Валерий Галкин - Расплата

— Наталия Ивановна и Владимир Степанович. Надя. Мне не хотелось бы сейчас оправдываться. Я делал все, чтобы Оксана была счастлива. В те тяжелые дни, когда из Москвы приехали наемные убийцы, с целью выдавить из меня десять миллионов долларов…

При этих словах мать и отец Оксаны вздрогнули: Сколько? Сколько?

— Десять миллионов, а если удастся, то и больше. Я ввел режим, по которому никто не имел права выходить с территории нашего городка без охраны. Сразу после завтрака, я уехал. Виллу, где мы живем, круглосуточно охраняют двое полицейских и один наш майор милиции. Оксана никому ничего не сказав, не взяв с собой охрану, пошла сама в магазин. Больше мы ее не видели. Поднятая по тревоге полиция следов ее не нашла. После обеда нам позвонили по ее телефону. Мужской голос сообщил, что искать Оксану бесполезно. Ее в живых нет. Предложил еще раз отдать им деньги. Ночью они совершили нападение на дом, где жил мой отец, Отец был смертельно ранен, но сумел застрелить одного из нападавших потому, что начал стрелять первым. Он застрелил их главаря. Мы подняли полицию двух округов. Обнаружили и окружили их в доме на берегу океана. Без сожаления их расстреляли. Сюда я привез прах моего отца для захоронения в Немирове. Вашу Оксану я любил по- своему. Она замечательный человек. Я разделяю Ваше горе. Все могло бы быть иначе, если бы она послушалась и никуда не ходила. Вот я здесь. С урной праха моего отца. Можете меня судить, но я себя укоряю больше. И эта боль всегда со мной. Давайте помянем Оксану и моего отца. Для каждого из нас это трагедия.

Андрей одним махом выпил виски, как воду. Все последовали его примеру. Дальше Андрею пришлось выслушать всю биографию Оксаны. Как Наталия Ивановна и Владимир Степанович все свое время и все свои средства отдавали Оксаночке. Всю свою жизнь они практически посвятили ей. Иногда это было даже в ущерб младшей дочери, но Наденька на них не обижалась. Как Оксана, забывая о своей семье, заботилась об Андрее. Что в последнее время у нее появились более выгодные предложения работы, но она везде отказывалась. Она посвятила свою жизнь Андрею, но он этого не замечал и не ценил. А ведь она так его любила.

Чем они больше пили, тем более отчетливо у них проскальзывала мысль. «А что мы получим? Как Андрей собирается компенсировать им смерть дочери?»

В конце концов, после выпитого виски, Владимир Степанович, уже полностью захмелевший, высказался при полной поддержке жены:

— Мы потеряли наше сокровище. Дочку, которая могла бы кормить нас всю оставшуюся жизнь. Потеряли из-за тебя. Работала бы она в Виннице, то сейчас была бы жива и здорова. Полная поддержка для нас. Но ее уже нет. И в этом виноват только ты, Андрей. Мы понимаем, что у тебя тоже горе. Ты потерял отца. Но нам от этого не легче. Мы хотим, чтобы ты отдал нам эти две квартиры. Выдал сразу сто тысяч долларов и каждый месяц пожизненно платил нам по две тысяче долларов. Иначе…. Иначе…

— Иначе мы примем меры, и тебе не поздоровится, — добавила его супруга. Судя по внешнему виду Надежды, это выступление ее родителей стало полной неожиданностью. Она покрутила своим пальцем у виска, обращаясь к своим родителям. Они же ждали ответа Андрея.

Андрей в самолете и когда на машине подъезжали к Виннице думал и сам, что он может сделать для родителей Оксаны. Он чувствовал свою вину, что она погибла. Погибла за него и по его вине. Во время последнего приезда Имрана и Раджа, он, по их настоянию, хотел положить на счет Оксаны миллион долларов. Но в связи с событиями последних дней этого не сделал. Но эти деньги ее. Эта квартира ему уже не нужна. Возвращаться сюда он не собирался. Для них такая квартира была голубою мечтой. В одной квартире могут жить они, а в другой Надежда. Но вот сама постановка вопроса Андрея возмутила. Особенно концовка «Если нет, то мы иначе…» И что же вы сделаете, если он в течении двадцати четырех часов попросит покинуть эти квартиры? Прав Юрий Иванович Никитин, «Чем больше будешь давать, тем больше будут повышаться требования. С каждым днем все больше. И предела этому не будет».

Он осмотрел семейство. Такое впечатление, что в ожидании его ответа, они немного протрезвели. Ожидали его реакции. Все-таки придется им устроить отрезвляющий душ.

— Я выслушал ваш ультиматум. Вы не учитываете того, что ультиматумы можно ставить только тогда, когда вы не просто готовы, но и реально можете выполнить свои угрозы. Насрать мне в карман вы реально не можете. Спекулировать светлым именем вашей дочери так откровенно вам не стоит. Вы жили сами по себе, а из Оксаны всю жизнь вытаскивали все, что могли. И никогда, я повторяю — никогда вы ей не помогали. Напоминаю, что Оксана погибла потому, что проигнорировала мои требования. Проявила самостоятельность. Поэтому вы, Наталия Ивановна и Владимир Степанович, завтра до обеда покиньте эту квартиру навсегда. Вход сюда вам строго воспрещен. У вас есть своя квартира, вот там и живите. Надежда остается здесь, если она хочет. Все остальные проблемы я буду обсуждать только с ней. Если вы покинете эту квартиру в течение двух часов, то получите от меня пятнадцать тысяч долларов. Если завтра утром, то пятьсот гривен на дорогу. Вы, Наталия Ивановна уже трижды пытаетесь разговаривать со мной в таком тоне. Но так ничего и не поняли. Мои ответы вас не вразумили. Вы делаете одну и ту же ошибку в четвертый раз. Когда я Вас вижу, то мне хочется сделать для вас что-то хорошее, но после каждой беседы с Вами это желание пропадает. Вы все хорошее не воспринимаете. Решайте. Если вы не уедете, завтра до ужина, то я вас выселю с помощью милиции.

Весь хмель у них прошел. Андрей не стал слушать взаимные упреки, причитания, рыдания. Через шкаф ушел к себе в квартиру. Через десять минут появилась Надя. За эти десять минут он обошел всю квартиру. В его кабинет не заходили, даже для уборки. В его спальне расположилась Надежда. На столике перед зеркалом она разложила свою парфюмерию. Из ящиков его вещи вытащила и забросила на полки в шкафы. В ящиках она распихала свое белье. Постель смята и заправлена кое-как. Куда не ткнешься, везде пыль и не убрано.

— Андрей Михайлович, я дико извиняюсь, что поселилась в вашей спальне. На следующий день после вашего отъезда сюда приехали мои родители. Они хотели сразу занять вашу квартиру, но я их не пустила. Они устроили мне скандал и потребовали, что бы я заселилась к вам или переехала на съемную квартиру. Заявили, что хотят пожить, как люди. В большом городе и в большой квартире. Я понадеялась, что Вы меня ругать не будете. Они узнали, что Вы мне на жизнь и оплату квартиры выделяете тысячу долларов. Потребовали, чтобы я им отдавала по четыреста долларов. С тех денег, что мне остается, я должна еще оплачивать все платежи за квартиры. Они там собираются и ругаются. Дело в том, что они сдали свою квартиру в аренду и получили деньги за полгода вперед. Все деньги уже истратили. Куда на ночь, глядя ехать, они не знают, но желание получить от вас хоть пятнадцать тысяч заставляет перебирать варианты. Они протрезвели полностью. Передают вам свои извинения, и мама рыдает в полный голос. Я все свои вещи сейчас заберу. И еще Павел Олегович вашу машину Туарег не продал, а загнал сюда в гараж. Ключи от машины, гаража и документы я положила в тумбочку у вас в кабинете. В техникум я поступила. Очень хотела Вас увидеть.