Павел Дартс - Крысиная башня-2

Озверев от такой наглости буквально в последний момент, Погар пригрозил было, что откажется от «передачи» и «начинайте дальше с кем хотите!» — но Олег, выбрав момент, шепнул ему, что Толик, мол, «нашёл себе уже недавно новую бабу», и потому, мол, возвращение прежней подруги теперь не является приоритетом, совсем нет; чисто из товарищеских побуждений! А «товарищество» с девкой, «ты ж сам панимаиш!», стоит существенно меньше, нежели постель!

Пагар видно было что не поверил, но, поворчав, вынужден был согласиться на такую неравную замену.

Под это дело пустой, использованный баллон, взятый у Ольги Ивановны, с трудом и не сразу, но всё же, благодаря Мишиным техническим навыкам, наполнили обычной водой; а ленту с патронами — зелёными от окиси, — привёз откуда-то Толик, сообщив, что «это говно» месяц лежало в воде, и веры им теперь никакой.

Спешно отряжённые на новый фронт работ пеоны всю ночь драили ленту и патроны, приводя их внешне во вполне «боевой» вид.

И вот теперь обе стороны рассматривали друг друга в бинокль, настороженно ища признаки подляны.

Подляны, на первый взгляд, не было…

Толик просунулся в приоткрытую боковую дверь микроавтобуса и вытащил оттуда пулемёт Калашникова — без ленты.

Поднял его за ствол прикладом вверх и показал Пагару, разглядывающему их опять в бинокль.

Тот согласно кивнул, скрылся в УАЗике и вывел оттуда девушку — в светлой куртке с капюшоном, джинсах — судя по всему — Белку.

Белка держалась почему-то очень скованно. Стояла возле УАЗика, опустив капюшон на лицо, и лишь кинув взгляд в сторону стоявших по ту сторону моста спасителей. Пагар, обняв её за плечи, что-то втолковывал ей, приблизив лицо к её капюшону…

Толик с Олегом впились взглядами посредством биноклей в происходящее.

— Чё-ттт… чёт-та она не посмотрит даже сюда! — забеспокоился Толик, — Как-то она…

— Да-да… да-да-да… — Олег тоже был озабочен, — Били её, что ли? Лицо не показывает.

— Я им!.. Я им… побью, бля!! — не на шутку возмутился Толик.

— Постой… Куртка — её вроде.

— Да её. Куртка — её. И в джинсах она была. Да.

— Ага. Ну-ну-ну…

Погар ещё о чём-то поговорил с Белкой, похлопал её по плечу, как бы поясняя «Ничего-ничего, скоро будешь дома!», — Белка одной рукой поправила капюшон на голове, — а надо сказать, начавшийся с утра ветерок-позёмка сейчас превратился во вполне себе уже пронзительный порывистый зимний ветер, — помахала наконец-то рукой Толику и Олегу, и обратно скрылась в УАЗике.

Теперь оттуда вылезли двое субьектов в камуфляжах и разгрузках, с автоматами, потоптались возле машины, и стали закуривать, прикрываясь от пронзительного ветра.

— Ну чо, она?

— Она конечно. Ты чо. Ясен пень — она.

— А чо лицо не кажет?

— Ты знаешь, я не удивлюсь, если ей лицо подбили… напоследок. Элеонора — она ведь характерная.

— Характерная… Если у ней хоть синяк будет, я им…

— Успокойся. Вернее, продолжай психовать — по сюжету это нормально, — но держи себя в руках и помни о сценарии.

— Помню я, помню всё!..

— Вот. Если всё пройдёт как наметили — будешь вполне отомщён. И Белка. И я. И вообще — Башня.

— Эх, скорее бы! Ну, что он там тащится??

Олег подошёл к джипу, у которого было приспущено чуть стекло на задней правой двери, откашдялся.

— Ну чо там, как Белка? — послышался изнутри приглушенный голос Сергея.

— Нормально всё, показали. Пагар сюда идёт, приготовься, — и вновь отошёл к брату.

Пагар в сопровождении мужика, вылезшего из-за руля его щегольского авто — явно пеон, или водитель, или и то и другое сразу, одетого в поношенное, но крепкое пальто, и в самом деле направился через мост к ним.

Вот они миновали уже середину моста, где металлические перила были все увешаны разнокалиберными навесными замками, — свидетельствами «брака навек» прежних мувских молодожёнов, — и направились к ним.

— Чо за дела?? — возмущённо встретил претензией Толик посредника, — Почему девчонку так мельком показали? А может это и не она??

Пагар изумлённо пожал плечами:

— А кто ж тогда?.. Не, ну вы даёте. Мы привезли, предъявили вам… что ж нам, её вам как ещё предъявлять??

И добавил уже тоже в свою очередь возмущённо:

— Хотите — я сейчас вернусь, и опять её выведу — продемонстрирую: в фас, в профиль… раком пусть встанет, если в этом ракурсе вы её легче узнаёте! — съязвил он напоследок.

Олег вообще заметил, что посредник не на шутку нервничает — не иначе вся его бравада о «десятках успешно проведённых сделок» не более чем болтовня, и он просто трусит, когда обмен вступил в свою завершающую, а значит и самую опасную фазу.

— Ты у меня сейчас сам тут раком встанешь!! — рыкнул Толик, хватая того за отворот курточки.

— Толя, Толя!.. — предостерегающе Олег.

— Ну… извините! — поправился Пагар, — Виноват, схамил. Но вы меня тоже понять должны… — обращаясь к Олегу, произнёс тот примирительным тоном, — Ваш брат, знаете ли!.. эта рвущаяся наружу неадекватность!.. У меня у самого нервы на пределе — я на этой сделке чисто на здоровье теряю больше, чем приобретаю!..

«— ты даже не представляешь ещё сколько ты теряешь!.». — подумал Олег, встретившись взглядом с братом, и поняв, что тот подумал то же самое.

Ослабив хватку, Толик дал высвободиться посреднику.

— Чо Элеонора такая зажатая?? Обижали что ли её??

— Зажатая… Ваша Элеонора-Белка весьма раскованная девушка — в хорошем, конечно смысле! — взялся пояснять Пагар, — Вы сами видели на фото — с ней всё в порядке! Но… у нас… то есть там, где она содержалась — не курорт, конечно, вы же понимаете… Простудилась второго дня. Вот и кутается, старается на холоде не стоять. Но ничего страшного — только что чуть кашляет. Вернётся домой, в Башню, — малины вы ей там, с горячим чаем, лимонного сока, парацетомола — будет как новенькая! Есть у вас, надеюсь, парацетомол? Если нет, я мог бы…

— Да заглохни ты уже! — психанул Толик, — есть, есть у нас парацетомол; и вообще много чего есть! Задолбал ты уже! — забирай своё барахло и веди сюда Белку, посредник чёртов!!

Пагар тяжело вздохнул, как бы демонстрируя свою тяжкую долю; и как он идёт навстречу несмотря на все наезды, и предложил «посмотреть обменный фонд». Олег провёл его, показал, в то время как Толик нехорошим взглядом сверлил пришедшего с ним субьекта, от чего тот зябко кутался в пальто и начинал уже понемногу дрожать. Явно работяга, да. Незавидна его доля.

«Обменный фонд» оказался в порядке: Жексон, напросившийся с ними в этот раз на «передачу», «чтоб развеяться — а то от этих хаттабок уже голова кружится!» выкатил из салона микроавтобуса газовый баллон и выставил коробку с пулемётной лентой.