Сергей Кулаков - Напарник

– То есть я во всем виноват? – набычившись, спросил Слепцов.

– Я этого не говорил, товарищ генерал, – возразил Дубинин. – Я лишь хотел сказать, что исчезновение Морозова не было неожиданностью.

– Спасибо за уточнение, – язвительно сказал Слепцов. – А то я уж совсем почувствовал себя преступником.

Он помолчал, барабаня пальцами по столу.

– Вы полагаете, Морозов пропал навсегда?

Какая-то тень омрачила на миг твердое, точно вырезанное из дерева, лицо Дубинина. Впрочем, она тут же исчезла. Подполковник всегда отлично владел собой.

– Я так не думаю, товарищ генерал, – ответил он, немного подумав.

– Гм. А что вы думаете?

– Морозов работает.

– Работает, – повторил Слепцов. – Хорошо, коли так. А если нет?

Его очки требовательно уставились на Дубинина.

– Если нет, тогда Крохин убил его, – четко выговорил подполковник.

Слепцов вздрогнул.

– Однако, – сказал он, – как легко вы это произнесли. Я думал, вы с Морозовым друзья.

Дубинин молчал, глядя на золотую оправу шефа. Но было в его взгляде что-то такое, от чего Слепцов невольно смутился.

– Ладно, – сказал он ворчливо. – Рано хоронить. Зная Морозова, я не удивлюсь, если он объявится только через неделю.

Слабая улыбка тронула губы Дубинина.

– Он объявится, товарищ генерал.

Слепцов махнул пухлой ладонью.

– Идите вы… подполковник. Свободны. Пока.

И когда Дубинин вышел, он подошел к шкафу и достал из него плоскую початую бутылку с коньяком.

– Я слушаю, господин Председатель, – сказал Советник, когда его секретарь вышел из кабинета.

На этот мобильный телефон ему звонил только один человек, поэтому ему не надо было гадать, кто его собеседник. Получив звонок на этот телефон, он удалял из кабинета всех посторонних и следил, чтобы дверь тщательно закрывалась.

– Доброе утро, господин Советник, – послышался голос Председателя.

– Доброе утро, господин Председатель.

– Буду краток. Меня интересует, как идут дела с поиском наших недоброжелателей?

– Идут успешно, господин Председатель, – ответил Советник.

– Рад это слышать. Могу я узнать, когда с этой проблемой будет покончено?

– Завтра, господин Председатель.

– Неплохо, господин Советник.

Советник немного подумал.

– Во всяком случае, именно такой срок указал мой человек, – осторожно прибавил он.

– Да, я понимаю, – неторопливо выговорил Председатель. – Будем надеяться, что вы не ошиблись в выборе исполнителя.

– Да, господин Председатель.

– Хорошо. Подождем до завтра. Если все будет так, как вы сказали, предлагаю в ближайшем будущем собраться еще раз.

– Есть вопросы?

– Есть, господин Советник.

– Когда, господин Председатель?

– Точную дату я укажу вам дополнительно.

– Вас понял.

– В таком случае желаю вам удачи, господин Советник.

– Благодарю вас, господин Председатель. Всего хорошего.

Линия разъединилась.

Советник спрятал телефон в стол и вызвал своего секретаря.

– Ну вот, кажется, он приходит в себя, – услыхал Роман чей-то незнакомый голос.

Он открыл глаза и увидел стоящего над ним человека с бородкой и в белом халате. Человек весело смотрел на него, доброжелательно улыбаясь и подмигивая, как улыбаются и подмигивают врачи, когда хотят ободрить особо тяжелого пациента. Рядом с ним стояла медсестра, миловидная толстушка в таком сексапильном халатике, что Роман сразу ощутил прилив жизненных сил.

Он лежал в больничной палате. Маленькой, зато одноместной, что вполне его устраивало. К его руке тянулась трубка от капельницы, вместо своей одежды он увидал на себе голубую фланелевую пижаму в цветочек. Полицейских в палате не было, но он подозревал, что они находятся неподалеку.

– Как вы себя чувствуете? – спросил врач.

– Кажется, нормально, – ответил Роман.

– Я доктор Леблан. Это сестра Клодин. Позвольте узнать, как зовут вас?

Роман наморщил лоб.

– Подождите… Э-э… Сейчас.

– Ничего, ничего, – поднял в успокоительном жесте ладонь доктор Леблан. – Не торопитесь. У вас сильный ушиб черепа, наверняка есть сотрясение. Поэтому не стоит слишком сильно напрягаться. Кроме того, у вас повреждено левое ухо.

Роман поднял руку, нащупал толстый марлевый тампон на своем многострадальном ухе. Кроме того, голова была перемотана бинтами, видимо, из-за ссадины, которую он получил при падении на пол. Наверное, со стороны он выглядел довольно жалким. Впрочем, это ему пока и нужно было.

– Ничего страшного, – пояснил доктор. – Пока вы находились без сознания, я посмотрел и обработал рану. Повреждена барабанная перепонка, но скоро она заживет. Все остальное в порядке. Так что слух вы не потеряете, не беспокойтесь.

– Спасибо, доктор.

– Вам лучше поспать, – нежным голоском сказала Клодин. – Вы так измотаны.

Она поправила одеяло на груди Романа.

– Merсi, – пробормотал Роман.

– Ну что вы, – отозвалась Клодин.

– Скажите, где я нахожусь?

– Это местечко Лизир.

– Где это?

– Совсем рядом с Тулоном. Вы разве не помните, как вы оказались в наших краях?

– Нет, – покачал головой Роман. – Совсем не помню.

– И не помните, откуда вы ехали? – пытала Клодин, просто-таки сгорая от любопытства.

– Вы пока отдыхайте, – перебил доктор свою не в меру разговорчивую подчиненную. – И попытайтесь вспомнить, как вас зовут. А также то, есть ли у вас медицинская страховка.

– Я надеюсь, что есть, – ответил Роман.

– Я тоже на это надеюсь. Кстати, с вами желает поговорить господин из полиции. Пока вы были без сознания, я не позволял ему вас беспокоить. Но сейчас, мне кажется, вы в состоянии разговаривать.

– Если это необходимо, я готов.

– Хорошо, я ему скажу. Клодин, идемте.

Медсестра, ласково улыбнувшись Роману, вслед за доктором вышла из палаты.

Через минуту в нее вошел высокий мужчина в строгом, изрядно поношенном костюме. Его глаза как буравчики вонзились в Романа. Так и казалось, что он сейчас вытащит из кармана наручники.

– Добрый день. Я инспектор Бретон. Разрешите узнать ваше имя?

Роман только усмехнулся про себя. Коряво работаете, господин инспектор. Доктор Леблан поди известил о потере памяти у пациента. Так что мягче надо быть к больному, предупредительнее.

Он снова старательно наморщил лоб.

– Я не помню… Кажется, Джон.

– Джон! – воскликнул инспектор.

Он придвинул табурет к кровати и сел так, чтобы видеть лицо Романа.

– Вы позволите? Это просто разговор.

– Конечно, инспектор.

Тот достал блокнот и ручку.

– Значит, вас зовут Джон?

– Да. Может быть. Хотя я не уверен.

– То есть? Вы не уверены в своем имени?

– Нет, я не уверен, что помню его правильно. Кажется, Джоном зовут моего брата.