Александр Шувалов - Чистодел

Слишком много их было, стран, городов и улиц. Интерес к ним у него давно потерялся. Да и не до того было. Есть о чем задуматься, когда все взятые вершины уже за спиной, а впереди только финишная прямая, упирающаяся, разумеется, в кладбище. Например, о том, какой он был болван, когда принял предложение весьма уважаемых людей и согласился поучаствовать во всем этом.

Этот неглупый человек очень скоро разобрался, что к чему, и понял, что выйти живым из этой истории будет ой как трудновато. Вот только сдавать назад уже было поздно.

С тех пор постоянно ломал голову над тем, как же все-таки ему выкрутиться из этой ситуации. Ведь выход есть всегда. «Трудновато» совсем не обязательно означает «невозможно». Все решится завтра. Сработать необходимо будет максимально эффективно и предельно неожиданно. Сразу для всех.

Тиха украинская ночь, тут классик, безусловно, прав. А еще прекрасна. Только раннее утро все равно приятнее, особенно летом.

Чем, спросите? Да хотя бы прохладой и свежестью. С каким удовольствием воспел бы я его, непременно в рифму, ямбом с хореем, вошел вслед за Александром Сергеевичем в умы сограждан и школьные хрестоматии, да боженька на талант поскупился.

Город, измученный июльским зноем, крепко спал под негромкий щебет птичек, наслаждаясь недолгой прохладой. Затих и дом, старенькая пятиэтажная хрущевка на перекрестке Стадионной улицы и Воздухофлотского проспекта, совершенно безлюдных в такую рань.

Какой-то на удивление ловкий гражданин с изящной легкостью обезьяны, карабкающейся по веткам, поднялся по стене на балкон второго этажа с той стороны дома, которая почти вплотную примыкала к бетонному забору войсковой части. Гражданина подобное соседство, как видно, совершенно не пугало. Он явно не верил в то, что бдительный часовой его обнаружит и поднимет тревогу. Тут же взметнется в ружье караул, заревут моторы мощной бронетехники, в воздухе зашелестят лопастями вертолеты, а посреди Днепра всплывет пара атомных подводных лодок, вооруженных стратегическими ракетами.

Этот ловкач был абсолютно прав. В наше время на территории бывшего Союза нет более мирного, я бы даже сказал, безобидного и беззащитного учреждения, нежели какое угодно военное.

Неизвестный субъект меж тем перебрался с балкона второго этажа на третий. Остановился у наполовину открытой двери, ведущей в комнату, и прислушался. Потом он достал из набедренного кармана ствол с глушителем и тихо, как бестелесный призрак, просочился вовнутрь, умудрившись при этом не задеть кастрюлю, поставленную в дверях кверху донышком, и эмалированную кружку, водруженную на нее.

Отставному следователю Толе заслуженно или не совсем, но повезло. Он умер во сне, быстро и почти безболезненно. Наверное, несколько раньше срока, хотя кто знает, когда должно наступить это самое твое время.

Костя что-то почувствовал, но только и успел, что сунуть руку под подушку. Неизвестный субъект, появившийся в дверях, на удивление быстро и точно выстрелил навскидку. Совершенно из другого пистолета, что интересно.

Квартиру, ставшую местом преступления, он покинул уже нормальным способом, то есть через дверь. Ничего с собой не прихватил, напротив, гильзы и оба орудия убийства оставил там, предварительно дав покойникам подержаться за их рукоятки.

Поступив таким вот образом, убийца в меру собственной испорченности поиздевался над компетентными органами, представители которых очень скоро – при такой-то жаре! – вслед за мухами слетятся на запах. Или, наоборот, дал им подсказку. Дескать, прибыли в Киев кляты москали, остановились на ночь, горилки выпили, слегка закусили, а потом на почве внезапно возникших неприязненных отношений выпустили друг в друга по пуле. После этого они окончательно рассорились и разошлись.

Один из них, получивший девять граммов в затылок, отправился в гостиную, прилег там на диван и помер. Второй словил пулю в переносицу, потом ушел в спальню и с комфортом окочурился на широкой кровати под простынкой. Москали, в общем, что с них взять.

Вы скажете, что это дурь несусветная, да? А вот и нет. Даже напротив. Преступление, грамотно раскрытое по горячим следам или свежей вони. Это если в мелочи особо не вдаваться и правильно оформить протокол.

С мышками-наружками вопрос действительно был решен вполне себе мирно. В их машину, стоящую в укромном месте, подсели двое серьезных джентльменов. Они популярно объяснили экипажу, что работа закончена, можно и даже нужно возвращаться на базу.

Спорить с ними никто не стал. Это в кино сотрудники наружного наблюдения вырубают кого ни попадя хитрыми приемчиками да метко стреляют во все, что движется. На самом же деле им даже оружие не положено.

В задачи наружников, разведчиков, как их еще называют, входит исключительно слежка и ничего, кроме нее. Не такая уж и простая, между прочим, работа. Поэтому настоящий профессионал такого профиля стоит на рынке специфических услуг подороже, чем сразу несколько отморозков со стволами.

Среди членов экипажа машины боевой, несших службу у гостиницы «Лыбедь», ни дураков, ни героев не оказалось. Они внимательно выслушали то, что им было сказано, понятливо кивнули, завели мотор и отчалили восвояси.

Цирк сгорел, клоуны разбежались. Футбольный чемпионат завершился, и болельщики разъехались по домам. Однако не все. В Киеве до сих пор можно встретить стайки по-детски веселых и перманентно пьяных шведов. Хоть и в шлемах с рогами, однако же абсолютно мирных и ужасно милых.

Такое впечатление, что всю воинственность и агрессию, отпущенную им свыше, эти потомки викингов полностью растратили еще во время предыдущего заезда на Украину. Под Полтаву, триста с лишним лет назад. Ребятам, видимо, абсолютно по барабану, что европейское первенство завершилось, а их команда успешно обделалась.

Главное, что Киев по-прежнему стоит там же, где и тысячу лет назад. Кабаков в нем меньше не стало. В каждом из них полным-полно классного и недорогого пойла, а на улицах не протолкнуться от умопомрачительно красивых девчонок. А потому праздник продолжается.

Я спустился с пятнадцатого этажа в холл и чинно проследовал к выходу мимо колоритного персонажа, ставшего за эти дни почти родным. Он вольготно раскинулся на светло-коричневом диванчике и бросал на меня поверх газеты взгляды кинжальной остроты. Шикарный тип, один раз увидишь и до деревянного бушлата не забудешь. Рыжий как апельсин, морда похожа на задницу и шрам над верхней губой. Причем не сабельный, а от скальпеля. Бедняга ко всему прочему появился на свет с заячьей губой.