Альберт Байкалов - Дезинформация прошла

– Спасибо. – Цицаев поднялся и, прижав руку к левой половине груди, вышел, одарив полным благодарности взглядом Слона.

– С этого момента будешь сопровождать Али, – дождавшись, когда в коридоре стихнут шаги Цицаева, заговорил, обращаясь уже к своему телохранителю, Халид. – Он будет ездить туда, где хорошо работают телевизоры, и записывать на видео все «Новости» из России. Меня интересуют те фрагменты, в которых проскользнет информация о наших заложниках.

По-прежнему не меняя своего положения, едва заметно Слон кивнул. Халид позволял ему такую вольность. С виду громоздкий, угрюмого вида горец на самом деле был подвижен, умен и хитер. Отлично стрелял. Но главное его качество, которое ценится у людей, выполняющих обязанности телохранителя, заключалось в решимости, не задумываясь, отдать свою жизнь за хозяина. Эту должность он занял не случайно. Как-то отряд нарвался на засаду, устроенную в развалинах молочной фермы, где боевики собирались провести ночь. Кадыровцы и русские точно знали о намерениях Халида. Среди его моджахедов оказалась крыса. В прямом боестолкновении возникла ситуация, когда в Халида выстрелили с десяти шагов из пистолета. Этот великан был рядом. Доли секунды ему хватило, чтобы заслонить командира грудью и убить стрелявшего.

По чистой случайности пуля попала в магазин с патронами для «АКМ», который лежал в кармане разгрузки, и потеряла инерцию. В тело вошел лишь стальной сердечник, и то, расколов ребро, он так и остался в нем. Спустя сутки, когда бывший ветеринар одного из колхозов извлек из могучей груди Слона смятый, похожий на небольшой обрубок толстой проволоки кусок стали, Халид объявил ему вознаграждение в пятьсот долларов, одновременно назначив на новую должность. После боя выяснилось, что именно предшественник Слона «стучал» федералам, сообщая обо всех перемещениях отряда и планах командира. В самый последний момент он скрылся под предлогом сходить по нужде.

Халид невольно вспомнил казнь этого человека и поежился. Его долго били. Затем прикладом автомата методично раздробили пальцы, переломали руки и ноги. Приводя в сознание, не спеша продолжали экзекуцию. Когда он в прямом смысле превратился в мешок с костями, его вынесли на солнцепек и бросили на землю умирать медленной и мучительной смертью. Лишенный возможности согнать с лица даже овода, он страшно кричал. Тогда Али проткнул язык предателя тонким ножом и, вытащив наружу, отрезал. Изо рта хлынула кровь. Задыхаясь и кашляя, вскоре он умер…

– Когда ты собираешься выдвигать свои требования? – отвлек от размышлений голос появившегося на пороге Султана. – Наши грузинские братья уже на полпути к Тбилиси…

– Нужно дождаться появления в российских СМИ информации о похищении, – немного подумав, ответил Халид. – Жалко, этот шакал Крайнов ушел.

– У нас еще будет возможность встретиться с ним, – успокоил Султан.

– Как там пленники?

Султан неопределенно пожал плечами и постучал носком ботинка по полу.

– Они под домом в подвале.

– Это я без тебя знаю, – Халид едва заметно улыбнулся. – Распорядись, пусть немцев кормят лучше. Все-таки у меня в Европе дом и семья.

– Ты не веришь в нашу победу? – зачем-то спросил Султан.

Халид, прекрасно понимая, что вопрос задан для проформы, разозлился. И так ясно: никому эта победа особо и не нужна. Каждый преследует свои цели. Даже различного рода общественные и политические организации западных стран. Многие ищут возможности погреть руки на этой войне. Для этого создаются самые разнообразные комбинации. Вот сейчас и Китай, невзирая на нестабильность, рвется поднимать разрушенную экономику республики. Несмотря на внешне миролюбивые отношения с Россией, пышные встречи на высшем уровне, эта страна нуждается в территориях. Легче их взять у ослабленной внутриполитическими и военными конфликтами страны, предварительно наводнив ее соотечественниками, нежели у сильного и могучего государства. Наверняка где-то в лабиринтах кабинетов военной разведки Пекина уже лелеют надежду на союзничество с чеченцами. Конечно, до этого еще далеко, но по тому, с каким упорством «желтая раса» осваивает Дальний Восток и Сибирь, можно смело поставить под вопрос заверения о добрососедстве. С другой стороны Запад. Генеральная репетиция проведена в Югославии. Теперь кто вперед…

Халид когда-то также взял в руки оружие, веря в победу. Сейчас его больше интересуют деньги и репутация. Большинство чеченцев теперь воюет оттого, что больше ничего не умеют делать. К тому же у всех руки по локоть в крови. Многие полевые командиры рассчитывали впоследствии осесть под крылышком своих покровителей где-нибудь в Англии или той же Грузии. Рядовые же боевики ровным счетом ничего не понимали, а в большинстве своем даже не задумывались над вопросом своего спасения. Героин и чарз притупляли мыслительный процесс.

Неожиданно он застыдился своих мыслей, этой минутной слабости. Морщась от боли, сел, свесив ноги с кровати.

– Почему же, – Халид посмотрел на Султана, – верю. Но ведь не вечно же мы будем сидеть, как проклятые, в лесах. Кто-то нас сменит. Ислам, который мы проповедуем, чист. Уже в России мусульмане понимают это. Русские вымирают. Наркотики, водка, один ребенок в семье. Скоро там некому будет идти в армию. Получится, как в Албании. Кроме всего, на ее территории несколько миллионов бездомных детей, которые подрастут, и тогда русским придется заниматься этой армией преступников.

– Куда собираются братья Цицаевы и еще трое наших людей? – успокоенный ответом, Султан вопросительно уставился на Халида. – Неужели ты разрешил им устроить разборки из-за угнанной машины в такое время?

– Не волнуйся, – Халид кашлянул, и тут же его лицо исказила гримаса боли. Взяв себя в руки, он откинулся спиной на стену, прислонившись к ковру. – Они точно знают, когда придут те, кто похитил машину и оскорбил отца. А раньше чем через неделю на наш след не выйдут.

– Почему ты так уверен? – недоверчиво посмотрел на него Султан.

– Наши люди из числа живущих в округе, где была совершена акция, и раненые, которых пришлось оставить, будут говорить, будто я собирался осесть в Ники-Хите.

– Я все понял, – Султан нахмурился. – А почему ни я, ни Али об этом не знали? Ты перестал нам доверять?

На лице Халида появилась и тут же пропала едва заметная улыбка.

– Как ты мог такое подумать? – Он хмыкнул, и вновь по лицу пробежала тень страданий. – У вас хватает своих дел. А этот вопрос я поручил Слону.

Словно сказанное Халидом нуждалось в подтверждении, телохранитель кашлянул в кулак и кивнул.

К исходу дня, когда уже начавшее тускнеть солнце стало клониться к горизонту, измученный, с покрасневшими глазами и опухшим лицом Крайнов вышел к блокпосту, расположенному на дороге Курчалой – Первомайское. С того момента, как отпустил пленника, он двигался параллельно ей, отдав предпочтение при выборе маршрута пересохшему руслу небольшой, но быстрой речушки Хумык. По дороге идти было бы значительно удобнее и быстрее, однако он опасался вновь оказаться в руках каких-либо бандитов или работорговцев. Могли, заметив, что русский, ради забавы запросто сбить машиной. В республике не было ни одной семьи, которой бы не коснулась война. Муж, сын, дочь, дядя или еще какой-то родственник обязательно если не сгинул в ее горниле, то получил увечье или лишился крова над головой. В отличие от русских, родство у этого народа имеет большое значение. Многие чеченцы делано улыбались и вели себя сдержанно только на равнине, особенно вблизи крупных населенных пунктов, где дислоцировались воинские части, подразделения МВД и комендатуры. Однако и там с наступлением темноты никто не мог дать гарантий безопасности…