Виктор Доценко - Икона для Бешеного

Однако нечего скрывать, руки у Савелия чесались.

И он занялся детальным планированием операции. Ясно, что любое проникновение в дом, принадлежащий немецкому благотворительному Фонду, по крайней мере, на этой стадии исключалось. Любой ущерб, нанесенный дому и его обитателям, грозил международным скандалом огромных размеров, что только укрепило бы в глазах мировой общественности репутацию России как страны беспредельного бандитизма.

Следовало рассмотреть иные варианты. Иван при всей своей осторожности ездил по Москве. К примеру, Широши говорил, что всякий раз по приезде на свою бывшую родину он обязательно навещает Эльзевиру Готфридовну. Таким шансом было бы грех не воспользоваться.

Словно читая его мысли, она сказала с легкой усмешкой:

— Человек, о котором вам рассказывал Феликс, уже в Москве и в ближайшие дни нанесет мне визит.

Почему вы в этом уверены? — спросил Бешеный.

Он уже много лет с усердием, достойным лучшего применения, приходит ко мне с одной и той же просьбой, в которой я ему регулярно отказываю. Но он человек целеустремленный и упорный. А я, как и многие слабые женщины, упряма. В общем, нашла коса на камень.

Значит, вы этого человека хорошо знаете? — не отставал Савелий.

Как теперь принято говорить, более чем, — строго сказала Эльзевира. — Он, безусловно, человек неординарный, даже можно назвать его выдающимся, но я его терпеть не могу.

Почему?

Вообразил себя Властелином мира, забыв о том, что еще Шекспир писал: власть — это прежде всего ответственность. А он и его приятели, обретя безграничную власть, впали в странное мечтательное состояние — власть для них превратилась в абсолют, а не в служение. Я долго думала об этих вещах — о власти, народе и демократии, но вам вряд ли могут быть интересны мнения старой, ничего не понимающей в происходящем женщины.

Мне интересно все, что вы рассказываете, — искренне признался Савелий.

Тогда как‑нибудь в другой раз я поделюсь с вами своими наивными соображениями.

На том они и расстались. Савелий позвонил Константину и попросил его с помощью Андрея Ростовского организовать пару крепких ребят. У Бешеного в голове созрел некий план устранения Ивана, при котором все заинтересованные лица оставались в стороне, а само происшествие выглядело бы как чистая случайность.

Эльзевира не ошиблась. Иван объявился, не запылился. Как истинный джентльмен, он позвонил за три дня и вежливо попросил аудиенции, что дало возможность Бешеному заранее встретиться с боевиками Ростовского и дать им точные инструкции и задаток в сумме пяти тысяч долларов. На первую встречу боевики приехали на метро, что вызвало их недоумение. Однако на этом настоял Савелий, который соблюдал максимальную осторожность. Но в намеченный для операции день они обещали прибыть на джипе «Мерседес–Гелендваген» с затемненными стеклами. Это Савелия устроило.

Бешеному повезло и в том, что окно его комнаты выходило прямо на подъезд, где по логике должны были остановиться машины Ивана и его охраны. Боевикам же было предписано караулить за углом дома. Бешеный специально купил новый мобильник, чтобы связываться с боевиками, а потом его выбросить.

Все было готово к встрече Ивана.

Рокотов собрался было уходить, когда в дверях квартиры тети Саломеи появилась Джулия. По договоренности с Константином они находились в квартире посменно в дневное время. На ночь оставляли Людмилу одну, удостоверившись, что она заперла дверь на все засовы.

Детектив не стал рассказывать Джулии подробности расшифровки таинственного «списка», предоставив двум женщинам возможность прояснить все самим.

Людмила, — сказал Константин, — Джулии вы можете доверять, как мне.

С этими словами он вышел. Его путь лежал в сторону храма Святого Иринея. Он понятия не имел о том, что будет там делать. Усаживаясь в машину, решил: приеду, осмотрюсь, а там будь что будет. По дороге на Солянку Рокотов пытался по памяти восстановить все, что знает о церквах и богослужениях, чтобы невзначай не сморозить глупость и не отпугнуть от себя прихожан и священников.

Мне все еще не дает покоя эта странная папка с документами, — сказала Джулия. — Столько вокруг нее страстей разыгралось, столько людей погибло… За что? Что же такое может в ней находиться, что не дает покоя самым отпетым бандитам Москвы?

Мы пытались разобраться с документами, — сообщила Людмила. — Дело сложное. Текст одного любопытного старинного списка оказался на старославянском языке. Я с ним знакома, даже статью написала несколько лет назад для журнала, в котором Грегор был одним из членов редсовета.

Вам пригодились ваши знания?

Не очень, — вздохнула Людмила. — Если бы не Константин, боюсь, так бы мы и не знали, с чего начать расследование.

Константин — очень толковый детектив, — поддержала Джулия репутацию своего печального начальника. — Он обладает бесценным даром. Кроме удивительной способности общаться с людьми из самых разных социальных слоев, Костик отличатся поистине феноменальной интуицией.

Эта интуиция ему и помогла, — отозвалась Людмила. — Едва ли я смогла бы догадаться, что простой листок бумаги с парой колонок цифр является ключом к зашифрованному тексту.

Джулия нисколько не сомневалась в способностях своего другой Но ей показалось, что в голосе собеседницы прозвучали какие‑то особые нотки. Вероятно, предположила Джулия, Константин ей просто понравился. Неудивительно: редкая женщина не бросится на шею своему спасителю, который вытащил ее из кровавой передряги. Возможно, Людмила сама еще не полностью осознала то, что Рокотов стал для нее «особым» человеком. В ней сохранились любовь и уважение к покойному мужу. Требовалось время, чтобы одно чувство притупилось, а другое — вспыхнуло с новой силой.

Джулия видела замешательство Людмилы и предложила ей верное средство от плохого настроения:

— А не пройтись ли нам по магазинам? Соединим приятное с полезным: купим, что тебе необходимо, заодно и воздухом свежим подышим.

Людмиле, которая очень скучала по свободе, идея сначала понравилась, но потом она высказала сомнение:

— А как же запрет Константина? Он ведь строго- настрого приказал мне не покидать квартиру…

Я думаю, что главная опасность миновала, — предположила Джулия. — Едва ли сейчас милиция и бандиты прочесывают город с твоими фотографиями в руках. К тому же здесь все рядом: магазин, парк…

Ну если только на полчасика… — все еще колебалась Людмила.

Купим фрукты, шоколад и пирожные, — искушала Джулия Людмилу, — выберем бутылочку хорошего вина. Устроим девичник. В конце концов, мы — две красивые женщины, вместе прошедшие огонь, воду и медные трубы. Мы заслужили маленький праздник!