Б. Седов - Один против всех

- Годится, - сказал Хват. - Прямо сейчас и выходим?

- Сейчас. Я китель надену и спущусь, а ты с машиной пока договорись!

- Слушаюсь, господин полковник, - браво ответил сержант Хват и бросил трубку.

После этого он крикнул своим напарникам:

- Подъем, братва! Бабки рубить поедем!

* * *

Тряский служебный «уазик» вез полковника Кишкина с группой захвата в ЦПКиО. Полковник мучался на переднем сиденье, одной рукой ухватившись за какую-то металлическую скобу рядом с дверью, а другой поддерживал болтающийся в кармане пистолет. Наплечной кобуры у полковника Кишкина не было, потому что огнестрельным оружием он не пользовался.

- Мое оружие - слово! - гордо говорил он сослуживцам.

Табельное оружие офицера - пистолет Макарова - постоянно лежал в сейфе под папками бумаг и извлекался оттуда только для плановой проверки личного оружия, или для того, чтобы прапорщик Беда почистил и смазал инструмент смертоубийства. Для офицеров Управления ФСБ существует обязательный зачет по стрельбе из личного оружия, но полковник Кишкин его не сдавал, потому что сам составлял списки стреляющих и сам отчитывался перед вышестоящим начальством о результатах зачета.

Поэтому сейчас полковник напряженно вспоминал устройство пистолета и предусмотренный «Наставлением по стрелковому делу» порядок действий. Кишкин, конечно, знал, что перед тем как открыть огонь, оружие необходимо снять с предохранителя, но где находится предохранитель и как с него снимают, он не знал, спрашивать об этом у сержантов группы захвата - не хотел, и в глубине души надеялся, что до стрельбы дело не дойдет.

Он оглянулся и посмотрел в стеклянное окошко в металлическом коробе кузова. Сержанты сидели по двое на деревянных лавках вдоль стенок, держали оружие на коленях и весело смеялись над чьим-то анекдотом. Кастетовской девчонки Светланы в окошко видно не было. Сразу при посадке она забилась в дальний, за водителем, угол кузова и злобно зыркала оттуда на устраивающихся на лавках солдат. Сержантов девчонка не интересовала, старший, Хват, даже не спросил полковника, куда они везут девку. Полковник - главный, ему виднее, если взял с собой девчонку, значит, так и надо.

- По Приморскому поедем? - спросил водитель, перекрикивая металлический грохот автомобиля.

- Мне главный вход нужен, - осторожно сказал Кишкин.

Кастет сказал, что нужно идти от главного входа направо, через 250 метров повернуть налево и дальше переть до большой зеленой поляны. Там он их будет ждать. Правда, они договорились, что встретятся один на один, не считая девчонки, конечно, но полковник Кишкин на сговор с преступниками не идет, поэтому взял с собой молодцов из группы захвата.

То-то удивится простофиля-Кастет, когда увидит полковника в окружении четырех бугаев с автоматами в руках.

«Обоссытся, наверное, - с удовольствием подумал Кишкин, - я бы на его месте точно обоссался, а я - офицер, даже старший офицер, мне-то к оружию не привыкать». - И Кишкин на всякий случай нащупал в кармане пистолет.

Карман был жирным на ощупь, прапорщик Беда два дня назад проводил плановую смазку личного оружия полковника Кишкина и теперь полковничий китель был безнадежно испорчен.

«Ну и хрен с ним, с кителем, - подумал Кишкин, украдкой вытирая жирные пальцы о штаны. - Получу деньги, уйду в отставку и сразу - за рубеж! Анталия, Кипр, Багамы, Фолкленды… И - девки, девки, девки, много хороших, дорогих шлюх… Ох!» - вздохнул Кишкин и едва не въехал лбом в ветровое стекло.

- Приехали, товарищ полковник! - сказал водитель и открыл дверцу. - Я покурю пока, а вы там недолго, мне через полчаса за картошкой для кухни ехать!..

Полковник с трудом вылез из кабины, для порядка стукнул кулаком в железную стенку кузова и стал осторожно ходить вдоль автомобиля. От безжалостной езды болело все тело. Изнутри машины донесся ответный стук.

Блин, как на подводной лодке перестукиваемся, подумал Кишкин и с размаху ударил машину кулаком. «Уазик» покачнулся и загудел, как лист кровельного железа. Из кузова донеслась площадная брань и грохот прикладов по стенкам.

«Охренели совсем! - решил полковник. - Последние мозги из них вытрясло!»

Он распахнул задние дверцы и немногими командными словами объяснил сержантам ошибочность их поведения внутри транспортного средства.

Сержанты по одному выбрались из машины и даже помогли вылезти Светлане, и теперь стояли, ошарашенно тряся головами.

- Товарищ полковник, - первым пришел в себя Хват, - машина ж грузовая, изнутри ручек нет, нам самим оттуда не выбраться было…

- А солдатская смекалка? - оставил за собой последнее слово Кишкин. - Ладно, время поджимает, пять минут осталось, пошли.

И они направились в сторону «большой зеленой поляны», как ее обозначил Кастет. Впереди, крепко вцепившись в Светлану, шел полковник Кишкин, за ним свободным строем - сержанты. С автоматами наизготовку, но с сигаретами в зубах - команды «не курить» не было.

Прошли 250 метров, повернули налево и впереди забрезжило какое-то большое пространство. Подходим, понял Кишкин и скомандовал сержантам:

- Я с девушкой - впереди, вы меня прикрываете, но огонь не открывать - выйдет один человек, и без оружия, просто держите его на мушке.

- Есть! - ответил за всех старший сержант Хват и выкинул окурок.

На другом конце большой зеленой поляны стоял мужчина в футболке и джинсах. При всем желании на такой одежде оружия не спрятать, это понимал даже чиновник Кишкин, поэтому он смело ступил на поляну, оглянулся, увидел, что сержанты идут сзади, и решительно пошел вперед.

Светлану Кишкин крепко держал за левую руку, а ступив на поляну, вообще вцепился в нее мертвой хваткой. Светлана время от времени шипела - больно! - и толкалась локтем. Полковник, не отпуская, пропустил Светлану немножко вперед, прикрываясь ее телом от возможной пули.

Когда между противниками осталось метра три-четыре, Кастет поднял вверх руки и сказал:

- Полковник, я «пустой». Скажи своим, чтобы опустили оружие.

Полковник закусил губу и помотал головой.

Мучительно хотелось крикнуть: - Деньги давай! - но стоящие за спиной сержанты портили все дело. Кишкин подумал даже, что, получив деньги, он может отпустить Кастета, зачем ему, Кишкину, Кастет, ему деньги нужны, много денег, а Кастет пусть гуляет на свободе…

Светлана опять начала вырываться, полковник хотел обхватить ее обеими руками и начал даже приспосабливаться к этому, но тут почти одновременно раздалось четыре негромких хлопка, какие бывают от елочных хлопушек с серпантином и конфетти.

Полковник удивился и обернулся, чтобы спросить, что думают по поводу этих странных хлопков сержанты, но сержанты уже ничего не думали, они медленно валились на зеленую траву, роняя вверенное им оружие. Кишкин хотел было обратить внимание старшего группы, сержанта Хвата, на недопустимость подобного обращения с казенным инвентарем, но внезапно все понял и снова повернулся лицом к Кастету.