Виктор Доценко - Икона для Бешеного

Также упоминается храм Святого Иринея, — задумчиво произнесла Людмила. — Есть такой храм в Москве, где‑то на Солянке, неподалеку от Китай–города…

Значит, надо мне туда наведаться, — подытожил частный сыщик и встал.

Не торопитесь, Константин, — странным голосом произнесла вдова.

Она подняла голову и посмотрела ему прямо в глаза. Затем плавным движением руки пододвинула в его сторону сверкающую стопку драгоценностей.

Не вздумайте мне возражать, когда выслушаете до конца. Все это, — она накрыла драгоценности ладонью, — мне не принадлежит, потому что я так и не получила этот подарок от мужа. Он не успел…

Прекрасные глаза Людмилы вновь наполнились слезами, но она сдержалась и окрепшим голосом продолжила:

— Назначение этих красивых штучек — помочь выяснить все обстоятельства гибели моего мужа. А заодно — пролить свет на историю с иконой, Арнольдом Критским и ватиканской монашкой. На первые расходы вам должно хватить. Когда мы сумеем добраться до моего дома, я заберу из сейфа то, что принадлежит мне по праву. Вы даже не представляете, наследницей каких богатств я являюсь…

Икс, как обычно, собрал свой штаб на государственной даче в поселке Жуковка по Рублевскому шоссе, где еще со времен Сталина селились самые высокие руководители СССР.

Если бы Широши оказался там, то узрел бы всех своих бывших семинаристов: Хрюшу, Питона, Крысу, Макаку, а также персонаж по прозвищу Палочка, который в семинаре не состоял, поскольку отличался фантастической наглостью и самонадеянностью, полагая, что и так знает все, что ему нужно.

В обществе Ивана Икс вел себя с некоторой подобострастностью и уж во всяком случае всегда вежливо, зато и своем кругу он был груб, нетерпим и пользовался непререкаемым авторитетом. Что было логично, ибо он отличался изобретательностью, богатством и жестокостью.

Все расселись вокруг большого стола, приготовили блокноты и ручки. Таково было правило — не пропустить и записать все гениальные суждения и соображения признанного лидера.

Благополучно доставленного на дачу Карасева Икс усадил рядом с собой, но никому не представил, точно также, как Иван не представил Иксу Лайна.

— Ну что, братцы, мы так и будем спокойно и безропотно наблюдать за планомерным удушением молодой российской демократии? — вопросил Икс товарищей по клану.

Воцарилось неловкое молчание. К сожалению, никто из собравшихся не мог причислить себя к идейным демократам, готовым сломя голову рвануть на баррикады, чтобы ее, эту самую демократию, до последней капли крови защищать.

Давние уроки Широши, открывшего им премудрости капиталистической экономики, явно не прошли зря. Все присутствовавшие возглавляли различные процветающие компании, банки, фонды и научные институты. Они все были если и не богатыми по западным меркам людьми, то уж точно вполне обеспеченными. Достигнув во время президентства Ельцина прочного общественного положения и солидных материальных благ, эти мужчины средних лет вовсе не собирались что‑либо штурмовать. Их внутренняя установка не простиралась дальше скромной цели — сохранить и приумножить не всегда праведным путем добытое.

Глубокомысленные и стилистически отточенные пассажи о свободе слова и правах человека оставались для прессы и телевидения. Все они с удовольствием давали интервью, окружая себя своего рода дымовой завесой, которая позволяла выглядеть честными борцами за некие принципы. Но вот борцами‑то они никогда и не были.

Зная всех собравшихся не один год, Икс свою команду не переоценивал. Ребята неглупые и хорошо образованные. Но не богатыри и даже не бойцы. Рисковать они всегда предпочитали из‑за чьей‑нибудь спины — Ельцина и самого Икса. А теперь, поскольку в поле зрения никакой могучей спины не проглядывалось, самым разумным было сидеть тихо и не высовываться, а то и последнее отберут…

Оглядев помрачневшие лица соратников, Икс вспомнил с детства запавшие в глубины памяти строки Корнея Чуковского:

И, не раздумывая, процитировал их.

Ты, как всегда, прав, — угрюмо согласился Питон.

Но моя правота еще не веский повод сидеть сложа руки, — зло припечатал его Икс.

Хрюша засопел и по чмокал губами. Всегда кичившийся своей образованностью Крыса заявил:

Китайская мудрость гласит: «Надо сидеть на пороге своего дома и спокойно дожидаться, когда мимо пронесут труп твоего врага».

Тебе, крысиное отродье, самое место в тюрьме, — саркастически бросил персонаж, именуемый Палочкой. — Надо, братцы, поскорее рвать когти из той дыры под названием Россия и перебираться на цивилизованный Запад.

Пока вы все будете рвать когти здесь, — угрожающе сказал Икс, — не санкционированный мной отъезд на Запад будет рассматриваться как дезертирство с поля боя. Стоит мне только намекнуть, каким образом вы приобрели свои капиталы, в том числе и переведенные в западные и иные банки, так вам там в приличном обществе руки никто не подаст, а денежки ваши безо всякого суда конфискуют в пользу государства. Забыли, скоты неблагодарные, благодаря кому вы стали богатыми и известными?

Они ничего не забыли и знали, что полностью зависят от вожака и что тот шутить не будет.

В свою очередь Икс не сомневался в том, что они выполнят любой его приказ. Но ему хотелось поиграть в демократию и немного расшевелить этих достаточно молодых, но уже в прямом и переносном смысле разжиревших людей.

Икс сознательно взял паузу. Пусть немного подрожат от страха. Им полезно.

Правды им сказать он не мог. Какая за ним стоит могучая и безжалостная сила, они не догадывались. Или кое‑кто все‑таки подозревал? Во всемогуществе Ивана, особенно в политических и финансовых сферах, Икс убеждался неоднократно в годы правления Ельцина. Все шло именно так, как и планировал Иван, — приватизация, финансовые кризисы и дефолты. Иван сделал проводником политики Совета в России именно его, Икса, и более того, почти всегда шел навстречу его пожеланиям. В результате Икс стал очень богатой и влиятельной фигурой в мировой политике, независимо от конкретных административных постов, которые занимал в России.

Он доказал Ивану свою полезность прежде всего потому, что находил людей, готовых идти за ним до конца, умел убеждать самых разных политиков и бизнесменов. Иногда даже строптивого и непредсказуемого Ельцина.

В те годы у Икса не было серьезного оппонента в России, но теперь ситуация намного усложнилась. От него требовалось бросить вызов самому популярному политику страны — Президенту Путину. С кем ему идти в этот тяжелый и изнурительный бой? Рать ученых и дрессированных казнокрадов, которую он сам выпестовал, к серьезной борьбе никак не годилась… А другой у него просто не было.