Стивен Хантер - Гавана

Фрэнки окончательно разъярился. Это было неправильно. Выбил Бену Сигелу глаз, а теперь радуется жизни на Кубе! Его дыхание стало частым, в носоглотке пересохло. Он дышал со свистом, но воздуха все равно не хватало.

— Фрэнки, это охота. Для хорошего выстрела нужно терпение. Мы дождемся подходящего момента. Рано или поздно он наступит. Спешка ведет к неудаче. Капрал прекрасно ведет машину. Фрэнки, посмотри, как он это делает. Сидит спокойно, не дергается, владеет собой. Когда придет время, он добавит газу, а потом — тра-та-та-та!

Капрал, индеец с темным, как у негра, лицом, засмеялся, показав белые зубы. Его глаза горели так же ярко, как глаза Фрэнки, и было видно, что убийство доставляет ему огромное удовольствие.

Машина, ехавшая впереди, сбавила ход — видимо, приближался перекресток. Капрал ловко съехал на обочину, позволил двум автомобилям обогнать себя и пристроился сзади. Он не хотел подъезжать слишком близко; достаточно было просто не терять их из виду и в нужный момент прибавить скорость.

Тут зажегся зеленый свет, и все пришло в движение. Какое-то время они ехали по тесным городским улицам, то приближаясь к своей жертве вплотную, то незаметно следуя поодаль.

Затем машина свернула на широкое шоссе и прибавила газу. Капрал сделал то же самое. Здания, стоявшие с обеих сторон, уступили место деревенским домикам, магазинчикам, пустырям, заброшенным полям. Над головой слышался рев многомоторных самолетов, говоривший о том, что до аэропорта рукой подать.

И тут автомобиль, ехавший между ними, внезапно свернул. Впереди открылся пустынный участок, встречных машин не было тоже. Второй такой возможности могло не представиться.

— Vamos! — сказал Рамон, но капрал, который и сам понял, что пришла пора, уже нажат на педаль газа.

Фрэнки отодвинулся назад и вбок, поднял автоматический пистолет, краем глаза увидел, что Рам он взял автомат и положил его на раму. Сейчас, сейчас это случится!

Расстояние между машинами медленно сокращалось. Потом капрал взял левее, пересек встречную полосу, но сделал это плавно и неторопливо, чтобы не тревожить жертву раньше времени.

Казалось, черный «родмастер» остановился. Капрал сблизился с ним так, что заднее стекло черного «бьюика» оказалось совсем рядом. Фрэнки увидел, что Эрл слегка подался вперед и нагнулся за своего конвоира. Причем увидел это сквозь прицел.

В этот момент раздался скрежет тормозов, и из-за деревьев на встречную полосу вырулил школьный автобус. Машину тряхнуло — это капрал нажал на тормоза и свернул, избегая столкновения лоб в лоб.

Автобус промелькнул мимо.

— Ходу, ходу! — крикнул Латавистада.

Капрал прибавил скорость и на этот раз обогнал «родмастер».

Но Фрэнки понял: его заметили.

Суэггер улыбнулся своему новому другу и согнул руку, делая вид, что хочет показать ему фокус с наручниками, а на самом деле собираясь с силами. Он знал, что нужно сделать. Внезапно Эрл развернулся и ударил соседа локтем в точку между ухом и челюстью. Нокаут был классический, вот только счета никто не вел. В салоне еще звучало эхо, но Эрл уже перескочил на переднее сиденье. Глаза водителя расширились от страха, однако ничего другого он сделать не успел.

Эрл нанес ему удар локтем в голову, но этот человек был немного быстрее и крепче своего напарника: он не потерял сознания, только упал на спинку сиденья и застонал. Его нога инстинктивно нажала на тормоз, после чего машина пошла юзом, подняла тучу пыли, скрывшую ее от преследователей, заскрежетала шинами и наконец съехала в кювет. Эрл ударил водителя еще раз, и тот отключился.

На мгновение Эрл забыл, кто он такой и как он сюда попал, но тут же очнулся. Он ударил по ручке, распахнул дверь настежь и выкатился наружу. Потом вскарабкался на насыпь и увидел, что черная машина с двумя стрелками тоже свернула. Дула нацелились на него, но Эрл уже спрыгнул и шмыгнул в кусты.

Никто не стрелял. Эрл опередил их. Он полз вперед. Кожу полосовали колючки, шипы и острые листья, но никакая боль не могла его остановить. Решив, что он забрался достаточно далеко, Эрл поднялся и побежал изо всех сил. Нужно было увеличить расстояние, отделявшее его от преследователей.

Френчи вышвырнул из кабинета все гарвардское барахло. Убрал ракетки, вымпелы, фотографии улыбавшихся блондинчиков из теннисной команды сорок седьмого года с их дурацким кубком. Проигнорировал все сообщения от Роджера, который хотел забрать свои личные вещи. Отправил к нему полицейского детектива, который без всяких околичностей предложил мистеру Ивенсу убраться с Кубы к чертовой матери. Вскоре ему сообщили, что Роджер послушался.

Френчи больше не носил голубые блейзеры и белые фланелевые брюки. Им на смену пришли темные тропические костюмы, говорившие о том, что их владелец — человек серьезный и занятой. Он не слишком вежливо уволил секретаршу Роджера и назначил на ее место девушку из канцелярии, которой предстояло делом доказать свою преданность новому начальнику. Чтобы удостовериться в этом, Френчи в первый же вечер сделал девушке гнусное предложение, а на следующую ночь переспал с ней. Сменил замки всех бюро и код сейфа. Забил гвоздями оконные рамы. Запретил уборщице входить без предупреждения. Приказал, чтобы всю корреспонденцию, приходящую на имя Роджера Сент-Джона Ивенса, немедленно уничтожали.

Френчи пошел в гору. Наконец-то он получил доступ к кассе, наконец-то мог ни к кому не подлизываться (наоборот, к нему подлизывались все, включая посла) и дать волю своим инстинктам, направленным на разрушение и завоевание. Времени даром Шорт не тратил. Используя в качестве рычага щедрые взятки за счет Управления, раздававшиеся чинам кубинской охранки, он объявил крестовый поход против всех радикальных элементов местного общества. В помещениях нескольких газет и журналов прошли обыски, их редакторов бросили в казематы крепости Морро, охранявшей вход в порт. Протоколы всех допросов направлялись Френчи, он внимательно изучал их, проверял, сравнивал, разыскивал слабые места и придумывал способы нападения. В очень короткий срок он узнал всех членов кубинского радикального подполья. И конечно, приказал взять под усиленное наблюдение советское торгпредство.

В столь же короткий срок он добился любви и боязни окружающих. Бизнесмены не привыкли к решительным действиям и немедленному достижению результатов, которые являлись фирменным стилем Френчи. Но они были практичными людьми и ценили практичность в других; честно говоря, их тошнило от высокомерия, лени и аристократических замашек Роджера, который ничего не знал и делал одни глупости. Френчи находил подход к каждому, заключал тайный договор с сотрудниками службы безопасности каждой корпорации, делал щедрый подарок каждому высокопоставленному служащему и при этом не оскорблял ничье самолюбие на теннисном корте.