Медведев В.С. - Лица

– Для начала мы что-нибудь поедим, ну и выпьем, – очень серьёзным голосом сказал я, что походило на ознакомление с распорядком дня, чем занимаются администраторы, которые, кстати, скорее всего уже искали Машу.

– А у тебя очень красивый голос, – сказала Маша, посмотрев на меня улыбающимися глазами, как будто заигрывая со мной, – Мы всю дорогу слушали твои песни, они мне очень понравились, – продолжала она, гипнотизируя меня своим голосом.

Мой мозг, работая изо всех сил, старался переводить все слова, которые говорила Маша, просчитывать ситуации и отвечать на вопросы, и, конечно же, искать самый лучший ответ, моделируя её реакцию на разные ответы. Перевод русских слов, которые произносит твоя любимая, гораздо сложнее, чем перевод с китайского, или староанглийского. Я улавливал только тембр её голоса, а смысл слов, как эхо, доходил позже. Наверное, со стороны это выглядит, по меньшей мере, смешно. Теперь мне предстояло понять, как могла слышать мои песни Маша, тем более по дороге сюда. И ответ на этот вопрос пришёл так быстро, что я даже не успел подготовиться к столь сильному удару. Это был именно тот диск, который я отдал на радиостанцию, думая, что это всего лишь формальность, как говорится – для галочки. Они всё равно крутили наши темы и знали, что мы играем, а диск, как мне сказали, просто приложат к плану мероприятия, и никто никогда его не будет слушать. Сперва я хотел отдать им пустой диск, но под рукой как раз валялась наша дэмка, сборник нового материала очень сомнительного качества, её я и отдал. И только одна тема, которую как раз крутила эта радиостанция, и которая так нравилась всем, была на этом диске пригодна к прослушиванию, что немного успокоило меня. Интересно, кто догадался дать им этот диск? Меня успокаивало одно – Маше понравился мой голос. И хотя весь процесс обдумывания занял не больше секунды, так как мой мозг работал в усиленном режиме, мне всё-таки нужно было что-то ответить, а лучшее, что пришло в голову, это сказать «давай споём что-нибудь вместе», но, как всегда это бывает, у Маши зазвонил телефон.

– Что случилось? – спокойным голосом спросила Маша кого-то в трубку, но далеко не спокойно чей-то мобильный голос сплошным текстом сообщал, как я понял, что-то не очень интересное ей, – Я еду на репетицию песни, скоро буду, – отчиталась Маша, и больше не говоря ни слова, выключила телефон.

– Я хочу спеть с тобой твою песню, – решительным голосом сказала Маша, – Можно? У меня получится! Я и слова уже знаю, – её умоляющий взгляд, и в награду улыбка могли получить только один ответ, тем более на мой же вопрос.

– Да, у нас получится, – ответил я.

По дороге в некое «уютное утреннее местечко», как прорекламировал его Алексей, где можно было позавтракать, мы договорились, что после поедем в студию и «споём что-нибудь вместе», как ранее выразился я. И я понимал, что в «уютном местечке» Алексей нам не помешает, наоборот, его присутствие создавало бы видимость компании, к тому же, очень кстати, его будто прорвало, и он рассказывал одну за другой смешные истории, действительно смешные, а Маша громко смеялась и дополняла их какими-то своими историями, в общем, было весело и это было мне на руку. Но вот в студию я хотел ехать вдвоём, то есть я и Маша, а с Алексеем нужно было что-то решать. Ещё я вспомнил о моих музыкантах, которые тоже могли прийти и создать компанию там, где она мне уже была не нужна. Пока мы ехали, а Маша и Алексей веселили друг друга, я строчил смс Лёхе и остальным с дополнительной просьбой отписаться, если они прочитали моё сообщение. И когда все ответили, что ноги их там сегодня не будет, оставалось придумать, что мне сказать нашему весельчаку, чтобы он понял, а если нет, то простил.

УУМ действительно оказалось уютным, а всё, что мы заказали, вкусным. За столом уже и я подключился к этой игре – расскажи историю смешнее, чем у меня. К моему счастью, Маша смеялась не меньше, точнее, не тише, а Алексей ей в этом помогал. Он не просто смеялся, он ржал во весь голос, а глаза, наполненные слезами, уже были достаточно красными от постоянного вытирания слёз. Я, конечно, умел рассмешить людей, но его реакция немного пугала меня. Тем более, учитывая количество еды, которую мы заказали, а каждый из нас заказал достаточно много, и наш безудержный смех, а у некоторых он был просто истерическим, говорило лишь об одном – у нас есть очень хороший гербарий и мы его очень много курим. Алексей же, вообще раскрылся для меня с другой стороны. Если бы ещё вчера мне показали видео вот такого его поведения, я очень удивился бы, или сказал, что это не он, а кто-то очень похожий на него. Но в тоже время его чувство юмора не оставляло желать лучшего, оно у него действительно было. И почему мы раньше так тесно не общались? Моё чутьё мне подсказывало, что он нормальный чувак и поймёт меня. Я сейчас думал только о разговоре с ним. Несмотря на общение, шутки, смех, я как тот парень с ружьём ждал, когда вылетит оранжевая тарелка и настраивался на выстрел. И уж не знаю, почувствовала ли это Маша, или девочки всегда так делают, может быть, это их ритуал, она ушла в уборную попудрить носик – это ведь так называется?

– Лёш, – как-то по-свойски обратился я, – у меня к тебе дело, только пойми меня правильно, как мужик мужика, – очень по-киношному продолжил я, на секунду прервавшись и бросив взгляд куда-то в пространство, чтобы выдержать ту самую паузу.

– Да не поеду я в студию, – оборвал мою не доигранную паузу Алексей, – ты думаешь, что один умеешь составлять планы по ликвидации неугодных персонажей? Оставь эту миссию мне. Я сам ликвидирую себя, я всё уже придумал, – с пугающе добродушным взглядом сказал он. К тому же, как мне показалось, его радовал мой взгляд, в котором было много эмоций перемешанных в один приготовленный его ответом бульон. Такой красивый момент непременно должно было что-то оборвать, и возвращение Маши было лучшим «что-то».

– Ну что, поехали петь, – громко сказал Алексей, при этом шлёпнув по столу ладонями. В тот момент я почему-то подумал, что люди, чьи столики находились по соседству с нашим подумали: «Эти наркоманы ещё и в караоке с утра собрались».

Студия находилась не так уж и близко от центра, где совсем недавно мы завтракали, но отсутствие пробок, а в нашем городе были сумасшедшие пробки не уступающие московским, позволяло не просто ехать, мы будто летели, что, конечно же, являлось заслугой и Алексея, а он оказался ещё и весьма хорошим водителем, и японского автопрома. Маша смотрела в окно, Алексей рассказывал что-то интересное обо всём, что мелькало на нашем пути, он оказался ещё и хорошим гидом, а меня распирал интерес: «Что же он придумал»? Это было даже немного не справедливо. Ведь он взял и внедрился в мой план, а мне только и оставалось, что сидеть и ждать, что же будет дальше. Слишком уж идеальным был Алексей, и это становилось подозрительным. «Вова, ты параноик» – вовремя оборвал я цепочку глупостей напрягавших меня и в этот момент зазвонил телефон Алексея.