда показалось, потому что ответом тут же стало четкое, без всякого сомнения щелканье:
— Дагги-Тиц!
Инки вздохнул медленно и спокойно. И долго смотрел, как маятник качает муху с таким вот хорошим именем. Солнце в окне ушло за ближние тополя, по углам стал скапливаться мягкий полумрак.
В этом полумраке появились на леске Сим и Желька. Пошли рядышком. Инки уже не удивлялся, как они умеют идти бок о бок по натянутой струне, он и сам это умел. Там, в их пространстве, такие законы природы… Сим одной рукой держал Желькину руку, а другая висела у него на перевязи — белая от локтя до запястья. Наверно, бинт или гипс. Что-то случилось? Но случилось, видимо, в прежние дни, боль и несчастье были уже позади, Сим шагал уверенно, Инки чувствовал его улыбку…
КОММЕНТАРИИ
К СОБРАНИЮ СОЧИНЕНИЙ
КОММЕНТАРИИ К ТОМАМ 1–25 ОПУБЛИКОВАНЫ В СБОРНИКЕ «СТРУНА И ЛЮСТРА»
Книга 26. Дагги — Тиц
Трофейная банка, разбитая на дуэли. Роман.
Дагги — Тиц. Повесть
Может вызвать недоумение жанровая разнородность помещенных в эту книгу произведений. Но она объяснима тем, что составители «подскребают» материал, включая в последние тома Собрания то, что написано автором в самое недавнее время. К тому же у всех напечатанных здесь вещей есть и объединяющая тема. Это тревога о нынешнем поколении, о бесприютных детях, неприятие растущей в мире агрессии и убежденность, что лишь добрые отношения между людьми могут спасти цивилизацию.
Трофейная банка, разбитая на дуэли
В архивах автора сохранились дневниковые записи той поры, когда он учился в седьмом классе. Они очень помогли в работе над романом. Но, конечно, если этот дневник попадет к какому‑нибудь дотошному читателю и тот станет сравнивать его с «Трофейной банкой…», сразу заметит разницу. Дело в том, что в романе автор по — своему «лепил» характеры некоторых персонажей, иногда придумывал разные коллизии и домысливал сюжетные повороты, чтобы придать им «логическое завершение». «Трофейную банку…» не следует считать автобиографической книжкой, хотя и может возникнуть такой соблазн.
Однако читатели старшего поколения смогут заметить, что многие герои и события все же узнаваемы и атмосфера давней школьной жизни «та самая» (насколько в этом преуспел автор). А главное, писателю хотелось «вытащить из прошлого» прежнюю Тюмень — родной город, в который автор через много лет приехал, чтобы жить здесь всегда.
Впервые роман опубликован в издательстве «Эксмо» в 2007 году, в одной книге с повестью «Сказки Севки Глущенко», продолжением которой он и является…
Дагги — Тиц
На одном из выступлений перед читателями автор сказал: «К сожалению, подлинных событий в этой вещи больше, чем хотелось бы. Такова реальность нынешней жизни. Но не надо воспринимать повесть как документальную. Я старался здесь развивать действие так, чтобы у главных героев и читателей сохранилась надежда: по крайней мере, в дальнейшем «все будет хорошо». Давайте и мы с вами будем надеяться на это…»
Интервал:
Закладка: