Иван Стрельцов - Морской закон

Проверив оружие, бывший морпех вставил на место панель, а «трубку» поставил на подзарядку. Стреляющее устройство приводилось в действие от электричества, поэтому аккумулятор должен быть всегда заряжен.

Как ни пытался Виктор, но собраться с мыслями и сосредоточиться не получалось, всему виной был переизбыток адреналина в крови, он всегда приходил в неистовое возбуждение перед боевой операцией.

Немного побродив бесцельно по номеру, Савченко вышел на балкон и, оперевшись на перила, стал смотреть на залитый огнями раскинувшийся внизу город. Переливающиеся разноцветные огни завораживали его внимание. Смотреть на их игру он мог бесконечно долго, но его внимание привлек аромат ментоловых сигарет.

Глянув на соседний балкон, Виктор увидел свою новую подругу. Молодая женщина была в длинном шелковом халате, ее волосы красиво падали на хрупкие плечи.

– Привет, – первой поздоровалась Алена, стряхивая указательным пальцем пепел с сигареты.

– Привет, – ответил Савченко. Совершенно забыв об огнях большого города, при виде женщины он испытал сильное желание. Даже нервное возбуждение прошло. – Зайдешь сегодня?

– Нет, – улыбнулась женщина, покачав головой. – Завтра тебя ожидает тяжелый день, а все остальное не уйдет от нас и потом.

– Я понял, – Виктор опустил голову. – Ну, тогда спокойной ночи.

– Пока, – донесся ответ.

Приняв холодный душ, Савченко рухнул в постель и, закрыв глаза, попытался заснуть. Постепенно мысли завертелись в стремительном хороводе, который несколько минут спустя унес его в черноту бесконечности, и Виктор провалился в глубокий крепкий сон…

Проснулся он от негромкого стука в дверь; поспешно вскочив с постели, Савченко прошел в холл и открыл дверь, впуская в номер Назир Шаха.

– Наше время, – тихо по-русски произнес следователь. – Быстро собирайся и выходи через служебный ход. Мы будем ждать тебя внизу.

Настроение у комиссара криминальной полиции весь день было приподнятым. «Дело» о взрыве у центральной мечети шло к своему логическому завершению. Предварительные служебные слушания прошли без заминок, правда, один из русских арестантов пытался со скамьи подсудимых качать права, но его никто не стал слушать. Консула его люди достаточно напугали фразой, что за разбирательством наблюдает лично султан.

Пока раскручивалось колесо судебной процедуры, Абуала Малик начал не спеша завершать все дела по своему ведомству. В мыслях комиссар уже сидел в авиалайнере, уносящем его под пальмы Майами, во влажный жаркий климат с полуголыми длинноногими бабенками, что в родном султанате было в дефиците.

Полицейский автомобиль подъехал к комиссарской усадьбе, фары едва успели мигнуть, как ворота тут же распахнулись.

Слуги, как обычно, встречали комиссара на входе в дом, хорошо вышколенные, они были готовы в любое время дня и ночи выполнить любое желание хозяина.

– Приготовьте мне прохладную ванну, – снимая подмышечную кобуру с пистолетом, распорядился Малик, направляясь в свою комнату.

Слуги покорно направились выполнять распоряжение хозяина, наполнять ванну, готовить белье. Это было последнее, что они могли сделать для него.

Появившийся из темноты быстрый Скорпион нанес удар обрезком трубы, наполненной песком, в основание черепа одного из слуг, второму Кобра проломил височную кость кастетом.

Затем боевики забросили трупы на дно ванной, выполненной в форме гигантской раковины, вода окрасилась в алый цвет.

Накинув легкий халат, Малик устало прошел в ванную. Все его мысли по-прежнему были заняты предстоящим отдыхом на берегу Мексиканского залива, даже мелькнула мысль взять с собой грудастую длинноногую блондинку, а лучше двух, и отправиться с ними в круиз по островам Карибского бассейна.

«Были бы деньги, а как потратить, это уже не вопрос», – сам себе улыбнулся комиссар, он был настолько занят своими мыслями, что не обратил внимания на долгое отсутствие слуг. За что и поплатился.

До ванной комнаты оставалось несколько метров, когда на него накинулись двое боевиков. Скорпион рухнул под ноги полицейскому, а Кобра, оказавшись за спиной комиссара, ухватил его за плечи и рванул шелковистую ткань халата вниз, таким образом сковывая движения Абуалы.

Все трое повалились на пол и закувыркались в борьбе. Сперва комиссар пытался отчаянно вырваться, но слишком неравны были силы. Сообразив, что самому не освободиться, Малик попытался закричать, но и тут опоздал. Едва полицейский раскрыл рот, Кобра затолкал в него кусок шелка, вырванный из его же халата.

Наконец боевики одолели Малика, завалив его на живот, вывернули руки за спину, затянули на запястьях пластиковые наручники. Чтобы комиссар не особо трепыхался, Скорпион не очень сильно приложился кулаком к его затылку. Абуала Малик тут же обмяк. Его усадили в кресло, Кобра достал прямоугольную коробочку – короткоимпульсный передатчик. Назир Шах соблюдал полную секретность при проведении операции, поэтому строго-настрого запретил пользоваться мобильными телефонами.

– Шакал в капкане, – доложил Кобра и услышал ответ:

– Принял, выезжаем.

Голос следователя звучал неестественно из динамика, но механическая информация, выходящая в эфир, автоматически кодировалась, а в приемнике также расшифровывалась…

Черный минивэн подкатил к усадьбе через сорок минут. Услышав звук подъехавшей машины, Скорпион включил электродвигатель, отворяющий ворота.

– Где он? – спросил Назир Шах, выбравшись из салона автомобиля.

– В холле, – указал боевик.

– Значит, к разговору готов, – довольным голосом произнес следователь, вынимая из салона чемоданчик со спецсредствами. Глянув на замершего рядом Савченко, напомнил: – Маску надень, и действуем, как договорились. Главное, вывести его из себя, чтобы комиссар от страха не мог сопротивляться. Нужно сломать его психологическую защиту.

– Все будет в лучшем виде, – натягивая на лицо черную маску, заверил его Виктор. Он слишком давно мечтал о встрече с этим человеком.

Втроем они прошли в дом, Абуала Малик сидел в кресле. Он уже пришел в себя, но никак не мог понять, кто на него напал и что вообще происходит в его доме.

Комиссар услышал незнакомую речь. Впрочем, почему незнакомую, на этом языке разговаривали арестованные русские. От нехороших предчувствий тело комиссара покрылось липким противным потом.

В холл вошли трое мужчин крепкого сложения. Один из них молча указал на оцепеневшего комиссара, второй поставил кейс на стол, преувеличенно громко щелкнул замками и стал доставать наружу различные предметы, некоторые из них комиссар хорошо знал – пыточный инструмент.

Третий боевик в черной маске подошел к Малику и, ухватив за полы рваного халата, легко оторвал от кресла и злобно прошипел: