Евгений Монах - Братва. Стрельба рикошетом

— А когда окажусь в салоне, махом разберусь с "челноком" — и вся недолга! Стоимости его багажа на твое "мероприятие" вполне хватит, думаю. Кстати, подсаживай к себе какого-нибудь чучмека из Средней Азии. Я эту братию с детства ненавижу.

— Разберешься, говоришь? — подозрительно спросил Вадим. — Но без мокрухи, надеюсь? Сразу предупреждаю — я участвовать в убийстве не согласен. Просто не смогу. Я себя знаю.

— Тут я в курсе, приятель, — пренебрежительно скривил губы метр. — Не волнуйся. Я лишь раскручу чучмека в картишки — и все дела. Было ваше — стало наше! Проще пареной репы, в натуре. Успех акции гарантирован!

— Ты разве шулер? — удивился Вадим.

— У меня масса всяких разных полезных профессий и навыков, даже не сомневайся, приятель.

Обсудив время и место встречи, будущие подельники расстались до назначенного четверга.

Но одну весьма немаловажную деталь своего плана Григорий от частного извозчика благоразумно утаил, а именно: тот факт, что до четверга он обязательно должен успеть вырыть в лесу неподалеку от аэропорта "Кольцово" вместительную глубокую яму. Острая саперная лопатка для этой цели у него была предусмотрительно заготовлена заранее и хранилась рядом, в стенном шкафу.

Приблизившись к автостоянке, троица молодцов в черных кожанках выжидающе-настороженно уставилась на Вадима.

Рыжий вожак привычно сунул руку в боковой карман куртки, нащупывая свой медный "инструмент" с шипами.

— Сегодня кастет не понадобится. Я уже исправился, — стараясь говорить спокойно, заявил частный извозчик, протягивая местным вымогателям червонец баксов. — Такса прежняя, надеюсь?

— Мы не Сбербанк, чтоб постоянно менять правила игры и накалывать клиентов, — ухмыльнулся рыжий, в один момент "приватизировав" зеленую бумажку. — Заруби себе на носу, земляк: мы не подлые кидалы, а частная охрана. Работай спокойно — теперь ты за нами, как за каменной стеной!

Довольно хохотнув, рыжий детина в сопровождении своих подручных потопал дальше, зорко высматривая очередных "клиентов".

С ненавистью глядя на удаляющиеся мощные спины, обтянутые черной кожей, Вадим злорадно подумал: "Очень скоро, сволочи, изгаляться над шоферами перестанете. С вами конкретно разберутся ваши же братья-уголовнички! Клин клином!"

Вскоре Вадиму повезло — в толпе прилетевших ему попался на глаза подходящий чернявый мужик, хорошо одетый и с огромным тюком на плечах. Явный "челнок", в данный момент сильно смахивающий на одногорбого верблюда.

Когда Вадим помогал гостю Екатеринбурга запихивать тюк в багажник "жигуленка", он выяснил, что торговец привез на Урал для реализации партию итальянских колготок.

Вырулив с автостоянки на асфальтовое шоссе, Вадим вынужден был включить фары, так как вечер уже оперативно отдавал бразды правления ночи.

Григорий караулил частное такси на обусловленном месте, но Вадим чуть было не проехал мимо, не сразу узнав метрдотеля в простецком брезентовом плаще, похожем на солдатскую плащ-палатку.

— В город! — коротко бросил водителю Григорий, плюхнувшись на заднее сиденье "жигуленка" рядом с приезжим коммерсантом.

Вадим с любопытством ожидал услышать, как Григорий станет хитро убалтывать смуглого пассажира на карточную игру, но мэтр почему-то продолжал угрюмо молчать.

Вдруг до извозчика донеслись сзади какие-то подозрительные звуки и шорохи, быстро переросшие в задавленный хрип. Все смолкло так же неожиданно, как и началось.

— На развилке сворачивай налево в лес, — глухим, но спокойным голосом распорядился Григорий, щелкнув зажигалкой, чтоб добыть огня для своей сигареты.

Вадим вцепился ледяными пальцами в руль, не смея даже оглянуться. Панический ужас, странно смешанный с каким-то деревянным отупением, сковал его тело и мозг не хуже стальных кандалов.

— Тормози здесь, приятель, — послышался с заднего сидения новый приказ, когда "жигуль", ломая кусты дикого боярышника, выехал на укромную полянку, посередине которой высился холмик свежевырытого глинозема.

Вадим, плохо еще соображая, открыл дверцу и вышел-вывалился из машины. Но, сделав всего пару нетвердых шагов, тут же был вынужден прислониться к капоту, буквально скрюченный в три погибели острыми спазмами в желудке.

— Зачем ты это сделал? Мы так не договаривались! — всхлипнул-простонал он, стараясь не глядеть на деловитую и страшную суету Григория, выволакивавшего труп коммерсанта из салона "жигуленка".

— Мозгляк! — насмешливо оскалился в кривоватой ухмылке Григорий, сталкивая мертвое тело в черную пасть ямы. — Ладно. Сильно не переживай, приятель. Сейчас успокоишься, и все пройдет, гарантия!

На этот раз мэтр говорил чистую правду — ведь лесная яма-могила готовилась им сразу для двух "постояльцев"…

Нежный запах гвоздик будоражил в душе какие-то неясные добрые воспоминания о том благословенном времени, когда мы воспринимаем жизнь как вечный праздник, наивно полагая, что все люди друзья-братья и никто никаких пакостных сюрпризов нам не преподнесет и тем паче — не выстрелит в спину. Воспоминания о счастливой поре детства, короче.

Цыпа неловко топтался у моей кровати, держа в вытянутых лапах букет-охапку красных гвоздик и явно не зная как от них, наконец, отделаться.

— В тумбочке трехлитровая банка с маринованными помидорами есть, — пришел я на помощь молодому соратнику. — Выкинь содержимое и налей туда водицы. Замечательно вместительная ваза получится. Помидоры я все равно не слишком-то уважаю. Огурчики соленые мне больше в кайф.

— Отличная закусь. Я учту это дело, — кивнул Цыпа, скрываясь со стеклянной тарой в кабинетике туалета. В палате "люкс" я лежал в гордом одиночестве. Кроме туалета, здесь имелась даже крохотная душевая комната с сидячей ванной, не говоря уж о таких мелочах, как видеодвойка и холодильник. Больничные специфические "ароматы" не действовали мне на нервы благодаря постоянно работающему кондиционеру, неутомимо освежавшему воздушное пространство комнаты.

В этих апартаментах я отдыхал от дел праведных — и не очень — уже почти неделю, схлопотав при выходе из "Вспомни былое" от неизвестного киллера огнестрельный сюрприз в спину. Контрольный выстрел подонок сделать, к счастью, не успел, тут же буквально выпотрошенный очередью Томиного "Стечкина". Тупорылая "Макаровская" пуля ударила мне в левую лопатку и выдохлась, не сумев преодолеть каких-то миллиметров, оставшихся до сердца.

В этот злополучный час на мне случайно не оказалось бронежилета, который я уже месяц терпеливо таскал на теле, устав от надоедливых увещеваний Цыпы. И вот, по известному вечному закону подлости, стоило лишь мне из-за несносной летней жары "забыть" бронежилет дома, как на тебе — сразу последовала наглая огнестрельная проверка шкуры Монаха на прочность. Но воровской фарт бдительно оказался на стреме и спас меня от неожиданной отправки в Сочи. По всей видимости, негодяй палил из сильно изношенного ствола.