Виктор Доценко - Срок для Бешеного

Задрав до подбородка рубашку, она умело и туго перебинтовала Савелию грудную клетку, осторожно приподнимая за плечи. Закончив свою работу, немного посидела на земле, отдыхая, потом легко поднялась на ноги.

— С первой помощью пока все закончено. Внешние повреждения вроде бы все. Теперь покормить тебя, дружочек, не мешает, но сначала придется тебе бальзамчику отведать: как бьют волчьих ягодок не своротило… — Усмехнувшись, она вытащила из сумки стальную плоскую фляжку, отвинтила крышку и с большим трудом заставила его сделать несколько глотков темной жидкости. — Пей, дружочек, пей! Это очень славное средство: и сил прибавит, и отраву нейтрализует… Пей, пей… — ласково приговаривала она. — А потом угощу тебя мясным бульончиком. Не бульон — объедение: пальчики оближешь… Наваристый, из рябчиков. Съешь и еще попросишь. Потом и домой поедем…

Вытащив из кожаной сумки термос с широким горлом, женщина налила бульон в пластмассовую кружку и стала поить Савелия. К ее удивлению, незнакомец с жадностью выпил три полные порции.

— Все, больше тебе нельзя: для первого раза достаточно. Через пару часов еще получишь, — решительно заявила она, заткнула термос и убрала его в сумку. Приторочив ее к седлу, она вернулась к незнакомцу — Интересно, откуда же ты взялся, дружочек? Может, из какой-нибудь поисковой партии? Но поблизости вроде бы нет ни одной! Случайный охотник?.. Почему нет ни ружья, ни другого какого оружия? Да и одет больно странно: в рабочих джинсах, сапогах и в одной нательной рубашке… Может, из документов что есть?..

Она ощупала два единственных кармана и вытащили узенькую финку в ножнах и какой-то кусок материи. Больше в карманах ничего не было.

Вынув из ножен лезвие финки, осторожно потрогала блеснувшую на солнце холодную отполированную сталь и задумчиво сунула назад. На кусочке белой материи разглядела чью-то фамилию и адрес, а с другой стороны — набросок какой-то карты. Внимательно взглянув на незнакомца, она нахмурилась, еще раз взглянула на самодельную карту, аккуратно сложила и сунула ее назад в его карман. Финку воткнула себе за пояс.

Эти находки совсем сбили ее с толку: стало совсем непонятно, кем мог быть этот парень. Изящная финка явно не магазинного приобретения, но еще больше смущала карта… Ей показалось, что эту карту, точнее, манеру рисовать, она видит не впервые, и это более всего настораживало. Странно… А чего это она вдруг всполошилась?.. Какая разница, кто он?.. Этот человек находится в беде, и ему необходима помощь, ее помощь: не появись она вовремя, то неизвестно еще, выжил ли бы этот парень!.. Что же она раздумывает? Все потом! Кто? Откуда? Все можно узнать после того, как он выкарабкается, спасется от смерти! Если спасется…

С огромным трудом женщина оторвала Савелия от земли и втащила поперек седла. В какой-то момент незнакомец открыл глаза, ноет сильной боли застонал и снова потерял сознание…

Перекинув винтовку через плечо, она взяла гнедую под уздцы и медленно повела вперед. Черный пес обежал их короткую стоянку, обнюхивая все вокруг, словно проверяя, не оставила ли чего хозяйка, и побежал следом.

С огромной сумкой в руке в форме сержанта-интернационалиста с орденами Красного Знамена в Красной Звезды на груди Савелий медленно шел по заброшенной части кладбища, пытаясь найти по памяти могилу своих родителей. Он сворачивал то в одну аллею, то в другую, но каждый раз ошибался… Отчаявшись найти, Савелий повернул к сторожке смотрителя кладбища, проходя мимо могил, скользнул по одной взглядом, прошел несколько шагов и тут же бросился назад… Она! — Заросло-то все как? — вздохнул он. Сорная трава так все заполонила, так что ограда и гранитная плита были почти незаметны. С трудом отворив жалобно простонавшую калитку, Савелий вошел в ограду, нащупал по памяти утопающую в траве скамейку, поставил на нее сумку и быстро разделся по пояс… Мгновенно налетевшие комары впились в его тело, но, не обращая на них внимания, Савелий вступил в бой с сорняками.

Вскоре могила и все вокруг нее было очищено. Савелий — вытащил из сумки банку с серебряной краской, кисточку и стал не спеша красить оградку.

На выточенной овалом розовой мраморной плите, стоящей в изголовье могилы, прямо по центру две фотографии: молодая с пышными волосами красивая, счастливо улыбающаяся блондинка и моложавый морской офицер, удивительно похожий на Савелия. И ниже надписи:

Капитан 1 ранга Говорков Кузьма Петрович 1937-1968 Капитан медицинской службы Говоркова Мария Александровна 1938-1968 Погибли в автомобильной катастрофе Мы все на земле только гости! Мир вашему праху!

Закончив красить, Савелий тщательно вытер тело полотенцем, надел гимнастерку с орденами, ремень, расправил складки на поясе. Вынув из сумки бутылку водки, раскупорил, налил в два стакана. На один положил бутерброд с балыками поставил его у надгробной плиты. Второй стакан налил доверху, а останки водки в бутылке выплеснул крест-накрест на вскопанную землю могилы. Взяв стакан с водкой, встал перед могилой по стойке «смирно».

— Живой я вернулся… Простите, родные, что долго не был… — Голос его дрогнул, и он быстро, залпом выпил водку, постоял еще минуту, потом сложил сумку пустую бутылку, стакан, саперную лопатку и снова выпрямился перед могилой, — и на глаза навернулись слезы, которые медленно прокатились по щеке, и он не стал их вытирать. Подхватив сумку, Савелий вышел за оградку, бесшумно прикрыл за собой калитку и, бросив последний взгляд на могильную плиту, пошел прочь…

Несколько раз женщина останавливалась только для того, чтобы покормить Савелия да смазать его раны на лице. Во время остановок пес настороженно и ревниво усаживался напротив и хмуро поглядывал за каждым движением хозяйки.

— Ты, Мишутка, не серчай на меня: сам видишь — раненый он и в полном беспамятстве, — сказала она, заметив странное поведение собаки, — понимать должен, поди не маленький… — Она потрепала пса за лохматое ухо.

Большой привал сделали они у еле заметного для постороннего глаза подземного ключа. Пес первым стремительно бросился к источнику и начал жадно лакать воду.

— Ну вот, больше половины пути отмахали, — проговорила женщина и осторожно стащила незнакомца с лошади, уложила поудобнее под развесистой сосной. — Здесь можно и подольше отдохнуть: источник-то целебный! Водочка, как в сказке, живая, ключевая! И горяченькая: градусов под сорок…

Она набрала в опустевший термос воды из источника и напоила раненого. Савелий пребывал в беспамятстве. Разбинтовав его сломанную ногу, она удалила остатки, мази, подтащила безвольное тело парня к источнику и положила так, чтобы больная нога оказалась в воде. И только после этого занялась собой: сняла сапоги и начала полоскать ступни в ручейке от источника. Постепенно усталость в ногах проходила. Она откинулась на спину и задремала. Пес примостился рядом и тоже закрыл глаза, но его уши, осторожно дергающиеся от любого шороха, давали понять, что охрана на месте и находится «в полной боевой готовности»…