Виктор Доценко - Обратись к Бешеному

Автор находился буквально в пяти-шести метрах от спецагента, глядел во все глаза, но так и не смог заметить, что произошло.

Позднее Автор рассказал об этом инструктору, и тот показал ему видеозапись происшедшего. При обычном нормальном воспроизведении Автор снова не успел ничего увидеть, а когда по его просьбе включили медленное воспроизведение, то только тогда рассмотрел, как спецагент, выпустив из руки дипломат, успел нанести три точных прикосновения нападающим в определенные акупунктурные точки, и никто из них еще не упал, а рука спецагента успела подхватить дипломат, который он и держал до этого.

То есть скорость трех ударов была столь высока, что дипломат не успел и трех сантиметров пролететь в воздухе, как вновь был подхвачен сотрудником «Альфы».

Если первый пример относится к тренировочному процессу, то второй пример уже из боевой практики, и съемка сделана во время реального события.

Спецагент «Альфы» не заметил или специально сделал вид, что не заметил, и подпустил к себе сзади противника, который напал на него и крепко зажал его шею в замок, да к тому же, к шее спереди приставил стальное лезвие ножа.

Глаза Автора не успели заметить, как этот самый нож, буквально через мгновение, вонзился стоящему сзади противнику в горло. И снова потребовалось медленное воспроизведение, при котором можно было увидеть, как это произошло. Спецагент чуть отклонился корпусом, взмахнул рукой, и в шею противника вонзился его собственный нож.

На бумаге это выглядит обыденно, даже просто, но когда видишь все это наяву, мороз продирает до самых пяток. Можете поверить Автору на слово…

После того, как Богомолов разработал инструкцию для членов этой спецгруппы и утвердил ее у своего куратора, который получил личное одобрение Президента, генерал, на всякий случай, отработал некоторые вопросы, в которых у него были сомнения, на человеке, которому доверял, – Олеге Богодановском, и только после этого решил встретиться с Бешеным…

Савелий пытался настроиться и найти выход из тупика, в котором оказались они с Константином Рокотовым после самоубийства дежурного офицера приемной ГУВД, когда его мобильный зажужжал – звонил Дроботов:

– Братишка, я вспомнил, откуда я знаю этого мужика.

– Говори! – встрепенулся Савелий.

– Понимаешь, как-то мне пришлось участвовать в проверке работы одного нашего подразделения, которую организовал новый шеф ГИБДД. Остановили одну машину для проверки, а за рулем как раз и сидел этот мужик. Фамилию, конечно же, я не запомнил, но в его машине сидел известный криминальный авторитет по кличке Сиплый. Я и запомнил-то этого мужика из-за него. Может, это тебе как-то поможет прояснить ситуацию?

– Еще как поможет! – воскликнул Савелий. – Спасибо за помощь!

– Приходите еще… – в трубке послушались короткие гудки.

Савелий задумчиво отключил трубку, положил ее на стол и принялся размышлять:

«Выходит, одно из предположений оказалось верным и шестнадцать миллионов действительно принесли криминальные структуры. Но для чего это было им нужно? Никаких серьезных преступлений в тот день совершено не было. В таком случае, для чего понадобилось криминалу терять такие большие деньги? Если это связано не с каким-нибудь преступлением, тогда с чём? От чего или от кого отвлекались высшие чины ГУВД в тот злополучный день?»

В этот момент его размышления прервал звонок Богомолова:

– Привет, крестник! – бодро проговорил он.

– Добрый день, Константин Иванович! Как здоровье?

– Не дождутся! – весело ответил генерал. – Сильно занят или можем встретиться?

– Без проблем! Где и когда?

– Прямо сейчас и в том самом месте, где мы пили газировку, – ответил Богомолов.

Это была условная фраза, и Савелий понял, что речь идет о конспиративной квартире.

– Через двадцать минут буду… Что-нибудь взять?

Это тоже была условная фраза, и она означала: «Приехать одному или взять с собой прикрытие?»

– Спасибо, здесь все есть…

Точно в назначенное время Савелий позвонил в дверь оперативной квартиры ФСБ. Открыл сам Богомолов. Они тепло обнялись, похлопывая друг друга по спине: с момента возвращения Савелия с Севера, где он разбирался с иконой Софийской Божьей Матери, они не виделись, и генерал с укоризной заметил:

– Тоже мне, крестник называется: столько времени прошло, а ты никак не наведаешь своего крестного.

– Раз генерал, то и наезжать можно? – нарочито сердясь, пробурчал Савелий. – Как ни позвонишь, так – то занят, то на совещании, то в командировке.

– Не сердись, это я так – бурчу по-стариковски, – рассмеялся Богомолов. – На то я и генерал, чтобы нижние чины терпели мои выволочки.

– Так вы определитесь, кто вы для меня больше: генерал или крестный?

– Иногда больше крестный, а иногда – генерал, – с улыбкой ответил Константин Иванович.

– А сейчас кто?

– Сейчас? – Богомолов задумался на мгновение. – Сейчас и тот и другой, – он подмигнул и добавил: – …Но… – с лица сразу стерлась улыбка, – сейчас дело очень серьезное, а потому, прежде, чем перейти к нему, давай сначала выпьем, как крестный с крестником, и пообщаемся, как близкие люди: очень давно не встречались так, по-родственному. Есть хочешь?

– Не откажусь.

– В таком случае, доставай из холодильника помидоры, огурчики, нарезку, водочку и накрывай на стол, – скомандовал генерал.

– Ну вот, говорил: по-родственному, а командует по-генеральски, – вновь пробурчал Савелий.

– А и по-родственному младший накрывает на стол, когда нет рядом женщины, – с улыбкой парировал генерал.

– И так всегда: выкрутится из любой ситуации. И как только жена вас терпит?

– Терпит потому, что любит, впрочем, как и я ее. У тебя-то как? Скучаешь по жене и сыну?

– Не то слово! – признался Савелий.

– Может, стоит…

– Ни за что! – тут же оборвал его Савелий. – По крайней мере, не приходится переживать за них. А сам… – он махнул рукой, – сам как-нибудь справлюсь! Ну что, выпьем за встречу?

– За встречу и за наших любимых! – добавил генерал.

Они чокнулись, выпили, закусили. Немного помолчали, думая каждый о своем.

– Чувствую, вы пригласили меня на встречу не только из-за того, что соскучились по мне, – Савелий посмотрел генералу в глаза. – Может, перейдем к делу?

– К делу так к делу, – согласно кивнул Богомолов и очень обстоятельно рассказал о своей задумке по созданию спецгруппы с самыми широкими полномочиями. – И возглавить эту группу я предлагаю тебе, – закончил он.

– Насколько я догадываюсь, случись что-то непредвиденное – и за нас не вступится ни одно государственное учреждение, я правильно оцениваю ситуацию?

– Захваченный в плен разведчик не имеет ни страны, ни имени. Ясно? – довольно определенно ответил Богомолов.